129 цитат «эпоха»: от классиков до современников

129 цитат про «эпоха»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   — Обожаю поесть. Надеюсь, ты не против, если я растолстею. Это цель моей жизни. — Да нет. Я всегда считал, что полнота очень сексуальна. — Ты — человек эпохи Ренессанса.

   — Обожаю поесть. Надеюсь, ты не против, если я растолстею. Это цель моей жизни. — Да нет. Я всегда считал, что полнота очень сексуальна. — Ты — человек эпохи Ренессанса.

   — Хэллоуин: 20 лет спустя (Halloween H20: 20 Years Later) · фильм
2. «

   Вы что же думаете, в восемнадцатом веке не было разврата? О, ничто не ново под луной! Просто в те времена он был еще хуже, хотя бы в том смысле, что всем было плевать, лишь бы внешне все выглядело пристойно. А Черный Джек Рэндалл был солдатом, командовал гарнизоном в Шотландии. Задачей его было держать под контролем местные кланы, и его огромные полномочия были санкционированны официально.

   Вы что же думаете, в восемнадцатом веке не было разврата? О, ничто не ново под луной! Просто в те времена он был еще хуже, хотя бы в том смысле, что всем было плевать, лишь бы внешне все выглядело пристойно. А Черный Джек Рэндалл был солдатом, командовал гарнизоном в Шотландии. Задачей его было держать под контролем местные кланы, и его огромные полномочия были санкционированны официально.

   — Диана Гэблдон · книга
3. «

   Неправильно было бы судить о поступках одной эпохи с точки зрения другой.

   Неправильно было бы судить о поступках одной эпохи с точки зрения другой.

   — Александр Дюма · книга
4. «

   Он не преступник, а жертва эпохи, Запада, цивилизации, которая, увы, все больше и больше утрачивает веру (теряющую свою чистоту), христианский дух, общий смысл и переходит в хаос, где человек остается без путеводной звезды; в итоге — смятение, одичание, кулачное право и отсутствие истинной нравственности.

   Он не преступник, а жертва эпохи, Запада, цивилизации, которая, увы, все больше и больше утрачивает веру (теряющую свою чистоту), христианский дух, общий смысл и переходит в хаос, где человек остается без путеводной звезды; в итоге — смятение, одичание, кулачное право и отсутствие истинной нравственности.

   — Фридрих Дюрренматт · книга
5. «

   В поразительную эпоху мы живем. «Хороший человек» для нас звучит как оскорбление. «Зато он человек хороший» – говорят про жениха, который выглядит явным ничтожеством…

   В поразительную эпоху мы живем. «Хороший человек» для нас звучит как оскорбление. «Зато он человек хороший» – говорят про жениха, который выглядит явным ничтожеством…

   — Сергей Довлатов · книга
6. «

   В последнюю осень ни строчки, ни вздоха. Последние песни осыпались летом. Прощальным костром догорает эпоха И мы наблюдаем за тенью и светом.

   В последнюю осень ни строчки, ни вздоха. Последние песни осыпались летом. Прощальным костром догорает эпоха И мы наблюдаем за тенью и светом.
7. «

   Голосом эпохи иногда становится шепот миллионов.

   Голосом эпохи иногда становится шепот миллионов.

   — Станислав Ежи Лец · книга
8. «

   Какая эпоха, такие и таланты.

   Какая эпоха, такие и таланты.

   — Владимир Короткевич · книга
9. «

   В дурачке, который ходит у нас по улице, больше времени — эпохи, чем в каком-нибудь министре.

   В дурачке, который ходит у нас по улице, больше времени — эпохи, чем в каком-нибудь министре.

   — Василий Шукшин
10. «

    Эпохи великих бедствий обыкновенно производят великих гениев самое чистое золото получается из самого горячего горнила и самая яркая молния сверкает всегда в сумрачную бурю.

    Эпохи великих бедствий обыкновенно производят великих гениев самое чистое золото получается из самого горячего горнила и самая яркая молния сверкает всегда в сумрачную бурю.

    — Чарльз Калеб Колтон
11. «

    Вокруг вас стоят знамена и флаги. Только когда они обветшают от времени, народ, глядя в прошлое, будет способен осознать все величие нашей эпохи.

    Вокруг вас стоят знамена и флаги. Только когда они обветшают от времени, народ, глядя в прошлое, будет способен осознать все величие нашей эпохи.

