152 цитаты «фашизм» — избранное

152 цитаты про «фашизм»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   После римских цезарей, после римских пап, настоящий Рим это фашизм, который одновременно и стар и нов, и он требует мирового признания.

   После римских цезарей, после римских пап, настоящий Рим это фашизм, который одновременно и стар и нов, и он требует мирового признания.

   — Бенито Муссолини
2. «

   — Мистер Мосли ждет предложений касательно тех, на кого можно положиться в Лондоне. — На мой взгляд, самый талантливый организатор на юге это Алфи Соломонс. — Он мертв. И он еврей. Согласно воззрениям нашего босса, то что он мертв менее важно, чем то, что он еврей.

   — Мистер Мосли ждет предложений касательно тех, на кого можно положиться в Лондоне. — На мой взгляд, самый талантливый организатор на юге это Алфи Соломонс. — Он мертв. И он еврей. Согласно воззрениям нашего босса, то что он мертв менее важно, чем то, что он еврей.

   — Джимми МакКаверн · сериал
3. «

   Фашизм — бунт невежества.

   Фашизм — бунт невежества.

   — Фазиль Искандер
4. «

   Ведь Гитлер не только другим прожужжал уши — он и сам верит в то, что он апостол мира и что войну навязали ему другие. И вместе с ним в это верят пятьдесят миллионов немцев.

   Ведь Гитлер не только другим прожужжал уши — он и сам верит в то, что он апостол мира и что войну навязали ему другие. И вместе с ним в это верят пятьдесят миллионов немцев.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
5. «

   Безумием и ложью являлось всё, что делали и приказывали властители Третьей империи. Ложью были их слова, ложью было их молчание. С ложью они вставали, с ложью ложились. Весь их строй был ложью, ложью были их законы, ложью были их приговоры, ложью была их немецкая речь, наука, право, вера. Ложью был их национализм и «социализм». Ложью были их мораль и любовь. Всё было ложью. И только одно было правдой: их человеконенавистничество.

   Безумием и ложью являлось всё, что делали и приказывали властители Третьей империи. Ложью были их слова, ложью было их молчание. С ложью они вставали, с ложью ложились. Весь их строй был ложью, ложью были их законы, ложью были их приговоры, ложью была их немецкая речь, наука, право, вера. Ложью был их национализм и «социализм». Ложью были их мораль и любовь. Всё было ложью. И только одно было правдой: их человеконенавистничество.

   — Лион Фейхтвангер · книга
6. «

   Я и теперь часто думаю про фашизм. И знаешь, иногда он выглядит очень эффектным. Он целые страны соблазнял своими мускулами.

   Я и теперь часто думаю про фашизм. И знаешь, иногда он выглядит очень эффектным. Он целые страны соблазнял своими мускулами.

   — Гелена · фильм
7. «

   Называя имена людей, которые поддерживают фашизм или оказали ему свои услуги, поражаешься, как они несхожи. Что за конгломерат! Назовите мне иную политическую платформу, которая сплотила бы таких приверженцев, как Гитлер, Петен, Монтегю Норман, Павелич, Уильям Рэндолф Херст, Стрейчер, Бухман, Эзра Паунд, Хуан Марч, Кокто, Тиссен, отец Кофлин, муфтий Иерусалимский, Арнольд Ланн, Антонеску, Шпенглер, Беверли Николе, леди Хаустон и Маринетти, побудив всех их сесть в одну лодку! Но на самом деле это несложно объяснить. Все они из тех, кому есть что терять, или мечтатели об иерархическом обществе, которые страшатся самой мысли о мире, где люди станут свободны и равны. За всем крикливым пустословием насчет «безбожной» России и вульгарного «материализма», отличающего пролетариат, скрывается очень простое желание людей с деньгами и привилегиями удержать им принадлежащее.

