21 лучших цитата на тему «Германия»

21 цитата про «Германия»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   У студентов Гейдельбергского университета принято драться на шпагах. Встречаешь человека, лицо которого исполосовано шрамами, и не знаешь – то ли он ветеран многих войн, то ли просто получил высшее образование…

   У студентов Гейдельбергского университета принято драться на шпагах. Встречаешь человека, лицо которого исполосовано шрамами, и не знаешь – то ли он ветеран многих войн, то ли просто получил высшее образование…

   — Марк Твен
2. «

   Церковь — это прежде всего духовная, невидимая общность истинно верующих в Христа, а не внешний иерархический авторитет и сакральная организация.

   Церковь — это прежде всего духовная, невидимая общность истинно верующих в Христа, а не внешний иерархический авторитет и сакральная организация.

   — Игорь Николаевич Яблоков · книга
3. «

   Опубликованные в последние годы свидетельства по «делу Тухачевского» говорят о том, что это «дело» было сфабриковано в ведомстве Гиммлера и при посредничестве представителей Чехословакии передано в НКВД в 1937 году.

   Опубликованные в последние годы свидетельства по «делу Тухачевского» говорят о том, что это «дело» было сфабриковано в ведомстве Гиммлера и при посредничестве представителей Чехословакии передано в НКВД в 1937 году.

   — Уинстон Черчилль · книга
4. «

   Вот Польша. Гитлер перегрыз ей горло, а Сталин, как шакал, доел остатки.

   Вот Польша. Гитлер перегрыз ей горло, а Сталин, как шакал, доел остатки.

   — Полина Дашкова · книга
5. «

   Германия, Германия — прекрасное место. Тут меня кормят, хоть я и пленник, да и еда не такая противная, как английская. Сосиски и сыр такие вкусные! Это собачий рай. Это Германия! Но почему все немцы такие строгие? Местами меня угнетают их угрозы. Мое сердце напугано, и я буду плакать. И еще здесь здоровенные девушки. У вас хобби такое — каждый день пить пиво бочонками? И, пожалуйста, хватит ходить ко мне домой такими толпами. Я боюсь туристов. И немецкие девицы накачаны сильнее меня. Яху!

   Германия, Германия — прекрасное место. Тут меня кормят, хоть я и пленник, да и еда не такая противная, как английская. Сосиски и сыр такие вкусные! Это собачий рай. Это Германия! Но почему все немцы такие строгие? Местами меня угнетают их угрозы. Мое сердце напугано, и я буду плакать. И еще здесь здоровенные девушки. У вас хобби такое — каждый день пить пиво бочонками? И, пожалуйста, хватит ходить ко мне домой такими толпами. Я боюсь туристов. И немецкие девицы накачаны сильнее меня. Яху!

   — Италия · аниме
6. «

   В пользу Советов нужно сказать, что Советскому Союзу было жизненно необходимо отодвинуть как можно дальше на запад исходные позиции германских армий, с тем чтобы русские получили время и могли собрать силы со всех концов своей колоссальной империи. Если их политика и была холодно расчетливой, то она была также в тот момент в высокой степени реалистичной.

   В пользу Советов нужно сказать, что Советскому Союзу было жизненно необходимо отодвинуть как можно дальше на запад исходные позиции германских армий, с тем чтобы русские получили время и могли собрать силы со всех концов своей колоссальной империи. Если их политика и была холодно расчетливой, то она была также в тот момент в высокой степени реалистичной.

   — Уинстон Черчилль · книга
7. «

   И дело не в том, что Фридрих не желал служить своей стране или любил Германию меньше остальных граждан. По крайней мере, он любил ту Германию, в которой вырос. Но эта новая Германия — Германия последних семи лет, с ее сочившимися ненавистью Нюрнбергскими расовыми законами, согласно которым преследовали евреев, с повсеместным притеснением Церкви, ненасытной жаждой расширить жизненное пространство и привилегии для истинных арийцев — была совершенно иной. Фридрих не мог её понять, не мог прикоснуться к ней, как прикасался к дереву. Как всякий немец, он был исполнен надежд и горячо поддерживал Адольфа Гитлера, когда тот обещал поднять страну с колен, на которые она опустилась после Версальского договора. Фридриху хотелось чего-то большего, нежели просто коптить небо, он хотел сам быть кузнецом счастья для своей семьи. Но только не в ущерб правилам приличия и морали, не теряя человеческого облика. Не предавая Всевышнего на Небесах, сотворив себе кумира из фюрера.

