742 цитаты про «эгоизм» от великих людей

742 цитаты про «эгоизм»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   ...о чем может говорить порядочный человек с наибольшим удовольствием? Ответ: о себе.

   ...о чем может говорить порядочный человек с наибольшим удовольствием? Ответ: о себе.

   — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
2. «

   Ничто так не губит абсолютные идеи, как мелочный эгоизм.

   Ничто так не губит абсолютные идеи, как мелочный эгоизм.

   — Дмитрий Емец · книга
3. «

   Жить другим человеком опасно. Эгоизм — самая надёжная основа счастья. Мужчины легко уходят из под власти женщин.

   Жить другим человеком опасно. Эгоизм — самая надёжная основа счастья. Мужчины легко уходят из под власти женщин.

   — Виктор Гюго · книга
4. «

   Ее смех растопил во мне последние крупицы эгоизма.

   Ее смех растопил во мне последние крупицы эгоизма.

   — Джек Кэнфилд · книга
5. «

   — Но если этот мир создан согласно вашим желаниям, как объясните вы существование в нем боли? Мне кажется, этот аргумент разрушает вашу систему. — Боль? Вы здесь коснулись моего небольшого изобретеньица, коим я весьма горжусь и за которое не устаю возносить себе хвалу. Боль есть всего-навсего вопрос, который я задаю самому себе, дабы постигнуть силу моего желания: коль скоро страдание, причиняемое мне болью, останавливает меня, значит, в глубине моего существа я не слишком стремлюсь к вожделенному предмету; если же боль не оказывается неодолимым препятствием, значит, желание мое поистине сильно и глубоко. Таким образом, боль есть нечто вроде барометра моих желаний. Хитроумная находка, не правда ли? Клеант: Бесспорно. Боюсь только, что хитроумия здесь больше, нежели истины

   — Но если этот мир создан согласно вашим желаниям, как объясните вы существование в нем боли? Мне кажется, этот аргумент разрушает вашу систему. — Боль? Вы здесь коснулись моего небольшого изобретеньица, коим я весьма горжусь и за которое не устаю возносить себе хвалу. Боль есть всего-навсего вопрос, который я задаю самому себе, дабы постигнуть силу моего желания: коль скоро страдание, причиняемое мне болью, останавливает меня, значит, в глубине моего существа я не слишком стремлюсь к вожделенному предмету; если же боль не оказывается неодолимым препятствием, значит, желание мое поистине сильно и глубоко. Таким образом, боль есть нечто вроде барометра моих желаний. Хитроумная находка, не правда ли? Клеант: Бесспорно. Боюсь только, что хитроумия здесь больше, нежели истины

   — Эрик-Эмманюэль Шмитт · книга
6. «

   Все стремятся быть популярными в интернете. И стремление быть популярным приводит к ужасным масштабам. И я понимаю, почему так происходит. Потому что все подростки об этом думают. Когда я был подростком, я тоже задумывался о самоубийстве. Я думал об этом, но я не собирался умирать. Это последнее, что я хотел сделать. Я хотел посмотреть, как все пожалеют, когда меня не станет. Вот что я хотел. Чтобы они все плакали и потом говорили: «Лучше бы мы купили ему эту приставку...» И тут я воскресаю, всех прощаю и они, наученные горьким опытом, так себя больше не ведут. Это обыкновенный человеческий эгоизм. Причём именно человеческий, потому что нигде в живой природе больше такого нет. Никто не пытается умереть, чтобы кого-то наказать. Нет кота, который сидит в наполненной ванне с феном в лапке и говорит: «Значит так, да? Не покупаете мне кошачий наполнитель, да? В рваные газетки, Барсичек, писай. Ну я вам сейчас устрою! Вы пожалеете! Я надеюсь, у вас есть достойная коробка из-под обуви, в которой вы меня похороните!»

