741 высказываний на тему «эгоизм»

741 цитата про «эгоизм»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Эгоизм заключается не в любви самого себя, а в большей, чем должно, степени этой любви.

   Эгоизм заключается не в любви самого себя, а в большей, чем должно, степени этой любви.

   — Аристотель
2. «

   Человек, живущий своим внутренним миром, не эгоист. Он центрирован на своем «я», и его подлинная забота о себе помогает ему осознать, что его благополучие зависит от благополучия других людей его сообщества. Он является настоящим гуманистом, потому что осознает свою собственную человечность, свое собственное человеческое существование.

   Человек, живущий своим внутренним миром, не эгоист. Он центрирован на своем «я», и его подлинная забота о себе помогает ему осознать, что его благополучие зависит от благополучия других людей его сообщества. Он является настоящим гуманистом, потому что осознает свою собственную человечность, свое собственное человеческое существование.

   — Александр Лоуэн · книга
3. «

   You only live to serve yourself, Come crawling back when you need help.

   You only live to serve yourself, Come crawling back when you need help.
4. «

   Есть эгоизм узкий, животный, грязный, так, как есть любовь грязная, животная, узкая.

   Есть эгоизм узкий, животный, грязный, так, как есть любовь грязная, животная, узкая.

   — Александр Герцен
5. «

   Истинно ли, что кто-то действительно интересуется мной, а не своим интересом ко мне?

   Истинно ли, что кто-то действительно интересуется мной, а не своим интересом ко мне?

   — Амадеу Инасиу ди Алмейда Праду · книга
6. «

   В абсолютном смысле эгоист отнюдь не человек, жертвующий другими. Это человек, стоящий выше необходимости использовать других. Он обходится без них. Он не имеет к ним отношения ни в своих целях, ни в мотивах действий, ни в мышлении, ни в желаниях, ни в истоках своей энергии. Его нет для других людей, и он не просит, чтобы другие были для него. Это единственно возможная между людьми форма братства и взаимоуважения.

   В абсолютном смысле эгоист отнюдь не человек, жертвующий другими. Это человек, стоящий выше необходимости использовать других. Он обходится без них. Он не имеет к ним отношения ни в своих целях, ни в мотивах действий, ни в мышлении, ни в желаниях, ни в истоках своей энергии. Его нет для других людей, и он не просит, чтобы другие были для него. Это единственно возможная между людьми форма братства и взаимоуважения.

   — Айн Рэнд · книга
7. «

   Отрицатель святости направляет свои силы против богобоязненности, ибо страх Божий определил бы его отношение ко всему, что он продолжал бы считать святыней. Осуществляет ли священную власть Бог или человек в богочеловеке, считается ли, следовательно, что-нибудь святыней во имя человека (гуманность), – это нисколько не изменяет страха Божьего: ведь и человек почитается «верховным существом» в той же степени, как в специальной религиозной области Бог, как «верховное существо», требует от нас и страха, и почтения, и оба они внушают нам благоговение. Настоящая богобоязненность уже давно поколеблена, в общий обиход невольно вошел более или менее сознательный атеизм, который выражается внешним образом в широком развитии «бесцерковности». Но то, что отнимали у Бога, отдавали человеку, и власть гуманности возрастала по мере того, как умалялось влияние и значение благочестия. Человек как таковой и есть нынешний Бог, и прежняя богобоязненность теперь сменилась страхом человеческим. Но так как человек представляет собой лишь другое верховное существо, то, в сущности, с Верховным Существом произошла лишь некоторая метаморфоза, и страх человеческий есть лишь видоизмененный страх Божий. Наши атеисты – благочестивы. Если в так называемую феодальную эпоху мы все получали в ленное владение от Бога, то в либеральный период устанавливается такая же ленная зависимость от «человека»: прежде Бог был господином, теперь этим господином стал человек. Бог был посредником – теперь посредником стал человек, Бог был духом – теперь духом стал человек.