   И дело не в том, что Фридрих не желал служить своей стране или любил Германию меньше остальных граждан. По крайней мере, он любил ту Германию, в которой вырос. Но эта новая Германия — Германия последних семи лет, с ее сочившимися ненавистью Нюрнбергскими расовыми законами, согласно которым преследовали евреев, с повсеместным притеснением Церкви, ненасытной жаждой расширить жизненное пространство и привилегии для истинных арийцев — была совершенно иной. Фридрих не мог её понять, не мог прикоснуться к ней, как прикасался к дереву. Как всякий немец, он был исполнен надежд и горячо поддерживал Адольфа Гитлера, когда тот обещал поднять страну с колен, на которые она опустилась после Версальского договора. Фридриху хотелось чего-то большего, нежели просто коптить небо, он хотел сам быть кузнецом счастья для своей семьи. Но только не в ущерб правилам приличия и морали, не теряя человеческого облика. Не предавая Всевышнего на Небесах, сотворив себе кумира из фюрера.

   — Кэти Гольке · книга
8. «

   Овладев Веной, нацистская Германия получила возможность установить военный и экономический контроль над всеми коммуникациями Юго-Восточной Европы — шоссейными, речными и железнодорожными.

   Овладев Веной, нацистская Германия получила возможность установить военный и экономический контроль над всеми коммуникациями Юго-Восточной Европы — шоссейными, речными и железнодорожными.

   — Уинстон Черчилль · книга
9. «

   А мы просто нашли мужество осуществить то, о чём мечтала Европа!… Мы сказали, раз вы об этом думаете — давайте, наконец, сделаем это. Это как хирургическая операция — сперва больно, но потом организм выздоравливает. Разве мы не осуществили потаённую мечту каждого европейского обывателя? Разве не в этом была причина всех наших побед? Ведь все знали, что то, о чем они боялись рассказывать даже своим жёнам, мы объявили ясно и открыто, как подобает мужественному и цельному народу. Они всегда не любили евреев! Всю жизнь они боялись эту мрачную, угрюмую страну на Востоке, этого кентавра, дикого и чужого Европе — Россию… Я сказал: просто давайте решим эти две проблемы, решим их раз и навсегда… Разве мы придумали что-то новое? Нет. Мы просто внесли ясность в те вопросы, в которых вся Европа хотела ясности. Вот и всё. С тех пор как Земля вращается вокруг Солнца, пока существует холод и жара, буря и солнечный свет, до тех пор будет существовать и борьба, в том числе, среди людей и народов. Если бы люди остались жить в раю — они бы сгнили. Человечество стало тем, что оно есть, благодаря борьбе! Война — естественное, обыденное дело. Она идёт всегда и повсюду. У неё нет начала, нет конца. Война — это сама жизнь. Война — это отправная точка.

   А мы просто нашли мужество осуществить то, о чём мечтала Европа!… Мы сказали, раз вы об этом думаете — давайте, наконец, сделаем это. Это как хирургическая операция — сперва больно, но потом организм выздоравливает. Разве мы не осуществили потаённую мечту каждого европейского обывателя? Разве не в этом была причина всех наших побед? Ведь все знали, что то, о чем они боялись рассказывать даже своим жёнам, мы объявили ясно и открыто, как подобает мужественному и цельному народу. Они всегда не любили евреев! Всю жизнь они боялись эту мрачную, угрюмую страну на Востоке, этого кентавра, дикого и чужого Европе — Россию… Я сказал: просто давайте решим эти две проблемы, решим их раз и навсегда… Разве мы придумали что-то новое? Нет. Мы просто внесли ясность в те вопросы, в которых вся Европа хотела ясности. Вот и всё. С тех пор как Земля вращается вокруг Солнца, пока существует холод и жара, буря и солнечный свет, до тех пор будет существовать и борьба, в том числе, среди людей и народов. Если бы люди остались жить в раю — они бы сгнили. Человечество стало тем, что оно есть, благодаря борьбе! Война — естественное, обыденное дело. Она идёт всегда и повсюду. У неё нет начала, нет конца. Война — это сама жизнь. Война — это отправная точка.

   — Адольф Гитлер · фильм
10. «

    В Германии нет идеального немца, как в России — идеального русского.

    В Германии нет идеального немца, как в России — идеального русского.

    — Ангела Меркель
11. «

    Имеющий веру имеет все.

    Имеющий веру имеет все.

    — Игорь Николаевич Яблоков · книга
12. «

    Это совсем немного! Если бы Горбачев сказал: дайте нам сотню миллиардов, и получите ГДР, — мы так бы и сделали. Что такое сто миллиардов за Восточные земли при их годовом бюджете в пятьсот миллиардов? Да ГДР нам досталась по цене бутерброда!

    Это совсем немного! Если бы Горбачев сказал: дайте нам сотню миллиардов, и получите ГДР, — мы так бы и сделали. Что такое сто миллиардов за Восточные земли при их годовом бюджете в пятьсот миллиардов? Да ГДР нам досталась по цене бутерброда!

    — Гельмут Коль
13. «

    Падение марки разрушило основы благополучия германской средней буржуазии, многие представители которой в своем отчаянии стали сторонниками новой партии и находили облегчение своему горю в ненависти, мести и патриотическом угаре.