   Все стремятся быть популярными в интернете. И стремление быть популярным приводит к ужасным масштабам. И я понимаю, почему так происходит. Потому что все подростки об этом думают. Когда я был подростком, я тоже задумывался о самоубийстве. Я думал об этом, но я не собирался умирать. Это последнее, что я хотел сделать. Я хотел посмотреть, как все пожалеют, когда меня не станет. Вот что я хотел. Чтобы они все плакали и потом говорили: «Лучше бы мы купили ему эту приставку...» И тут я воскресаю, всех прощаю и они, наученные горьким опытом, так себя больше не ведут. Это обыкновенный человеческий эгоизм. Причём именно человеческий, потому что нигде в живой природе больше такого нет. Никто не пытается умереть, чтобы кого-то наказать. Нет кота, который сидит в наполненной ванне с феном в лапке и говорит: «Значит так, да? Не покупаете мне кошачий наполнитель, да? В рваные газетки, Барсичек, писай. Ну я вам сейчас устрою! Вы пожалеете! Я надеюсь, у вас есть достойная коробка из-под обуви, в которой вы меня похороните!»

   — Стас Старовойтов
7. «

   В либерализме, таким образом, сказывается преемственность старого христианского пренебрежения к «я», к живому Ивану. Вместо того, чтобы признать меня таким, каков я в действительности, обращают исключительное внимание на мою собственность, на мои свойства и вступают со мной в честный союз только во имя того, чем я владею, как бы заключают брачный союз не с тем, что я представляю собой, а с тем, что у меня есть. Христианину нужен мой дух, либералу моя человечность. Но если дух, который рассматривают не как собственность моего телесного «я», а как само «я» – призрак, то и «человек», который признается не как мое свойство, а как мое подлинное «я», – не что иное, как привидение, идея, понятие.

   В либерализме, таким образом, сказывается преемственность старого христианского пренебрежения к «я», к живому Ивану. Вместо того, чтобы признать меня таким, каков я в действительности, обращают исключительное внимание на мою собственность, на мои свойства и вступают со мной в честный союз только во имя того, чем я владею, как бы заключают брачный союз не с тем, что я представляю собой, а с тем, что у меня есть. Христианину нужен мой дух, либералу моя человечность. Но если дух, который рассматривают не как собственность моего телесного «я», а как само «я» – призрак, то и «человек», который признается не как мое свойство, а как мое подлинное «я», – не что иное, как привидение, идея, понятие.

   — Макс Штирнер · книга
8. «

   Эгоистичные люди живут дольше.

   Эгоистичные люди живут дольше.

   — Лидия (секретарь Карли) · фильм
9. «

   You only live to serve yourself, Come crawling back when you need help.

   You only live to serve yourself, Come crawling back when you need help.
10. «

    Но служить истине не было никогда моим намерением; она – только пищевое средство для моего мыслительного аппарата, как картофель – для моего желудка, а друг – для моего сердца. Пока я имею желание и силы мыслить, до тех пор мне служит каждая истина только для того, чтобы перерабатывать ее по моим способностям. Истина для меня так же «суетна и бренна», как для христианина действительность или все мировое. Она существует так же, как и вещи мира сего, хотя христианин доказал их ничтожество, но она суетна, ибо ценность ее не в ней самой, а во мне; сама по себе она не имеет никакой ценности. Ваша деятельность создает бесчисленное множество вещей, вы изменяете даже лицо земли и воздвигаете всюду человеческие создания; точно так же вы открываете бесчисленное множество истин, и мы рады этому от всей души. Но так же, как я никогда не соглашусь стать рабом ваших машин, а только хочу помочь вам для своей же пользы привести их в ход, так же и вашими истинами я хочу пользоваться только тогда, когда не должен служить им и подчиняться их требованиям. Все истины подо мною – мне дороги; но истины надо мной, истины, к которой я должен приспосабливаться – я не желаю знать. Для меня нет истины, ибо ничто не стоит надо мной. Даже моя сущность и сущность человека не стоят надо мной. Да, надо мной, этой «каплей в море», этим «незначительным человеком»! Каждая эпоха имела свою «истину-веру» и в действительности, еще не было такой эпохи, в которой не признавали бы какой-нибудь «высшей истины», истины, которой считали нужным подчиниться как «державной». Каждая истина какой-либо эпохи – ее навязчивая идея, и если позже находили новую истину, то потому лишь, что ее искали; глупость только видоизменяли и облекали в модную одежду, ибо желали все-таки – кто мог сомневаться в законности этого? – «вдохновения идеей». Желали быть под властью какой-нибудь мысли – быть одержимыми ею. Последний властитель этого рода – «наша сущность» или «человек».