   Называя имена людей, которые поддерживают фашизм или оказали ему свои услуги, поражаешься, как они несхожи. Что за конгломерат! Назовите мне иную политическую платформу, которая сплотила бы таких приверженцев, как Гитлер, Петен, Монтегю Норман, Павелич, Уильям Рэндолф Херст, Стрейчер, Бухман, Эзра Паунд, Хуан Марч, Кокто, Тиссен, отец Кофлин, муфтий Иерусалимский, Арнольд Ланн, Антонеску, Шпенглер, Беверли Николе, леди Хаустон и Маринетти, побудив всех их сесть в одну лодку! Но на самом деле это несложно объяснить. Все они из тех, кому есть что терять, или мечтатели об иерархическом обществе, которые страшатся самой мысли о мире, где люди станут свободны и равны. За всем крикливым пустословием насчет «безбожной» России и вульгарного «материализма», отличающего пролетариат, скрывается очень простое желание людей с деньгами и привилегиями удержать им принадлежащее.

   — Джордж Оруэлл · книга
8. «

   Те, кто сегодня сравнивает фашизм с коммунизмом, делают это либо по полному невежеству, либо по моральной неполноценности. Фашизм как предельное выражение варварства и язычества (в любой сфере – от национальной до культурной политики) есть нечто, прямо противоположное коммунизму, который я бы рассматривал скорее в традициях христианства. Россия, проделавшая путь от язычества через христианство к коммунистической идеологии, бесспорно в тот момент идеологически – или лучше сказать духовно – была единственным оппонентом фашизму. Чтобы противостоять идее, нужна идея. Побеждает не оружие, не армия, даже не народ – побеждает дух, сконцентрированный в той или иной точке. Не вступи Россия в войну, Европа бы пала наверняка.

   Те, кто сегодня сравнивает фашизм с коммунизмом, делают это либо по полному невежеству, либо по моральной неполноценности. Фашизм как предельное выражение варварства и язычества (в любой сфере – от национальной до культурной политики) есть нечто, прямо противоположное коммунизму, который я бы рассматривал скорее в традициях христианства. Россия, проделавшая путь от язычества через христианство к коммунистической идеологии, бесспорно в тот момент идеологически – или лучше сказать духовно – была единственным оппонентом фашизму. Чтобы противостоять идее, нужна идея. Побеждает не оружие, не армия, даже не народ – побеждает дух, сконцентрированный в той или иной точке. Не вступи Россия в войну, Европа бы пала наверняка.

   — Максим Кантор · книга
9. «

   Идет война с фашистской Германией, поэтому мы плывем без огней, чтобы остаться незамеченными. Все понимают, в любой момент нас могут обнаружить подложки или самолеты противника, и тогда мы погибнем. Но паники нет. Моя команда — люди опытные, все мы не раз смотрели смерти в глаза. Хотим мы только одного — выстоять, сдюжить и раздавить фашистскую гадину, так, чтобы и мокрого места от нее не осталось...

   Идет война с фашистской Германией, поэтому мы плывем без огней, чтобы остаться незамеченными. Все понимают, в любой момент нас могут обнаружить подложки или самолеты противника, и тогда мы погибнем. Но паники нет. Моя команда — люди опытные, все мы не раз смотрели смерти в глаза. Хотим мы только одного — выстоять, сдюжить и раздавить фашистскую гадину, так, чтобы и мокрого места от нее не осталось...

   — Капитан Иван Полозков · сериал
10. «

    Если Гитлер вторгнется в ад, я произнесу панегирик в честь дьявола.

    Если Гитлер вторгнется в ад, я произнесу панегирик в честь дьявола.

    — Уинстон Черчилль
11. «

    Этим массовым уничтожением евреев мы войну окончательно проиграли. Мы покрыли себя несмываемым позором и будем навечно прокляты. Мы не заслуживаем снисхождения. Мы все виновны. Мне стыдно выходить на улицу. Каждый поляк имеет право плюнуть нам в лицо.

    Этим массовым уничтожением евреев мы войну окончательно проиграли. Мы покрыли себя несмываемым позором и будем навечно прокляты. Мы не заслуживаем снисхождения. Мы все виновны. Мне стыдно выходить на улицу. Каждый поляк имеет право плюнуть нам в лицо.

