510 цитат про «философия» — большая подборка

510 цитат про «философия»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   В русской философии жизнь всегда выше философии и всех и всяческих систем.

   В русской философии жизнь всегда выше философии и всех и всяческих систем.

   — Елена Базурина · книга
2. «

   Люди объединяются речью. Слова же устанавливаются сообразно разумению толпы. Слова прямо насилуют разум, смешивают все и ведут людей к пустым и бесчисленным спорам и толкованиям.

   Люди объединяются речью. Слова же устанавливаются сообразно разумению толпы. Слова прямо насилуют разум, смешивают все и ведут людей к пустым и бесчисленным спорам и толкованиям.

   — Фрэнсис Бэкон
3. «

   В жизни необходимо действовать, радости же и страдания приходят сами собой.

   В жизни необходимо действовать, радости же и страдания приходят сами собой.

   — Иоганн Вольфганг фон Гёте
4. «

   Самое страшное – не успеть – сказать или сделать. Это ошибка, которая не поддается исправлению. Мы пишем жизнь сразу на чистовик, лишенные права потренироваться в черновике. Наша совесть – самый жестокий и кровожадный палач. Непреходящее чувство вины – вот он – ад при жизни.

   Самое страшное – не успеть – сказать или сделать. Это ошибка, которая не поддается исправлению. Мы пишем жизнь сразу на чистовик, лишенные права потренироваться в черновике. Наша совесть – самый жестокий и кровожадный палач. Непреходящее чувство вины – вот он – ад при жизни.

   — Ника Остожева · книга
5. «

   В ней была все та же притягательность, то же озорство... «Вы смешная», — сказал он ей, борясь с собственным замешательством от ее нелепой убежденности в том, что жизнь — это лишь то, что у нее внутри.

   В ней была все та же притягательность, то же озорство... «Вы смешная», — сказал он ей, борясь с собственным замешательством от ее нелепой убежденности в том, что жизнь — это лишь то, что у нее внутри.

   — Елена Котова · книга
6. «

   Он размышлял о распаде духовности, низвержении прошлых ценностей и норм, восстании масс и создания для их оболванивания и обслуживания чудовищной массовой культуры, унификации людей под покровом их мнимого равенства, начале борьбы за господство над всем земным шаром, попытках выращивания новой расы господ, тиранических режимах как порождении демократических систем.

   Он размышлял о распаде духовности, низвержении прошлых ценностей и норм, восстании масс и создания для их оболванивания и обслуживания чудовищной массовой культуры, унификации людей под покровом их мнимого равенства, начале борьбы за господство над всем земным шаром, попытках выращивания новой расы господ, тиранических режимах как порождении демократических систем.

   — Игорь Иванович Гарин · книга
7. «

   Человеческой жизни свойственно не только развитие, возникновение раньше не бывшего, но и окостенение, минерализация.

   Человеческой жизни свойственно не только развитие, возникновение раньше не бывшего, но и окостенение, минерализация.

   — Николай Александрович Бердяев
8. «

   Книга о счастье состояла бы из одной страницы. О грусти можно писать бесконечно...

   Книга о счастье состояла бы из одной страницы. О грусти можно писать бесконечно...

   — Януш Леон Вишневский
9. «

   Живое сердце на то и живое, чтобы как радоваться, так и грустить.

   Живое сердце на то и живое, чтобы как радоваться, так и грустить.

   — Франц Вертфоллен · книга
10. «

    Как бы ни был далек человек от любой философии, у него все равно есть теория или доктрина, объясняющая, почему он живет именно так, а не иначе.

    Как бы ни был далек человек от любой философии, у него все равно есть теория или доктрина, объясняющая, почему он живет именно так, а не иначе.

    — Али Апшерони
11. «

    На небе и на земле случается много такого, чего наша философия и представить себе не может.

    На небе и на земле случается много такого, чего наша философия и представить себе не может.

    — Стивен Кинг · книга
12. «

    Мы сами выбираем для себя правду, в соответствии со своим внутренним миром. Миром, который создавал кто угодно, но только не ты. Это твои родители, твои воспитатели в детском саду, детские мультфильмы и любимые супергерои, которых создали такие же люди, как ты сам, в соответствии со своими представлениями о том, каким должен быть супергерой. Или в соответствии с представлениями генерального директора. Или спонсора. Это уже детали.