    Но служить истине не было никогда моим намерением; она – только пищевое средство для моего мыслительного аппарата, как картофель – для моего желудка, а друг – для моего сердца. Пока я имею желание и силы мыслить, до тех пор мне служит каждая истина только для того, чтобы перерабатывать ее по моим способностям. Истина для меня так же «суетна и бренна», как для христианина действительность или все мировое. Она существует так же, как и вещи мира сего, хотя христианин доказал их ничтожество, но она суетна, ибо ценность ее не в ней самой, а во мне; сама по себе она не имеет никакой ценности. Ваша деятельность создает бесчисленное множество вещей, вы изменяете даже лицо земли и воздвигаете всюду человеческие создания; точно так же вы открываете бесчисленное множество истин, и мы рады этому от всей души. Но так же, как я никогда не соглашусь стать рабом ваших машин, а только хочу помочь вам для своей же пользы привести их в ход, так же и вашими истинами я хочу пользоваться только тогда, когда не должен служить им и подчиняться их требованиям. Все истины подо мною – мне дороги; но истины надо мной, истины, к которой я должен приспосабливаться – я не желаю знать. Для меня нет истины, ибо ничто не стоит надо мной. Даже моя сущность и сущность человека не стоят надо мной. Да, надо мной, этой «каплей в море», этим «незначительным человеком»! Каждая эпоха имела свою «истину-веру» и в действительности, еще не было такой эпохи, в которой не признавали бы какой-нибудь «высшей истины», истины, которой считали нужным подчиниться как «державной». Каждая истина какой-либо эпохи – ее навязчивая идея, и если позже находили новую истину, то потому лишь, что ее искали; глупость только видоизменяли и облекали в модную одежду, ибо желали все-таки – кто мог сомневаться в законности этого? – «вдохновения идеей». Желали быть под властью какой-нибудь мысли – быть одержимыми ею. Последний властитель этого рода – «наша сущность» или «человек».

    — Макс Штирнер · книга
11. «

    Не кормите своё самолюбие сердцами тех, кто вас любит.

    Не кормите своё самолюбие сердцами тех, кто вас любит.
12. «

    Я никогда не веровал в себя, не верил в свое настоящее и видел себя только в будущем. Мальчик полагает, что он станет настоящим я, настоящим человеком, когда подрастет и будет взрослым мужчиной; взрослый же человек, в свою очередь, полагает, что только на «том свете» он станет чем-то настоящим. А, обращаясь к ближайшей действительности, даже и лучшие люди еще до сих пор уверяют друг друга, что необходимо вполне вместить в себе государство, свой народ, человечество и еще многое другое, чтобы стать настоящим я, стать «свободным» гражданином, гражданином государства, «свободным или настоящим человеком», и они видят правду и действительность моего я в восприятии чужого я и преданности ему. И какого я? Такого, которое не есть ни я, ни ты, которое есть лишь воображаемое я, призрак.

    Я никогда не веровал в себя, не верил в свое настоящее и видел себя только в будущем. Мальчик полагает, что он станет настоящим я, настоящим человеком, когда подрастет и будет взрослым мужчиной; взрослый же человек, в свою очередь, полагает, что только на «том свете» он станет чем-то настоящим. А, обращаясь к ближайшей действительности, даже и лучшие люди еще до сих пор уверяют друг друга, что необходимо вполне вместить в себе государство, свой народ, человечество и еще многое другое, чтобы стать настоящим я, стать «свободным» гражданином, гражданином государства, «свободным или настоящим человеком», и они видят правду и действительность моего я в восприятии чужого я и преданности ему. И какого я? Такого, которое не есть ни я, ни ты, которое есть лишь воображаемое я, призрак.