   Отрицатель святости направляет свои силы против богобоязненности, ибо страх Божий определил бы его отношение ко всему, что он продолжал бы считать святыней. Осуществляет ли священную власть Бог или человек в богочеловеке, считается ли, следовательно, что-нибудь святыней во имя человека (гуманность), – это нисколько не изменяет страха Божьего: ведь и человек почитается «верховным существом» в той же степени, как в специальной религиозной области Бог, как «верховное существо», требует от нас и страха, и почтения, и оба они внушают нам благоговение. Настоящая богобоязненность уже давно поколеблена, в общий обиход невольно вошел более или менее сознательный атеизм, который выражается внешним образом в широком развитии «бесцерковности». Но то, что отнимали у Бога, отдавали человеку, и власть гуманности возрастала по мере того, как умалялось влияние и значение благочестия. Человек как таковой и есть нынешний Бог, и прежняя богобоязненность теперь сменилась страхом человеческим. Но так как человек представляет собой лишь другое верховное существо, то, в сущности, с Верховным Существом произошла лишь некоторая метаморфоза, и страх человеческий есть лишь видоизмененный страх Божий. Наши атеисты – благочестивы. Если в так называемую феодальную эпоху мы все получали в ленное владение от Бога, то в либеральный период устанавливается такая же ленная зависимость от «человека»: прежде Бог был господином, теперь этим господином стал человек. Бог был посредником – теперь посредником стал человек, Бог был духом – теперь духом стал человек.

   — Макс Штирнер · книга
8. «

   Знаете, слова «я хочу» – это не обязательно эгоизм. Иногда это необходимый, слегка запоздалый этап принятия себя.

   Знаете, слова «я хочу» – это не обязательно эгоизм. Иногда это необходимый, слегка запоздалый этап принятия себя.

   — Ольга Савельева · книга
9. «

   Эгоисты — единственные наши друзья, с которыми мы дружим бескорыстно.

   Эгоисты — единственные наши друзья, с которыми мы дружим бескорыстно.

   — Анри де Монтерлан
10. «

    Если эгоистическое благополучие — единственная цель жизни, жизнь быстро становится бесцельной.

    Если эгоистическое благополучие — единственная цель жизни, жизнь быстро становится бесцельной.

    — Ромен Роллан
11. «

    Когда в семье только один муж, он вырастает эгоистом.

    Когда в семье только один муж, он вырастает эгоистом.

    — Геннадий Ефимович Малкин
12. «

    ... я понял, как глубоко эгоистично счастье. Счастье обособляет, загоняет в замкнутое помещение, заставляет закрыть ставни, забыть о других, возводит непреодолимые степи. Счастье заставляет видеть мир не таким, какой он есть...

    ... я понял, как глубоко эгоистично счастье. Счастье обособляет, загоняет в замкнутое помещение, заставляет закрыть ставни, забыть о других, возводит непреодолимые степи. Счастье заставляет видеть мир не таким, какой он есть...

    — Эрик-Эмманюэль Шмитт · книга
13. «

    Насилие. Эгоизм. В этом сила отдельных особей и слабость нашего вида как целого.

    Насилие. Эгоизм. В этом сила отдельных особей и слабость нашего вида как целого.

    — Фёдор Маликов · игра
14. «

    Истинная страсть думает только о себе.

    Истинная страсть думает только о себе.

    — Стендаль · книга
15. «

    Если честно, я не понимаю самоубийц. Потому что чтобы жить, надо иметь смелость, а самоубийцы — трусы. Трусы и самовлюбленные эгоисты, которые думают, что все крутится вокруг них. Как можно лишить себя наиценнейшего дара, какой есть? Как можно сделать это себе и сделать это самым близким людям? Я этого просто не понимаю. Я не хочу это понимать. Ведь жизнь для того, чтобы отдавать себя как можно больше другим людям...

    Если честно, я не понимаю самоубийц. Потому что чтобы жить, надо иметь смелость, а самоубийцы — трусы. Трусы и самовлюбленные эгоисты, которые думают, что все крутится вокруг них. Как можно лишить себя наиценнейшего дара, какой есть? Как можно сделать это себе и сделать это самым близким людям? Я этого просто не понимаю. Я не хочу это понимать. Ведь жизнь для того, чтобы отдавать себя как можно больше другим людям...

