Топ-84 цитаты: «философы»

Тема «философы» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 84 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Они разводили философию — да простится мне неправильное употребление этого слова — по поводу того, что сердце есть вместилище страстей, в то время как ученые исследовали законы кровообращения. Они провозглашали, что голод и чума — это кары небесные, между тем как ученые строили элеваторы и проводили в городах канализацию. Они создавали богов по своему образу и подобию, в то время как ученые строили мосты и прокладывали дороги. Они заявляли, что земля — пуп Вселенной, а ученые в это время открывали Америку и исследовали пространство в поисках новых звезд и законов, управляющих движением звезд. Словом, метафизики ничего — ровным счетом ничего — не сделали для человечества.

   Они разводили философию — да простится мне неправильное употребление этого слова — по поводу того, что сердце есть вместилище страстей, в то время как ученые исследовали законы кровообращения. Они провозглашали, что голод и чума — это кары небесные, между тем как ученые строили элеваторы и проводили в городах канализацию. Они создавали богов по своему образу и подобию, в то время как ученые строили мосты и прокладывали дороги. Они заявляли, что земля — пуп Вселенной, а ученые в это время открывали Америку и исследовали пространство в поисках новых звезд и законов, управляющих движением звезд. Словом, метафизики ничего — ровным счетом ничего — не сделали для человечества.

   — Джек Лондон · книга
2. «

   — А кто такой философ? — Тот, у кого хватило ума подыскать себе непыльную работенку, не связанную с подъемом тяжестей.

   — А кто такой философ? — Тот, у кого хватило ума подыскать себе непыльную работенку, не связанную с подъемом тяжестей.

   — Терри Пратчетт · книга
3. «

   — Что такое философ, знаете? — Мудрец, которому и не снилось, сколько всякого есть в небесах и на земле.

   — Что такое философ, знаете? — Мудрец, которому и не снилось, сколько всякого есть в небесах и на земле.

   — Олдос Хаксли · книга
4. «

   Писатель и философ будущего придет по мосткам журналистики.

   Писатель и философ будущего придет по мосткам журналистики.

   — Роберт Музиль · книга
5. «

   Терпеть не могу мелочных философов – они любят делить волос на четыре части, и, конечно, на живых головах, да еще с помощью топора.

   Терпеть не могу мелочных философов – они любят делить волос на четыре части, и, конечно, на живых головах, да еще с помощью топора.

   — Станислав Ежи Лец · книга
6. «

   Философ — это слепец, который в темной комнате ищет черную кошку, которой там нет; а теолог эту кошку находит.

   Философ — это слепец, который в темной комнате ищет черную кошку, которой там нет; а теолог эту кошку находит.

   — Лоренс (Лоуренс) Питер
7. «

   Я еще в школе усвоил, что нельзя выдумать ничего столь оригинального и маловероятного, что не было бы уже высказано кем-либо из философов.

   Я еще в школе усвоил, что нельзя выдумать ничего столь оригинального и маловероятного, что не было бы уже высказано кем-либо из философов.

   — Рене Декарт
8. «

   Слова, еще слова, и только слова: это всё, что нам оставили самые знаменитые философы шестидесяти поколений.

   Слова, еще слова, и только слова: это всё, что нам оставили самые знаменитые философы шестидесяти поколений.

   — Томас Бабингтон Маколей
9. «

   Если хотя бы один лентяй написал философский трактат, то все те, кого ошибочно считают философами, лопнули бы от зависти. Но как только лентяй садится писать трактат, он тут же перестает им быть. Вот такая неразрешимая проблема.

   Если хотя бы один лентяй написал философский трактат, то все те, кого ошибочно считают философами, лопнули бы от зависти. Но как только лентяй садится писать трактат, он тут же перестает им быть. Вот такая неразрешимая проблема.

   — Дмитрий Горчев · книга
10. «

    Чтобы стать хорошим философом, необходимо лишь умение удивляться.

    Чтобы стать хорошим философом, необходимо лишь умение удивляться.

    — Юстейн Гордер · книга
11. «

    Философы могут разгневаться и вовлечь меня в бесплодные споры.

    Философы могут разгневаться и вовлечь меня в бесплодные споры.

    — Энрико Ферми
12. «

    Вся античная философия была ориентирована на простоту жизни и учила некоторой непритязательности. В этом смысле немногие философы-вегетарианцы оказали человечеству большую услугу, чем все новые философы, и до тех пор, пока эти философы не наберуться мужества и не отправятся на поиски совершенно иного образа жизни, и не покажут это на собственном примере, они останутся пустым местом.

    Вся античная философия была ориентирована на простоту жизни и учила некоторой непритязательности. В этом смысле немногие философы-вегетарианцы оказали человечеству большую услугу, чем все новые философы, и до тех пор, пока эти философы не наберуться мужества и не отправятся на поиски совершенно иного образа жизни, и не покажут это на собственном примере, они останутся пустым местом.

    — Фридрих Вильгельм Ницше
13. «

    Реальность — грёза безумного философа. То, что остаётся в пробирной чашке, когда иллюзию подвергают количественному анализу. Зародыш пустоты.

    Реальность — грёза безумного философа. То, что остаётся в пробирной чашке, когда иллюзию подвергают количественному анализу. Зародыш пустоты.