    Падение марки разрушило основы благополучия германской средней буржуазии, многие представители которой в своем отчаянии стали сторонниками новой партии и находили облегчение своему горю в ненависти, мести и патриотическом угаре.

    — Уинстон Черчилль · книга
14. «

    Пакт о ненападении с Германией был заключен в обстановке, когда СССР оказался после переговоров с Англией и Францией без союзников в условиях близкой и неизбежной войны.

    Пакт о ненападении с Германией был заключен в обстановке, когда СССР оказался после переговоров с Англией и Францией без союзников в условиях близкой и неизбежной войны.

    — Уинстон Черчилль · книга
15. «

    Германия — наше отечество, объединенная Евро­па — наше будущее.

    Германия — наше отечество, объединенная Евро­па — наше будущее.

    — Гельмут Коль
16. «

    Знания и способности отдельных личностей недостаточны. В войне нужны получившие органическое развитие способности большинства, а для этого требуются десятилетия.

    Знания и способности отдельных личностей недостаточны. В войне нужны получившие органическое развитие способности большинства, а для этого требуются десятилетия.

    — Уинстон Черчилль · книга
17. «

    Успехи Гитлера и его доктрин могут быть точно прослежены. В 1928 году он располагал всего 12 мандатами в рейхстаге. В 1930 эта цифра увеличилась до 107, а 1932 — до 230. К этому времени влияние и дисциплина национал-социалистической партии давали себя чувствовать уже во всем строе Германии; всякого рода запугивания, оскобления и зверства в отношении евреев приобрели широчайшее распространение.

    Успехи Гитлера и его доктрин могут быть точно прослежены. В 1928 году он располагал всего 12 мандатами в рейхстаге. В 1930 эта цифра увеличилась до 107, а 1932 — до 230. К этому времени влияние и дисциплина национал-социалистической партии давали себя чувствовать уже во всем строе Германии; всякого рода запугивания, оскобления и зверства в отношении евреев приобрели широчайшее распространение.

    — Уинстон Черчилль · книга
18. «

    Координатором акции истребления евреев в Едвабне 10 июля 1941 года был тогдашний бургомистр города, Мариан Кароляк. Его фамилия, откровенно говоря, появляется в каждом показании. Кароляк отдает распоряжения и практически все время лично участвует в погроме. Он, несомненно, злой дух едвабненской драмы. <...> Где зародилась идея этого начинания — исходила ли она от немцев (как можно судить по фразе «такой приказ отдали немцы» в сообщении Васерштайна), или это была инициатива снизу городских властей Едвабне, — установить невозможно. Впрочем, вряд ли это имеет большое значение, так как обе стороны легко пришли к взаимопониманию.

    Координатором акции истребления евреев в Едвабне 10 июля 1941 года был тогдашний бургомистр города, Мариан Кароляк. Его фамилия, откровенно говоря, появляется в каждом показании. Кароляк отдает распоряжения и практически все время лично участвует в погроме. Он, несомненно, злой дух едвабненской драмы. <...> Где зародилась идея этого начинания — исходила ли она от немцев (как можно судить по фразе «такой приказ отдали немцы» в сообщении Васерштайна), или это была инициатива снизу городских властей Едвабне, — установить невозможно. Впрочем, вряд ли это имеет большое значение, так как обе стороны легко пришли к взаимопониманию.

    — Ян Томаш Гросс · книга
19. «

    ... Если между Россией и Германией начнется война, а это весьма вероятно в ближайшие несколько лет.

    ... Если между Россией и Германией начнется война, а это весьма вероятно в ближайшие несколько лет.

    — Джордж Оруэлл · книга
20. «

    США включились в Первую мировую войну, прежде всего, из-за событий в России. Из-за опасения относительно перспектив возникновения единого гегемона Европы. Мы приняли участие во Второй Мировой войне по тому же вопросу — Германии. Германии и России. Мы сражались в «холодной войне», на самом деле, насчет Германии и того, какова она будет. Для США было всегда исконным, главным страхом, что немецкий капитал и немецкие технологии соединятся с российскими природными ресурсами и рабочей силой в единственную комбинацию, которая пугает США на протяжении столетия. Что из этого выйдет? США уже выложили карты на стол.

    США включились в Первую мировую войну, прежде всего, из-за событий в России. Из-за опасения относительно перспектив возникновения единого гегемона Европы. Мы приняли участие во Второй Мировой войне по тому же вопросу — Германии. Германии и России. Мы сражались в «холодной войне», на самом деле, насчет Германии и того, какова она будет. Для США было всегда исконным, главным страхом, что немецкий капитал и немецкие технологии соединятся с российскими природными ресурсами и рабочей силой в единственную комбинацию, которая пугает США на протяжении столетия. Что из этого выйдет? США уже выложили карты на стол.

    — Джордж Фридман