    — Доминик Санторский · фильм
16. «

    — Вы ведь хотите, чтобы я была счастлива, правда? Ее голос звучал мягко, приятно и соблазнительно. — Я хочу, чтобы все были счастливы, — заметил Пуаро осторожно. — Да, но до всех мне нет дела. Я только себя имела в виду. — Похоже, что вы всегда думаете только о себе, мадам, — улыбнулся мой друг.

    — Вы ведь хотите, чтобы я была счастлива, правда? Ее голос звучал мягко, приятно и соблазнительно. — Я хочу, чтобы все были счастливы, — заметил Пуаро осторожно. — Да, но до всех мне нет дела. Я только себя имела в виду. — Похоже, что вы всегда думаете только о себе, мадам, — улыбнулся мой друг.

    — Агата Кристи · книга
17. «

    Долго гонялся лев Гордыни за свиньей Эгоизма, однако она всякий раз легко пряталась от него в чаще Глухой Апатии. Но однажды ему удалось-таки подстеречь ее у водопоя на реке Наслаждений. Отступать было некуда. — Ты меня не ешь, ты меня лучше полюби, — молвила свинья, пристально глядя в глаза льву. — Я нарожаю тебе отличных детей! Не отводя от нее зачарованного взора, лев медленно вошел в реку и, погрузившись в ее воды, обернулся громадным кабаном. Потомство пары удивило все джунгли своими достоинствами. — Вот что значит свежая кровь! — говорила счастливая мать.

    Долго гонялся лев Гордыни за свиньей Эгоизма, однако она всякий раз легко пряталась от него в чаще Глухой Апатии. Но однажды ему удалось-таки подстеречь ее у водопоя на реке Наслаждений. Отступать было некуда. — Ты меня не ешь, ты меня лучше полюби, — молвила свинья, пристально глядя в глаза льву. — Я нарожаю тебе отличных детей! Не отводя от нее зачарованного взора, лев медленно вошел в реку и, погрузившись в ее воды, обернулся громадным кабаном. Потомство пары удивило все джунгли своими достоинствами. — Вот что значит свежая кровь! — говорила счастливая мать.

    — Авессалом Подводный · книга
18. «

    С того самого дня, когда человек впервые произносит «я», он везде, где нужно, выдвигает возлюбленного себя и эгоизм его неудержимо стремится вперёд.

    С того самого дня, когда человек впервые произносит «я», он везде, где нужно, выдвигает возлюбленного себя и эгоизм его неудержимо стремится вперёд.

    — Иммануил Кант
19. «

    Буддизм — это духовный онанизм эгоцентризма.

    Буддизм — это духовный онанизм эгоцентризма.
20. «

    Все правительственные мудрецы исходят исключительно из того основоположения, что все право и вся власть принадлежат совокупности народа; никто из них не забывает ссылаться на совокупность, и деспот, так же как президент или всякого рода аристократическое правительство, действует и повелевает «именем государства». В их руках «государственная власть», совершенно безразлично, проявляют ли это государственное насилие народ как совокупность единичных лиц или только представители этой совокупности, многие, как при аристократическом строе, или один, как в монархиях. Всегда совокупность первенствует над единичным лицом и имеет силу, которая называется законной, то есть которая становится правом.

    Все правительственные мудрецы исходят исключительно из того основоположения, что все право и вся власть принадлежат совокупности народа; никто из них не забывает ссылаться на совокупность, и деспот, так же как президент или всякого рода аристократическое правительство, действует и повелевает «именем государства». В их руках «государственная власть», совершенно безразлично, проявляют ли это государственное насилие народ как совокупность единичных лиц или только представители этой совокупности, многие, как при аристократическом строе, или один, как в монархиях. Всегда совокупность первенствует над единичным лицом и имеет силу, которая называется законной, то есть которая становится правом.

    — Макс Штирнер · книга