13 цитат на тему «фэнтези»

Собрали 13 цитат на тему «фэнтези» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Сумрак ждал меня возле Палат Тишины. Я знал, что он должен остаться. У всех детей леса, как и у деревьев, есть корни – они не созданы для того, чтобы колесить по свету. Я гладил его морду, перебирал пальцами гриву – и не говорил ни слова. Мы просто молчали вместе, как два существа, которые слишком много могут сказать друг другу. Что означает приручить единорога? Лишь то, что отныне часть твоей души будет разгуливать в дебрях Густого леса.

   Сумрак ждал меня возле Палат Тишины. Я знал, что он должен остаться. У всех детей леса, как и у деревьев, есть корни – они не созданы для того, чтобы колесить по свету. Я гладил его морду, перебирал пальцами гриву – и не говорил ни слова. Мы просто молчали вместе, как два существа, которые слишком много могут сказать друг другу. Что означает приручить единорога? Лишь то, что отныне часть твоей души будет разгуливать в дебрях Густого леса.
2. «

   Вы не представляете насколько искусно он владел магией иллюзии. Райзек мог даже пробраться в голову, заставить увидеть то, чего не существует, заставить поверить! И как только дневной свет сменяется тьмой, мне кажется, что я вот-вот услышу его шаги, ненавистный смех… — глухим, полным безнадеги голосом сказал вдруг Дилан, сгорбившись и обхватив себя руками. Сейчас он смотрел, казалось, сквозь меня. Перед его взором, наверняка, оживали ужасы прошлого. Парня буквально окутывала тяжелая аура отчаяния и страха.

   Вы не представляете насколько искусно он владел магией иллюзии. Райзек мог даже пробраться в голову, заставить увидеть то, чего не существует, заставить поверить! И как только дневной свет сменяется тьмой, мне кажется, что я вот-вот услышу его шаги, ненавистный смех… — глухим, полным безнадеги голосом сказал вдруг Дилан, сгорбившись и обхватив себя руками. Сейчас он смотрел, казалось, сквозь меня. Перед его взором, наверняка, оживали ужасы прошлого. Парня буквально окутывала тяжелая аура отчаяния и страха.

   — Дилан
3. «

   — Не хочу. С тобой спорить – себе дороже. Никогда не поймешь, серьезно ты или блефуешь. И вообще, чего зацепился за эту тему? Тоже хочешь спать в кровати Адрианы? На условиях «не прикасаться, не дергаться» и что там еще? – беззлобно буркнул полукровка. — А ты – нет? – резонно заметил я, невольно улыбнувшись. — Ой, ну, тебя. Спи лучше, — отмахнулся Тайлер и затих.

   — Не хочу. С тобой спорить – себе дороже. Никогда не поймешь, серьезно ты или блефуешь. И вообще, чего зацепился за эту тему? Тоже хочешь спать в кровати Адрианы? На условиях «не прикасаться, не дергаться» и что там еще? – беззлобно буркнул полукровка. — А ты – нет? – резонно заметил я, невольно улыбнувшись. — Ой, ну, тебя. Спи лучше, — отмахнулся Тайлер и затих.

   — Тайлер Дерден
4. «

   Но если вы не верите в богов, то зачем обременять себя новым? В божественных делах я мало что понимаю, да и понимать не хочу, но красная жрица имеет силу. Половина моих рыцарей даже имя ее называть боится. На колдунью, способную вселить такой страх во взрослых мужчин, нельзя смотреть свысока, даже если она ни на что более не способна. Тот, кто боится, все равно что побит. Но может быть, она способна и на большее — скоро я это узнаю.

   Но если вы не верите в богов, то зачем обременять себя новым? В божественных делах я мало что понимаю, да и понимать не хочу, но красная жрица имеет силу. Половина моих рыцарей даже имя ее называть боится. На колдунью, способную вселить такой страх во взрослых мужчин, нельзя смотреть свысока, даже если она ни на что более не способна. Тот, кто боится, все равно что побит. Но может быть, она способна и на большее — скоро я это узнаю.

   — Джордж Мартин · книга
5. «

   Брак с женщиной без уважения с ее стороны подобен рубашке из шершней, которую нужно носить, не снимая день и ночь напролет.

   Брак с женщиной без уважения с ее стороны подобен рубашке из шершней, которую нужно носить, не снимая день и ночь напролет.

   — Роберт Джордан · книга
6. «

   В комнате все сели за стол, и Алия торжественно достала свою книгу. На ярко-красной обложке жирными черными буквами было начертано «Забой крупного рогатого скота», а снизу корявым почерком Алии, чернилами, для особо непонятливых выведено «Демонология». Книга действительно была на лаквиллском. — Ну-с, опишите вашего безыменя, — голосом профессорши на зачете произнесла я.

   В комнате все сели за стол, и Алия торжественно достала свою книгу. На ярко-красной обложке жирными черными буквами было начертано «Забой крупного рогатого скота», а снизу корявым почерком Алии, чернилами, для особо непонятливых выведено «Демонология». Книга действительно была на лаквиллском. — Ну-с, опишите вашего безыменя, — голосом профессорши на зачете произнесла я.