    — Владислав Шпильман · книга
12. «

    К сожалению, и поныне имеются люди, которые хотят сохранить заразу «про запас», только несколько разбавив бульон, в котором разводятся чумные бактерии... Мы должны помнить: фашизм родился от жадности и тупости одних, от коварства и трусости других. Если человечество хочет покончить с кровавым кошмаром этих лет, то оно должно покончить с фашизмом. Если фашизм оставят где-нибудь на развод, то через десять или двадцать лет снова прольются реки крови... Фашизм — страшная раковая опухоль, её нельзя лечить на минеральных водах, её нужно удалить. Я не верю в доброе сердце людей, которые плачут над палачами, эти мнимые добряки готовят смерть миллионам невинных.

    К сожалению, и поныне имеются люди, которые хотят сохранить заразу «про запас», только несколько разбавив бульон, в котором разводятся чумные бактерии... Мы должны помнить: фашизм родился от жадности и тупости одних, от коварства и трусости других. Если человечество хочет покончить с кровавым кошмаром этих лет, то оно должно покончить с фашизмом. Если фашизм оставят где-нибудь на развод, то через десять или двадцать лет снова прольются реки крови... Фашизм — страшная раковая опухоль, её нельзя лечить на минеральных водах, её нужно удалить. Я не верю в доброе сердце людей, которые плачут над палачами, эти мнимые добряки готовят смерть миллионам невинных.

    — Илья Эренбург
13. «

    Сажать в тюрьму людей за их пороки — это главный прием диктатуры. Вы даже не отдаете себе отчета в том, что невольно способствуете возрождению моральных норм фашизма.

    Сажать в тюрьму людей за их пороки — это главный прием диктатуры. Вы даже не отдаете себе отчета в том, что невольно способствуете возрождению моральных норм фашизма.

    — Фредерик Бегбедер · книга
14. «

    А Германию тем временем все плотней и плотней обволакивал туман лжи. Герметически изолированная от остального мира, страна отдана была во власть лжи, которую изо дня в день изрыгали фашисты, миллионы раз повторяя ее в печати и по радио. Для этой цели они создали специальное министерство. Пользуясь всеми средствами современной техники, фашисты внушали голодающим, что они сыты, угнетенным – что они свободны, тем, кому угрожало растущее возмущение всего мира, — что весь земной шар завидует их мощи и величию. Германия готовилась к войне. Подготовку вели в стране и за пределами страны, открыто нарушая существующие договоры. Цель жизни — это смерть на поле битвы, проповедовали фашистские вожаки. Война – высшее предназначение нации, провозглашали громкоговорители, все свободное время молодежи заполнялось военной муштрой.

    А Германию тем временем все плотней и плотней обволакивал туман лжи. Герметически изолированная от остального мира, страна отдана была во власть лжи, которую изо дня в день изрыгали фашисты, миллионы раз повторяя ее в печати и по радио. Для этой цели они создали специальное министерство. Пользуясь всеми средствами современной техники, фашисты внушали голодающим, что они сыты, угнетенным – что они свободны, тем, кому угрожало растущее возмущение всего мира, — что весь земной шар завидует их мощи и величию. Германия готовилась к войне. Подготовку вели в стране и за пределами страны, открыто нарушая существующие договоры. Цель жизни — это смерть на поле битвы, проповедовали фашистские вожаки. Война – высшее предназначение нации, провозглашали громкоговорители, все свободное время молодежи заполнялось военной муштрой.

    — Лион Фейхтвангер · книга
15. «

    30 января 1933 года Адольф Гитлер вступил на пост канцлера Германии. Все, кто собирался или мог оказать сопротивление новому порядку, почувствовали на себе руку хозяина. 2 февраля всякие митинги или демонстрации германской Коммунистической партии были запрещены. 27 февраля 1933 года в здании рейхстага вспыхнул пожар. Были вызваны отряды коричневорубашечников и чернорубашечников и их вспомогательные части. За одну ночь было арестовано четыре тысячи человек, в том числе члены Центрального Комитета Коммунистической партии.

    30 января 1933 года Адольф Гитлер вступил на пост канцлера Германии. Все, кто собирался или мог оказать сопротивление новому порядку, почувствовали на себе руку хозяина. 2 февраля всякие митинги или демонстрации германской Коммунистической партии были запрещены. 27 февраля 1933 года в здании рейхстага вспыхнул пожар. Были вызваны отряды коричневорубашечников и чернорубашечников и их вспомогательные части. За одну ночь было арестовано четыре тысячи человек, в том числе члены Центрального Комитета Коммунистической партии.

