40 цитат «эротика» на каждый день

Тема «эротика» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 40 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   В эрогенной зоне бои идут с человеческими жертвами.

   В эрогенной зоне бои идут с человеческими жертвами.

   — Дмитрий Верестов · книга
2. «

   Журнал «Playboy». Все голые, аж смотреть тошно.

   Журнал «Playboy». Все голые, аж смотреть тошно.

   — Кевин Маккалистер · фильм
3. «

   Эротизм — подлиный эротизм, эротизм высокой марки — как и всякое искусство всегда элитарен и бежит толпы. Ему чужды давка, шум, ярмарочные фонари, любая вульгарность. Ему нужны малочисленность, беспечность, пышность, декор. У него есть условности, как в театре.

   Эротизм — подлиный эротизм, эротизм высокой марки — как и всякое искусство всегда элитарен и бежит толпы. Ему чужды давка, шум, ярмарочные фонари, любая вульгарность. Ему нужны малочисленность, беспечность, пышность, декор. У него есть условности, как в театре.

   — Эммануэль Арсан · книга
4. «

   Мне хватило всего пары сцен, в арабском наряде рабыни, чтоб меня записали в секс– символы. Всего сделали пару таких костюмов, первый из настоящего золота, в нем я практически не двигалась из-за тяжести металла, и другой, более практичный из резины и кожи, в котором снимали дублера в трюках. И весь юмор этого костюма в том, что это я жаловалась, что костюм принцессы Леи слишком без форменный и скрывающий еще женственность. Вот так мне «отомстил» Джордж Лукас, сделав из целомудренной принцессы уличную танцовщицу борделя.

   Мне хватило всего пары сцен, в арабском наряде рабыни, чтоб меня записали в секс– символы. Всего сделали пару таких костюмов, первый из настоящего золота, в нем я практически не двигалась из-за тяжести металла, и другой, более практичный из резины и кожи, в котором снимали дублера в трюках. И весь юмор этого костюма в том, что это я жаловалась, что костюм принцессы Леи слишком без форменный и скрывающий еще женственность. Вот так мне «отомстил» Джордж Лукас, сделав из целомудренной принцессы уличную танцовщицу борделя.

   — Кэрри Фишер
5. «

   Люди так неохотно признают эротическую сторону любви, бегут от нее, стараясь делать вид, что любовь — это лишь букеты и держание за ручки. А ведь секс не унижает настоящую любовь, наоборот — становится одним из ее проявлений.

   Люди так неохотно признают эротическую сторону любви, бегут от нее, стараясь делать вид, что любовь — это лишь букеты и держание за ручки. А ведь секс не унижает настоящую любовь, наоборот — становится одним из ее проявлений.

   — Брайанна Рид · книга
6. «

   Для меня эротика — это лицо, а не половые органы.

   Для меня эротика — это лицо, а не половые органы.

   — Хельмут Ньютон
7. «

   Эрос вполне равнодушно взирал на все союзы. Его ролью было толкать одни силы к другим, вовсе не беспокоясь о последствиях. Наш мир, впрочем, не единственный, которым ведает Эрос. От стольких совокуплений без всякой меры и порядка произошли Горгоны, в том числе и зловещая Медуза, Ложь, Распря, Голод и Боль, Старость и Убийство, беззаконие и Бедствие.

   Эрос вполне равнодушно взирал на все союзы. Его ролью было толкать одни силы к другим, вовсе не беспокоясь о последствиях. Наш мир, впрочем, не единственный, которым ведает Эрос. От стольких совокуплений без всякой меры и порядка произошли Горгоны, в том числе и зловещая Медуза, Ложь, Распря, Голод и Боль, Старость и Убийство, беззаконие и Бедствие.

   — Морис Дрюон · книга
8. «

   — Знаешь, какая у меня любимая эротическая книга? Напор незнакомца ошеломлял. — Нет, — сказал я. — «Незнайка на Луне». Там вообще нет ни слова об эротике. Именно поэтому «Незнайка» — самый эротический текст двадцатого века. Читаешь и представляешь, что делали коротышки в своей ракете во время долгого полета на Луну...