    — Рудольф Гесс · фильм
12. «

    Беспомощность — вот он бич нашей эпохи.

    Беспомощность — вот он бич нашей эпохи.

    — Ион Друцэ · книга
13. «

    В том времени есть некая трагичность: студенческие волнения, полная свобода, сексуальная революция и одновременно с этим ощущение того, что все это слишком быстротечно. Мне кажется, именно поэтому 70-е были таким временем излишеств, избыточной яркости, постоянной жажды наслаждений. Ведь затем мир действительно кардинально изменился: был обнаружен СПИД, все стало более жестким, более холодным, исчезла эта наивность и искренность.

    В том времени есть некая трагичность: студенческие волнения, полная свобода, сексуальная революция и одновременно с этим ощущение того, что все это слишком быстротечно. Мне кажется, именно поэтому 70-е были таким временем излишеств, избыточной яркости, постоянной жажды наслаждений. Ведь затем мир действительно кардинально изменился: был обнаружен СПИД, все стало более жестким, более холодным, исчезла эта наивность и искренность.

    — Гаспар Ульель
14. «

    почти вся наша самобытность определяется той печатью, которую накладывает на наши ощущения время.

    почти вся наша самобытность определяется той печатью, которую накладывает на наши ощущения время.

    — Шарль Бодлер · книга
15. «

    Если человек считает, что предпочел бы жить в другую эпоху, весьма вероятно, он просто плохо учил историю. В прошлом жизнь была полным отстоем. Люди очень мало знали и имели много шансов умереть в молодости от какой-нибудь ужасной болезни. Возможно, в вашем возрасте у вас уже выпали бы все зубы. Для женщины это была бы совсем ужасная ситуация.

    Если человек считает, что предпочел бы жить в другую эпоху, весьма вероятно, он просто плохо учил историю. В прошлом жизнь была полным отстоем. Люди очень мало знали и имели много шансов умереть в молодости от какой-нибудь ужасной болезни. Возможно, в вашем возрасте у вас уже выпали бы все зубы. Для женщины это была бы совсем ужасная ситуация.

    — Илон Маск
16. «

    Наверное, в каждую эпоху существуют какие-то истины, против которых человеку данной эпохи спорить бессмысленно, нравятся они ему или нет. И пусть даже неизвестно, будут ли их считать за истину в будущих веках.

    Наверное, в каждую эпоху существуют какие-то истины, против которых человеку данной эпохи спорить бессмысленно, нравятся они ему или нет. И пусть даже неизвестно, будут ли их считать за истину в будущих веках.

    — Антония Байетт · книга
17. «

    Прозрачные ручейки моих Мелких Добродетелей питают бурные мутные реки Пороков Эпохи, нисколько их, по-видимому, не высветляя.

    Прозрачные ручейки моих Мелких Добродетелей питают бурные мутные реки Пороков Эпохи, нисколько их, по-видимому, не высветляя.

    — Авессалом Подводный · книга
18. «

    Мы живем в эпоху, которая чувствует себя способной достичь чего угодно, но не знает, чего именно. Она владеет всем, но только не собой. Она заблудилась в собственном изобилии.

    Мы живем в эпоху, которая чувствует себя способной достичь чего угодно, но не знает, чего именно. Она владеет всем, но только не собой. Она заблудилась в собственном изобилии.

    — Хосе Ортега-и-Гассет · книга
19. «

    Если вы родились в стране или в эпоху, когда никто не только не убивает вашу жену и детей, но и не требует от вас убивать чужих жен и детей, благословите Бога и ступайте с миром. Но уясните себе раз и навсегда: вам, вероятно, повезло больше, чем мне, но вы ничем не лучше. Крайне опасно мнить себя лучшим.

    Если вы родились в стране или в эпоху, когда никто не только не убивает вашу жену и детей, но и не требует от вас убивать чужих жен и детей, благословите Бога и ступайте с миром. Но уясните себе раз и навсегда: вам, вероятно, повезло больше, чем мне, но вы ничем не лучше. Крайне опасно мнить себя лучшим.

    — Джонатан Литтелл · книга
20. «

    Мы живем в эпоху, когда все настолько ясно, что спорить о чем-то с пеной у рта можно разве что в телестудии за деньги.

    Мы живем в эпоху, когда все настолько ясно, что спорить о чем-то с пеной у рта можно разве что в телестудии за деньги.

    — Виктор Пелевин · книга