    — Макс Штирнер · книга
13. «

    Наиболее широко распространено неверное мнение, что давать — это значит отказаться от чего-то, стать лишённым чего-то, жертвовать. Именно так воспринимается акт давания человеком, чей характер не развился выше установки на получение, использование, накопление. Человек с «рыночной» психологией готов давать только в обмен на что-либо. Давать, ничего не получая взамен, это для него значит быть обманутым...

    Наиболее широко распространено неверное мнение, что давать — это значит отказаться от чего-то, стать лишённым чего-то, жертвовать. Именно так воспринимается акт давания человеком, чей характер не развился выше установки на получение, использование, накопление. Человек с «рыночной» психологией готов давать только в обмен на что-либо. Давать, ничего не получая взамен, это для него значит быть обманутым...

    — Эрих Фромм · книга
14. «

    Если честно, я не понимаю самоубийц. Потому что чтобы жить, надо иметь смелость, а самоубийцы — трусы. Трусы и самовлюбленные эгоисты, которые думают, что все крутится вокруг них. Как можно лишить себя наиценнейшего дара, какой есть? Как можно сделать это себе и сделать это самым близким людям? Я этого просто не понимаю. Я не хочу это понимать. Ведь жизнь для того, чтобы отдавать себя как можно больше другим людям...

    Если честно, я не понимаю самоубийц. Потому что чтобы жить, надо иметь смелость, а самоубийцы — трусы. Трусы и самовлюбленные эгоисты, которые думают, что все крутится вокруг них. Как можно лишить себя наиценнейшего дара, какой есть? Как можно сделать это себе и сделать это самым близким людям? Я этого просто не понимаю. Я не хочу это понимать. Ведь жизнь для того, чтобы отдавать себя как можно больше другим людям...

    — Доминик Санторский · фильм
15. «

    Умевший весьма чувствительно понимать всё, что касалось его самого, был очень груб в понимании чувств и ощущений ближних своих — отчасти по молодой неопытности своей, а отчасти и по великому своему эгоизму.

    Умевший весьма чувствительно понимать всё, что касалось его самого, был очень груб в понимании чувств и ощущений ближних своих — отчасти по молодой неопытности своей, а отчасти и по великому своему эгоизму.

    — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
16. «

    Что такое вечеринка? Это когда сорок человек собираются вместе, чтобы одновременно поговорить о себе. Человек, который остается после того, как выпивка закончилась — хозяин.

    Что такое вечеринка? Это когда сорок человек собираются вместе, чтобы одновременно поговорить о себе. Человек, который остается после того, как выпивка закончилась — хозяин.

    — Фред Аллен
17. «

    Все эгоисты обзывают эгоистами всех других.

    Все эгоисты обзывают эгоистами всех других.

    — Фрэнсис Бёрнетт · книга
18. «

    Поколение двухтысячных годов, то, которое впоследствии назовут поколением эгоистов.

    Поколение двухтысячных годов, то, которое впоследствии назовут поколением эгоистов.

    — Бернар Вербер · книга
19. «

    Да здесь у нас никто ни на кого внимания не обращает — это правило. Сейчас женщин учат кричать при опасности «пожар», а не «помогите». Будет кричать «помогите», никто не выйдет, а при крике «пожар» бегут все.

    Да здесь у нас никто ни на кого внимания не обращает — это правило. Сейчас женщин учат кричать при опасности «пожар», а не «помогите». Будет кричать «помогите», никто не выйдет, а при крике «пожар» бегут все.

    — Семь (Se7en) · фильм
20. «

    Гордость превращается в смирение, эгоизм — в альтруизм, если нет, то перестаньте нести любовную чушь!

    Гордость превращается в смирение, эгоизм — в альтруизм, если нет, то перестаньте нести любовную чушь!