    — Амброз Бирс · книга
14. «

    Розанов изобрел компромисс – который известен и нам самим: говорить то, что мы думаем, но каждый раз там, в зависимости от того, что мы хотим сказать, где это если не желательно, то хотя бы терпимо.

    Розанов изобрел компромисс – который известен и нам самим: говорить то, что мы думаем, но каждый раз там, в зависимости от того, что мы хотим сказать, где это если не желательно, то хотя бы терпимо.

    — Владас Повилайтис
15. «

    Посмотрите на портреты всех великих философов и попробуйте отрицать, что мышление старит!

    Посмотрите на портреты всех великих философов и попробуйте отрицать, что мышление старит!

    — Янина Ипохорская
16. «

    Я чуток, как поэт, Бессилен, как философ.

    Я чуток, как поэт, Бессилен, как философ.

    — Николай Михайлович Рубцов
17. «

    Пока большинство ученых слишком заняты развитием новых теорий, описывающих, что есть Вселенная, и им некогда спросить себя, почему она есть. Философы же, чья работа в том и состоит, чтобы задавать вопрос «почему», не могут угнаться за развитием научных теорий. В XVIII в. философы считали все человеческое знание, в том числе и науку, полем своей деятельности и занимались обсуждением вопросов типа: было ли у Вселенной начало? Но расчеты и математический аппарат науки XIX и XX вв. стали слишком сложны для философов и вообще для всех, кроме специалистов. Философы настолько сузили круг своих запросов, что самый известный философ нашего века Виттгенштейн по этому поводу сказал: «Единственное, что еще остается философии, — это анализ языка». Какое унижение для философии с ее великими традициями от Аристотеля до Канта!

    Пока большинство ученых слишком заняты развитием новых теорий, описывающих, что есть Вселенная, и им некогда спросить себя, почему она есть. Философы же, чья работа в том и состоит, чтобы задавать вопрос «почему», не могут угнаться за развитием научных теорий. В XVIII в. философы считали все человеческое знание, в том числе и науку, полем своей деятельности и занимались обсуждением вопросов типа: было ли у Вселенной начало? Но расчеты и математический аппарат науки XIX и XX вв. стали слишком сложны для философов и вообще для всех, кроме специалистов. Философы настолько сузили круг своих запросов, что самый известный философ нашего века Виттгенштейн по этому поводу сказал: «Единственное, что еще остается философии, — это анализ языка». Какое унижение для философии с ее великими традициями от Аристотеля до Канта!

    — Стивен Хокинг · книга
18. «

    Что такое философ? Это человек, который законам противопоставляет природу, обычаям — разум, общепринятым взглядам — совесть и предрассудкам — собственное мнение.

    Что такое философ? Это человек, который законам противопоставляет природу, обычаям — разум, общепринятым взглядам — совесть и предрассудкам — собственное мнение.

    — Николя де Шамфор
19. «

    В то время самым многочисленным было племя китайских драконов, но китайцы так оберегали свою мудрость и настолько не хотели делиться ею ни с кем другим, что на все просьбы высказаться или посоветовать что-нибудь отделывались заумными фразами вроде: «Увидеть светило — значит просветиться», «Большую воду и преодолевать долго», «Превосходящий дракона человек подобен песку». А китайские философы, которым особенно нравятся всякие бессмыслицы, собирали эти изречения в книги и потом продавали их в западные страны как источник мудрости.

    В то время самым многочисленным было племя китайских драконов, но китайцы так оберегали свою мудрость и настолько не хотели делиться ею ни с кем другим, что на все просьбы высказаться или посоветовать что-нибудь отделывались заумными фразами вроде: «Увидеть светило — значит просветиться», «Большую воду и преодолевать долго», «Превосходящий дракона человек подобен песку». А китайские философы, которым особенно нравятся всякие бессмыслицы, собирали эти изречения в книги и потом продавали их в западные страны как источник мудрости.

    — Роджер Желязны · книга
20. «

    Есть два весьма различных рода веселости. Истинный мыслитель веселит и утешает всегда, высказывает ли он свою серьезную мысль или свою шутку, свое человеческое познание или свою божественную благость; он говорит без жалобных жестов, дрожащих рук, слезливых глаз, всегда уверенно и просто, бодро и сильно, быть может немного по-рыцарски и сурово, но всегда как победитель; и именно это доставляет нам самое глубокое и полное веселье видеть побеждающего бога рядом со всеми чудовищами, которых он поборол. Напротив, веселость, которую встречаешь порою у посредственных писателей и у ограниченных мыслителей, делает нашего брата несчастным, как я это, например, испытывал при чтении Давида Штрауса.

    Есть два весьма различных рода веселости. Истинный мыслитель веселит и утешает всегда, высказывает ли он свою серьезную мысль или свою шутку, свое человеческое познание или свою божественную благость; он говорит без жалобных жестов, дрожащих рук, слезливых глаз, всегда уверенно и просто, бодро и сильно, быть может немного по-рыцарски и сурово, но всегда как победитель; и именно это доставляет нам самое глубокое и полное веселье видеть побеждающего бога рядом со всеми чудовищами, которых он поборол. Напротив, веселость, которую встречаешь порою у посредственных писателей и у ограниченных мыслителей, делает нашего брата несчастным, как я это, например, испытывал при чтении Давида Штрауса.

    — Фридрих Вильгельм Ницше · книга