   — Знаешь, какая у меня любимая эротическая книга? Напор незнакомца ошеломлял. — Нет, — сказал я. — «Незнайка на Луне». Там вообще нет ни слова об эротике. Именно поэтому «Незнайка» — самый эротический текст двадцатого века. Читаешь и представляешь, что делали коротышки в своей ракете во время долгого полета на Луну...

   — Виктор Пелевин · книга
9. «

   У меня чисто эротических рассказов практически нет. Одна знакомая еще в начале 1980-х рассказала, что во время чтения рассказа «Свободный урок» она стала мастурбировать и кончила. Это высшая похвала писателю.

   У меня чисто эротических рассказов практически нет. Одна знакомая еще в начале 1980-х рассказала, что во время чтения рассказа «Свободный урок» она стала мастурбировать и кончила. Это высшая похвала писателю.

   — Владимир Георгиевич Сорокин
10. «

    Чулки мисс Гридис были почти телесного цвета. Складывалось впечатление, что на ней их вовсе нет, что она сидит перед нами голая, и именно эта кажущаяся нагота, ее ненастоящность, делали зрелище лучше, чем если бы она действительно была без чулок.

    Чулки мисс Гридис были почти телесного цвета. Складывалось впечатление, что на ней их вовсе нет, что она сидит перед нами голая, и именно эта кажущаяся нагота, ее ненастоящность, делали зрелище лучше, чем если бы она действительно была без чулок.

    — Чарльз Буковски · книга
11. «

    Но на сей раз дело касалось непосредственно меня, и я совершенно чётко сознавал, что противопоставление эротики и нежности — одна из величайших мерзостей нашей эпохи, из тех, что выносят не подлежащий обжалованию смертный приговор всей цивилизации.

    Но на сей раз дело касалось непосредственно меня, и я совершенно чётко сознавал, что противопоставление эротики и нежности — одна из величайших мерзостей нашей эпохи, из тех, что выносят не подлежащий обжалованию смертный приговор всей цивилизации.

    — Мишель Уэльбек · книга
12. «

    Цепи Эроса для женщины куются быстрее и держат крепче.

    Цепи Эроса для женщины куются быстрее и держат крепче.

    — Иван Антонович Ефремов · книга
13. «

    Наша жизнь — это противостояние двух стихий. Я беру тебя, приходя с огнём и мечом. Я смотрю, как в твоих глазах пылают сожжённые мною города, я слышу в твоём смехе крики воронья над полем битвы, я наблюдаю, как знаменами проигравших падает на пол одежда... Я беру тебя, приходя со словом. Я вью вокруг тебя интригу медленной эротики, я шепчу в твоё ухо горячие оттиски обнажённой интимности, дрожью струящиеся по твоей коже... Я беру тебя, приходя с любовью. Я целую твоё тонкое запястье и прижимаю к себе, любуясь мерным соавторством такта сердец, я провожу кончиками пальцев по твоей спине, ловя губами дождинки сбившегося дыхания... Я беру тебя, приходя с первым снегом и шелестом листопадов, я беру тебя, приходя с россыпью звёзд и прозрачно розовым рассветом, я беру тебя, приходя... Наша жизнь — это противостояние двух стихий. Наша жизнь — это единство двух стихов, это созвучие двух песен... Наша жизнь — это мы, бесконечно отражённые друг в друге.

    Наша жизнь — это противостояние двух стихий. Я беру тебя, приходя с огнём и мечом. Я смотрю, как в твоих глазах пылают сожжённые мною города, я слышу в твоём смехе крики воронья над полем битвы, я наблюдаю, как знаменами проигравших падает на пол одежда... Я беру тебя, приходя со словом. Я вью вокруг тебя интригу медленной эротики, я шепчу в твоё ухо горячие оттиски обнажённой интимности, дрожью струящиеся по твоей коже... Я беру тебя, приходя с любовью. Я целую твоё тонкое запястье и прижимаю к себе, любуясь мерным соавторством такта сердец, я провожу кончиками пальцев по твоей спине, ловя губами дождинки сбившегося дыхания... Я беру тебя, приходя с первым снегом и шелестом листопадов, я беру тебя, приходя с россыпью звёзд и прозрачно розовым рассветом, я беру тебя, приходя... Наша жизнь — это противостояние двух стихий. Наша жизнь — это единство двух стихов, это созвучие двух песен... Наша жизнь — это мы, бесконечно отражённые друг в друге.