    — Уинстон Черчилль · книга
16. «

    Разделять людей на привитых и непривитых — возрождать фашистскую идеологию.

    Разделять людей на привитых и непривитых — возрождать фашистскую идеологию.
17. «

    Это ты на Ганзе гражданин! А тут — подозреваемый в мутации. И это мы сейчас проверим. Если твой череп правильных пропорций — ты свободен. Если нет — ты недочеловек, урод!

    Это ты на Ганзе гражданин! А тут — подозреваемый в мутации. И это мы сейчас проверим. Если твой череп правильных пропорций — ты свободен. Если нет — ты недочеловек, урод!
18. «

    Я — объективный как журналист. Если это фашизм, я прямо скажу, что это фашизм. А «Правый сектор» — это не другое слово. Почему они хотят меня убить? Ну, потому что я английский журналист, который расскажет истинные, точные факты. Они... лучше меня убьют, чем услышат. Раньше я получал угрозы, много оскорблений. Я не боюсь, потому что я бы лучше.... погиб, чем не рассказать миру правду, чем сдаваться фашистам. Потому что если так, то что это за ситуация? Фашизм победит? Не пройдёт, не будет. Конечно, страшно. Я не буду врать об этом. Страшно. Ну, что делать? Менять жизнь... продержаться и не сдаваться и всё.

    Я — объективный как журналист. Если это фашизм, я прямо скажу, что это фашизм. А «Правый сектор» — это не другое слово. Почему они хотят меня убить? Ну, потому что я английский журналист, который расскажет истинные, точные факты. Они... лучше меня убьют, чем услышат. Раньше я получал угрозы, много оскорблений. Я не боюсь, потому что я бы лучше.... погиб, чем не рассказать миру правду, чем сдаваться фашистам. Потому что если так, то что это за ситуация? Фашизм победит? Не пройдёт, не будет. Конечно, страшно. Я не буду врать об этом. Страшно. Ну, что делать? Менять жизнь... продержаться и не сдаваться и всё.

    — Грэм Филлипс (журналист)
19. «

    Прошло еще немало времени, прежде чем мы поняли, что по-настоящему опасно не то, что немцы пишут, а то, что могло случиться с каждым из нас совершенно неожиданно, как гром среди ясного неба, без всякого предупреждения или распоряжения.

    Прошло еще немало времени, прежде чем мы поняли, что по-настоящему опасно не то, что немцы пишут, а то, что могло случиться с каждым из нас совершенно неожиданно, как гром среди ясного неба, без всякого предупреждения или распоряжения.

    — Владислав Шпильман · книга
20. «

    Он пришел к нацизму, рассчитывая на более легкую жизнь. Дело оказалось сложнее, чем он себе представлял. С той поры он утратил способность смеяться. Он поставил ставку на нацизм. Оказалось, что он ставил на дохлую лошадь. С той поры он утратил и самообладание. По ночам, расхаживая в мягких туфлях по тюремным коридорам, он машинально оставлял на пыльных абажурах следы своих грустных размышлений. «Все пошло в нужник» — поэтически писал он пальцем и подумывал о самоубийстве. Днем от него достается и заключенным и сослуживцам, он орёт визгливым, срывающимся голосом, надеясь заглушить страх.

    Он пришел к нацизму, рассчитывая на более легкую жизнь. Дело оказалось сложнее, чем он себе представлял. С той поры он утратил способность смеяться. Он поставил ставку на нацизм. Оказалось, что он ставил на дохлую лошадь. С той поры он утратил и самообладание. По ночам, расхаживая в мягких туфлях по тюремным коридорам, он машинально оставлял на пыльных абажурах следы своих грустных размышлений. «Все пошло в нужник» — поэтически писал он пальцем и подумывал о самоубийстве. Днем от него достается и заключенным и сослуживцам, он орёт визгливым, срывающимся голосом, надеясь заглушить страх.

    — Юлиус Фучик · книга