    Мы сами выбираем для себя правду, в соответствии со своим внутренним миром. Миром, который создавал кто угодно, но только не ты. Это твои родители, твои воспитатели в детском саду, детские мультфильмы и любимые супергерои, которых создали такие же люди, как ты сам, в соответствии со своими представлениями о том, каким должен быть супергерой. Или в соответствии с представлениями генерального директора. Или спонсора. Это уже детали.
13. «

    Несчастлив тот, кого, как тень его, Пугает лай и ветер косит, И беден тот, кто сам полуживой У тени милостыню просит.

    Несчастлив тот, кого, как тень его, Пугает лай и ветер косит, И беден тот, кто сам полуживой У тени милостыню просит.

    — Осип Мандельштам
14. «

    Не позволяй злу свить свои сети в твоем сознании.

    Не позволяй злу свить свои сети в твоем сознании.

    — Илья Александрович Игин
15. «

    Природа не знает такого понятия — философия, Геральт из Ривии. Философией принято называть предпринимаемые людьми жалкие и смешные потуги понять Природу. За философия сходят и результаты таких потуг. Это всё равно как если б корень моркови пытался отыскать причины и следствия своего существования, называя результат обдумываний извечным и таинственным конфликтом Корня и Ботвы, а дождь считал бы Неразгаданной Созидающей Силой.

    Природа не знает такого понятия — философия, Геральт из Ривии. Философией принято называть предпринимаемые людьми жалкие и смешные потуги понять Природу. За философия сходят и результаты таких потуг. Это всё равно как если б корень моркови пытался отыскать причины и следствия своего существования, называя результат обдумываний извечным и таинственным конфликтом Корня и Ботвы, а дождь считал бы Неразгаданной Созидающей Силой.

    — Анджей Сапковский · книга
16. «

    Высшей любовью и совестью мира было и будет православие. А высшей справедливостью мира была и будет Русская земля.

    Высшей любовью и совестью мира было и будет православие. А высшей справедливостью мира была и будет Русская земля.

    — Илья Александрович Игин
17. «

    Для законодательного авторитета государства, которому следует приписывать величайшую мудрость, унизительно, по-видимому, искать поучения о принципах своего поведения относительно других государств у подданных (философов), но все же делать это весьма благоразумно.

    Для законодательного авторитета государства, которому следует приписывать величайшую мудрость, унизительно, по-видимому, искать поучения о принципах своего поведения относительно других государств у подданных (философов), но все же делать это весьма благоразумно.

    — Владимир Гаков · книга
18. «

    – Зачем ты страдаешь? – совершенно неожиданно для Стаса поинтересовалась девушка. Ее вопросы ставили молодого человека в тупик не меньше, чем ее поведение! – Может, ты хотела спросить «от чего»? – В этот вечер Стас действительно страдал, не борясь, а упиваясь своей депрессией. – От чего я итак знаю: от мыслей. Я спрашиваю «зачем»? Стас усмехнулся: – Мысли появляются не на пустом месте! Правильнее спросить: «от чего». – Мысли могут быть любыми, – возразила девушка. – Человек сам выбирает, о чем ему думать. Какая мне разница, что ты выбрал? Мне интересно: зачем ты это сделал? Я и спрашиваю: зачем ты выбрал то, от чего тебе плохо? – Хочешь сказать, что если мне плохо, я должен думать о чем угодно, но не об этом? Словно шизофреник, внушать себе то, чего нету на самом деле? – А тебя волнует, как это назовут другие? Если человек думает о хорошем, ему хорошо. А если ему хорошо, что еще важно? Жизнь – все, что у тебя есть. Если она кажется тебе хорошей, значит – она хорошая! – Ну… – Стас вздохнул, удивляясь, как еще простота этого ребенка позволила ей дожить до такого «сознательного» возраста. – Иногда не думать о плохом невозможно! – Да, но это – тоже мысль, которую ты сам выбрал! Ты выбрал думать о плохом и выбрал думать, что тебе это необходимо. А думать можно о чем угодно! Если думаешь о том, как все здорово, значит, находишься в реальности, в которой все здорово. Если наоборот – ты сам называешь свою реальность плохой, сам оцениваешь что-то, как отрицательное и сам страдаешь от своей оценки! – А надо врать себе, что все здорово? – не понял Стас. – Зачем врать? Вселенная бесстрастна. В ней нет оценки предметам или событиям. Это ты оцениваешь. Захочешь – оценишь положительно – и тебе будет светло и весело, захочешь – наоборот – и будешь стонать и плакать. И зачем тогда выбирать худшее – чтобы оценить «правильно»? А кто придумал, как «правильно»? Есть только ты и Вселенная. Ты и она. И ты либо счастлив, либо страдаешь – вот, что правда. Не все ли равно, что нечто принято считать хорошим, если тебе от этого плохо? Не все ли равно, что нечто принято считать плохим, если тебе от этого хорошо? Мнение других важно лишь тогда, когда ты сам решаешь считать его важным.