    — Аль Квотион · книга
14. «

    Забавно, но изображение эротического содержания воспринимается гораздо критичнее, чем, например, изображение убийства или военных действий…

    Забавно, но изображение эротического содержания воспринимается гораздо критичнее, чем, например, изображение убийства или военных действий…
15. «

    Высочайшая культура эротики, мне кажется, перешла сейчас черти во что. Мы потеряли ощущение женщины и мужчины. Думаем, что освободились, а на самом деле сами себя обворовали.

    Высочайшая культура эротики, мне кажется, перешла сейчас черти во что. Мы потеряли ощущение женщины и мужчины. Думаем, что освободились, а на самом деле сами себя обворовали.

    — Пётр Наумович Фоменко
16. «

    Разница между порнографией и эротикой — в освещении.

    Разница между порнографией и эротикой — в освещении.

    — Глория Леонард
17. «

    Самая подходящая одежда для молодой рыжей девушки — наряд леди Годивы.

    Самая подходящая одежда для молодой рыжей девушки — наряд леди Годивы.

    — Брайанна Рид · книга
18. «

    Эротические телевизионные каналы не расширяют наших горизонтов, не делают нас совершеннее в человеческом плане, да и качество изображения могло бы тоже быть получше.

    Эротические телевизионные каналы не расширяют наших горизонтов, не делают нас совершеннее в человеческом плане, да и качество изображения могло бы тоже быть получше.

    — Билл Мар
19. «

    Впервые предложение сниматься без трусов для раскрепощения было высказано в шутку именно моей идеей. Правда, сначала это было отклонено потому как режиссер хотел снять фаллос Майкла, по сцене соблазнения, но тот категорически отказался. На сцене допроса Верховен попросил меня снять белье, потому что оно отражало свет и было заметно. Он заверил, что выставит освещение таким образом, что «ничего не будет видно». Кроме того, прямо на площадке я просматривала дубли на плейбэке. Но в начале 1990-х HD-мониторов не было, и действительно казалось, что в темном кадре «ничего не видно». А вот когда я впервые увидела сцену на большом экране на внутристудийном показе, сидя среди незнакомых агентов и адвокатов, то тут же отправилась к Верховену и дала ему пощечину. На съемках я не чувствовала, что режиссер меня эксплуатирует, а вот на показе — однозначно. Сейчас я благодарна Верховену, ведь это он отстоял мою кандидатуру на роль Кэтрин Траммел, хотя на эту роль хотели видеть звезд вроде Ким Бейсингер, Джулии Робертс, Мэг Райан и Мишель Пфайффер.

    Впервые предложение сниматься без трусов для раскрепощения было высказано в шутку именно моей идеей. Правда, сначала это было отклонено потому как режиссер хотел снять фаллос Майкла, по сцене соблазнения, но тот категорически отказался. На сцене допроса Верховен попросил меня снять белье, потому что оно отражало свет и было заметно. Он заверил, что выставит освещение таким образом, что «ничего не будет видно». Кроме того, прямо на площадке я просматривала дубли на плейбэке. Но в начале 1990-х HD-мониторов не было, и действительно казалось, что в темном кадре «ничего не видно». А вот когда я впервые увидела сцену на большом экране на внутристудийном показе, сидя среди незнакомых агентов и адвокатов, то тут же отправилась к Верховену и дала ему пощечину. На съемках я не чувствовала, что режиссер меня эксплуатирует, а вот на показе — однозначно. Сейчас я благодарна Верховену, ведь это он отстоял мою кандидатуру на роль Кэтрин Траммел, хотя на эту роль хотели видеть звезд вроде Ким Бейсингер, Джулии Робертс, Мэг Райан и Мишель Пфайффер.

    — Шерон Стоун
20. «

    Всё эротическое — это искусство.

    Всё эротическое — это искусство.

    — Густав Климт