   — Мария Вересень · книга
7. «

   — Молодые они, — рассудительно произнес Кузьма. — Пообтешутся, простишь. — Только не сегодня, — я покачал а головой, — и не завтра. — Простишь, — широко улыбнулся бывший каторжанин. — Жизнь, она ведь такая, м-да, не всегда гладко, бывает и того, шероховато.

   — Молодые они, — рассудительно произнес Кузьма. — Пообтешутся, простишь. — Только не сегодня, — я покачал а головой, — и не завтра. — Простишь, — широко улыбнулся бывший каторжанин. — Жизнь, она ведь такая, м-да, не всегда гладко, бывает и того, шероховато.

   — Мария Вересень · книга
8. «

   — Феникс кажется идеальным. Таких людей не бывает. — Кажется идеальным? — удивилась я. — Он выглядит как модель с обложки журнала. Отлично разговаривает на английском и итальянском. Ведет себя так, словно он потомок королевской семьи. — Это разве плохо? — я прищурилась, внимательно посмотрев на маму. — Это хорошо, но в нем есть что-то ненастоящее. Феникс — словно принц из романа, написанного женщиной. Я прикусила губу и отвела взгляд, боясь посмотреть матери в глаза. Она практически догадалась, что Феникс нарисован мной.

   — Феникс кажется идеальным. Таких людей не бывает. — Кажется идеальным? — удивилась я. — Он выглядит как модель с обложки журнала. Отлично разговаривает на английском и итальянском. Ведет себя так, словно он потомок королевской семьи. — Это разве плохо? — я прищурилась, внимательно посмотрев на маму. — Это хорошо, но в нем есть что-то ненастоящее. Феникс — словно принц из романа, написанного женщиной. Я прикусила губу и отвела взгляд, боясь посмотреть матери в глаза. Она практически догадалась, что Феникс нарисован мной.

   — Элли Либэр · книга
9. «

   – Как можно не верить в волшебство? – растерялся я. – Оно ведь существует. Пусть и не на каждом шагу, но раз в сотню шагов точно! Магические книги, чудесные мечи, колдовские зелья и пыльца лесных фей – всё это среди нас. Так вы можете не верить в кошек, петухов или злых королей – только какой в этом толк?

   – Как можно не верить в волшебство? – растерялся я. – Оно ведь существует. Пусть и не на каждом шагу, но раз в сотню шагов точно! Магические книги, чудесные мечи, колдовские зелья и пыльца лесных фей – всё это среди нас. Так вы можете не верить в кошек, петухов или злых королей – только какой в этом толк?
10. «

    Когда мужчина знает, что завтра может погибнуть, он хочет оставить что-то после себя. Когда женщина знает, что её мужчина завтра может погибнуть, она отчаянно хочет, чтобы он оставил ей частичку себя. Поэтому, множество детей рождается во время войны. Это нелогично, ведь если мужчина — или женщина — действительно погибнут, тяготы и лишения неизбежны, однако человеческое сердце редко подчиняется законам логики.

    Когда мужчина знает, что завтра может погибнуть, он хочет оставить что-то после себя. Когда женщина знает, что её мужчина завтра может погибнуть, она отчаянно хочет, чтобы он оставил ей частичку себя. Поэтому, множество детей рождается во время войны. Это нелогично, ведь если мужчина — или женщина — действительно погибнут, тяготы и лишения неизбежны, однако человеческое сердце редко подчиняется законам логики.

    — Роберт Джордан · книга
11. «

    Обидно: попал в другой мир, изучаю магию и боевые искусства, а плавание на корабле прошло абсолютно спокойно. Куда делись пираты? Или в книгах все врут и вовсе необязательно в каждом походе влипать в стычки с разбойниками? Непонятно.

    Обидно: попал в другой мир, изучаю магию и боевые искусства, а плавание на корабле прошло абсолютно спокойно. Куда делись пираты? Или в книгах все врут и вовсе необязательно в каждом походе влипать в стычки с разбойниками? Непонятно.

    — Александр Ковальков · книга
12. «

    — Что ж, возвращаемся. Привал продлим до обеда и лишь потом отправимся. А пока пусть все отдыхают. Ведь, я так поняла, ночью все расчищали вход в эти подземные коридоры? — деловито спросила я. — А что не так со входом? — насторожился Эррор, но я его проигнорировала. — Да, мы торопились как могли, — ответил на мой вопрос Ринальдо. — Нет, ты мне ответь! Что вы уже там сделали? — занервничал Эррор. — Кстати, а что это за место? — все продолжала игнорить бога я. Хоть как-то отыграюсь за его выходку с невидимостью. — Могла бы и у меня спросить. Я бы ответил, — пожал плечами он. — Подозреваю, это одно из тайных мест, куда приходил великий Эррор, когда наведывался в наш мир. Но, как видишь, уже давно находится в глубоком запустении, — ответил Ринальдо. — Эй! Какое еще запустение? Ну, не прибрано немножко, так что теперь, позорить меня? Будет время — подмету полы, а пока и так сойдет! — оскорбился бог. Я едва удержалась, чтоб не прыснуть со смеху. — Ладно, пошли к дыре. Скорей всего, здесь есть еще несколько выходов, но лучше выйти тем лазом, которым мы сюда попали, — предложил Дейярд. — Дыре? Он сказал «дыра»? Вы что с моим домом сделали, варвары?! Сами потолок в коридоре разрушили, а на пыль жалуетесь? Вот кто вы после этого?! У меня просто нет слов! — высказался Эррор и исчез. Я едва слышно с облегчением вздохнула. Честно говоря, нервы уже начали сдавать.