    – Зачем ты страдаешь? – совершенно неожиданно для Стаса поинтересовалась девушка. Ее вопросы ставили молодого человека в тупик не меньше, чем ее поведение! – Может, ты хотела спросить «от чего»? – В этот вечер Стас действительно страдал, не борясь, а упиваясь своей депрессией. – От чего я итак знаю: от мыслей. Я спрашиваю «зачем»? Стас усмехнулся: – Мысли появляются не на пустом месте! Правильнее спросить: «от чего». – Мысли могут быть любыми, – возразила девушка. – Человек сам выбирает, о чем ему думать. Какая мне разница, что ты выбрал? Мне интересно: зачем ты это сделал? Я и спрашиваю: зачем ты выбрал то, от чего тебе плохо? – Хочешь сказать, что если мне плохо, я должен думать о чем угодно, но не об этом? Словно шизофреник, внушать себе то, чего нету на самом деле? – А тебя волнует, как это назовут другие? Если человек думает о хорошем, ему хорошо. А если ему хорошо, что еще важно? Жизнь – все, что у тебя есть. Если она кажется тебе хорошей, значит – она хорошая! – Ну… – Стас вздохнул, удивляясь, как еще простота этого ребенка позволила ей дожить до такого «сознательного» возраста. – Иногда не думать о плохом невозможно! – Да, но это – тоже мысль, которую ты сам выбрал! Ты выбрал думать о плохом и выбрал думать, что тебе это необходимо. А думать можно о чем угодно! Если думаешь о том, как все здорово, значит, находишься в реальности, в которой все здорово. Если наоборот – ты сам называешь свою реальность плохой, сам оцениваешь что-то, как отрицательное и сам страдаешь от своей оценки! – А надо врать себе, что все здорово? – не понял Стас. – Зачем врать? Вселенная бесстрастна. В ней нет оценки предметам или событиям. Это ты оцениваешь. Захочешь – оценишь положительно – и тебе будет светло и весело, захочешь – наоборот – и будешь стонать и плакать. И зачем тогда выбирать худшее – чтобы оценить «правильно»? А кто придумал, как «правильно»? Есть только ты и Вселенная. Ты и она. И ты либо счастлив, либо страдаешь – вот, что правда. Не все ли равно, что нечто принято считать хорошим, если тебе от этого плохо? Не все ли равно, что нечто принято считать плохим, если тебе от этого хорошо? Мнение других важно лишь тогда, когда ты сам решаешь считать его важным.

    — Сергей Аркадьевич Фрумкин · книга
19. «

    Душа, вместившая в себя философию, не может не заразить своим здоровьем и тело. Царящие в ней покой и довольство она не может не излучать вовне.

    Душа, вместившая в себя философию, не может не заразить своим здоровьем и тело. Царящие в ней покой и довольство она не может не излучать вовне.

    — Мишель де Монтень
20. «

    Если какое-нибудь явление превышает, по нашему мнению, силы человека, то мы тотчас же говорим: это дело Божие; наше тщеславие не может удовольствоваться меньшим. Не лучше ли было бы, если бы мы вкладывали в свои рассуждения несколько меньше гордости и несколько больше философии?

    Если какое-нибудь явление превышает, по нашему мнению, силы человека, то мы тотчас же говорим: это дело Божие; наше тщеславие не может удовольствоваться меньшим. Не лучше ли было бы, если бы мы вкладывали в свои рассуждения несколько меньше гордости и несколько больше философии?

    — Дени Дидро