    — Что ж, возвращаемся. Привал продлим до обеда и лишь потом отправимся. А пока пусть все отдыхают. Ведь, я так поняла, ночью все расчищали вход в эти подземные коридоры? — деловито спросила я. — А что не так со входом? — насторожился Эррор, но я его проигнорировала. — Да, мы торопились как могли, — ответил на мой вопрос Ринальдо. — Нет, ты мне ответь! Что вы уже там сделали? — занервничал Эррор. — Кстати, а что это за место? — все продолжала игнорить бога я. Хоть как-то отыграюсь за его выходку с невидимостью. — Могла бы и у меня спросить. Я бы ответил, — пожал плечами он. — Подозреваю, это одно из тайных мест, куда приходил великий Эррор, когда наведывался в наш мир. Но, как видишь, уже давно находится в глубоком запустении, — ответил Ринальдо. — Эй! Какое еще запустение? Ну, не прибрано немножко, так что теперь, позорить меня? Будет время — подмету полы, а пока и так сойдет! — оскорбился бог. Я едва удержалась, чтоб не прыснуть со смеху. — Ладно, пошли к дыре. Скорей всего, здесь есть еще несколько выходов, но лучше выйти тем лазом, которым мы сюда попали, — предложил Дейярд. — Дыре? Он сказал «дыра»? Вы что с моим домом сделали, варвары?! Сами потолок в коридоре разрушили, а на пыль жалуетесь? Вот кто вы после этого?! У меня просто нет слов! — высказался Эррор и исчез. Я едва слышно с облегчением вздохнула. Честно говоря, нервы уже начали сдавать.

    — Екатерина Скибинских · книга
13. «

    Струя пламени взвилась в воздух. В тёмном небе отчётливо прорисовался силуэт: мощное тело, огромные, медленно взмахивающие перепончатые крылья, пасть, извергающая огонь. Красный дракон бесшумно сделал круг над скалами. Я в оцепенении смотрела, как он разворачивается к ним хвостом и движется в сторону селения. Чтобы дойти до скал, человеку нужно два дня пути по неровной дороге, по холмам и оврагам. Дракон приближался быстро, его не задерживали ни крутые подъемы и спуски, ни быстрые горные ручьи. Что же я делаю?! Стою на самом виду на вершине холма, перед обрывом! А вдруг дракон на ночную охоту вылетел? Во всех сказаниях драконы девушек крали! Я кинулась прочь, с полянки, в сторону селения. Не успею, как пить дать, не успею! Добежала до сон-дерева, прижалась к светлому стволу. Платье на мне белое, волосы светлые. Может, и не заметит меня дракон? Сладкий запах цветов сон-дерева мысли дурманит, колени подкашиваются, пальцы в мешочки со златоцветом так вцепились, что ладони судорогой сводит. Вот пролетел дракон над самым обрывом, взвился повыше в тёмное небо, снова чуть спустился и опять взлетел к облакам. Высоко над сон-деревом пронёсся, не заметил. В сторону селения полетел.

    Струя пламени взвилась в воздух. В тёмном небе отчётливо прорисовался силуэт: мощное тело, огромные, медленно взмахивающие перепончатые крылья, пасть, извергающая огонь. Красный дракон бесшумно сделал круг над скалами. Я в оцепенении смотрела, как он разворачивается к ним хвостом и движется в сторону селения. Чтобы дойти до скал, человеку нужно два дня пути по неровной дороге, по холмам и оврагам. Дракон приближался быстро, его не задерживали ни крутые подъемы и спуски, ни быстрые горные ручьи. Что же я делаю?! Стою на самом виду на вершине холма, перед обрывом! А вдруг дракон на ночную охоту вылетел? Во всех сказаниях драконы девушек крали! Я кинулась прочь, с полянки, в сторону селения. Не успею, как пить дать, не успею! Добежала до сон-дерева, прижалась к светлому стволу. Платье на мне белое, волосы светлые. Может, и не заметит меня дракон? Сладкий запах цветов сон-дерева мысли дурманит, колени подкашиваются, пальцы в мешочки со златоцветом так вцепились, что ладони судорогой сводит. Вот пролетел дракон над самым обрывом, взвился повыше в тёмное небо, снова чуть спустился и опять взлетел к облакам. Высоко над сон-деревом пронёсся, не заметил. В сторону селения полетел.

    — Анна Гале · книга