449 цитат «гордость» — что говорили умные люди

449 цитат про «гордость»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Если вы думаете, что не страдаете гордыней, значит, вы действительно ею страдаете.

   Если вы думаете, что не страдаете гордыней, значит, вы действительно ею страдаете.

   — Клайв Стейплз Льюис
2. «

   — Вот послушайте... «Человек за все платит сам: за веру, за неверие, за ум, за любовь – потому он свободен!... Вот что такое человек?... Человек это не ты, не я, не они… нет! Человек – это ты, я, они, Наполеон, Магомет… в одном! Это – огромно! Человек! Это – великолепно! Это звучит… гордо!» — Это всё неправда. — Что? — Ну как вот у вас? «Человек! Это звучит… гордо!» Посмотрите на нас... Разве здесь может человек звучать гордо? Говори вы это с усмешкой, с издёвкой, я, быть может, вам и поверила бы...

   — Вот послушайте... «Человек за все платит сам: за веру, за неверие, за ум, за любовь – потому он свободен!... Вот что такое человек?... Человек это не ты, не я, не они… нет! Человек – это ты, я, они, Наполеон, Магомет… в одном! Это – огромно! Человек! Это – великолепно! Это звучит… гордо!» — Это всё неправда. — Что? — Ну как вот у вас? «Человек! Это звучит… гордо!» Посмотрите на нас... Разве здесь может человек звучать гордо? Говори вы это с усмешкой, с издёвкой, я, быть может, вам и поверила бы...

   — Станиславский · фильм
3. «

   Жизнь все решает по-своему, не так, как решила бы ее гордость.

   Жизнь все решает по-своему, не так, как решила бы ее гордость.

   — Хербьёрг Вассму · книга
4. «

   Если мужчина гордится своей женщиной — это счастье. Женщине можно многое простить, когда она дает повод для гордости.

   Если мужчина гордится своей женщиной — это счастье. Женщине можно многое простить, когда она дает повод для гордости.

   — Андрей Рубанов · книга
5. «

   Девица с таким гордым и презрительным видом восседала на сложенном вчетверо одеяле, что, не будь за её спиной привязанного к ней дуба, можно было бы подумать – это она всех похитила.

   Девица с таким гордым и презрительным видом восседала на сложенном вчетверо одеяле, что, не будь за её спиной привязанного к ней дуба, можно было бы подумать – это она всех похитила.

   — Ольга Громыко · книга
6. «

   Счастье – оно гордое. Редко приходит само – любит, чтобы его звали, искали, боролись за него.

   Счастье – оно гордое. Редко приходит само – любит, чтобы его звали, искали, боролись за него.

   — Олег Рой · книга
7. «

   По-моему, гордость часто обвиняют те, кому не хватает смелости…

   По-моему, гордость часто обвиняют те, кому не хватает смелости…

   — Эльчин Сафарли · книга
8. «

   Утопия пустынь — гордиться миражами.

   Утопия пустынь — гордиться миражами.

   — Геннадий Москвин
9. «

   Я очень любила Джека, очень. Несмотря ни на что, на многочисленные измены, на его откровенную холодность, временами даже жестокость, я любила Джека. Все, кто испытывал это чувство, знают, что оно не подвластно ни доводам рассудка, ни даже гордости. Гордость может заставить уйти, развестись, отомстить наконец, но любовь от этого никуда не денется. И лучшее, что можно сделать для своего спокойствия – действительно расстаться и любить на расстоянии.

   Я очень любила Джека, очень. Несмотря ни на что, на многочисленные измены, на его откровенную холодность, временами даже жестокость, я любила Джека. Все, кто испытывал это чувство, знают, что оно не подвластно ни доводам рассудка, ни даже гордости. Гордость может заставить уйти, развестись, отомстить наконец, но любовь от этого никуда не денется. И лучшее, что можно сделать для своего спокойствия – действительно расстаться и любить на расстоянии.

   — Жаклин Кеннеди · книга
10. «

    Знаешь, Кристиан страшно бы тобой гордился. Ты — шанс Пенни стать счастливой в мире, полном дешевых обещаний и нулевых гарантий. В мире, который не всегда вознаграждает тех, кто ни разу не ошибался. В том смысле, что мир способен изгадить жизнь хорошему человеку так же легко, как и не совсем хорошему, но ты все равно бескорыстно посвящаешь кому-то все свои дни без остатка. Не все запрограммированы так, как ты.

    Знаешь, Кристиан страшно бы тобой гордился. Ты — шанс Пенни стать счастливой в мире, полном дешевых обещаний и нулевых гарантий. В мире, который не всегда вознаграждает тех, кто ни разу не ошибался. В том смысле, что мир способен изгадить жизнь хорошему человеку так же легко, как и не совсем хорошему, но ты все равно бескорыстно посвящаешь кому-то все свои дни без остатка. Не все запрограммированы так, как ты.

    — Адам Сильвера · книга
11. «

    Часто нам говорят: «Мы гордимся нашей победой. Мы гордимся нашими космонавтами». Я считаю, что гордиться можно лишь тем, что ты сам конкретно сделал. Можно восхищаться и радоваться чужим великим поступкам. Но гордиться-то чем? Ты же ничего не сделал. Или ты сам шёл под пули?

    Часто нам говорят: «Мы гордимся нашей победой. Мы гордимся нашими космонавтами». Я считаю, что гордиться можно лишь тем, что ты сам конкретно сделал. Можно восхищаться и радоваться чужим великим поступкам. Но гордиться-то чем? Ты же ничего не сделал. Или ты сам шёл под пули?

    — Глеб Самойлов
12. «

    Элен ощущала гордость при мысли о заведенном ею строгом порядке. Более тридцати лет она вела жизнь, проникнутую непоколебимым достоинством и твердостью. Справедливость была единственной ее страстью. Обращаясь к своему прошлому, она не находила в нем ни одного часа, отмеченного слабостью, она видела себя идущей твердым шагом по ровной, прямой дороге. Пусть дни бегут – она пойдет дальше своим спокойным путем, не встречая препятствий. И это делало ее суровой, внушало ей гнев и презрение к тем вымышленным существованиям, героизм которых смущает сердца. Единственно подлинной жизнью была ее жизнь, протекавшая среди безмятежного покоя.

    Элен ощущала гордость при мысли о заведенном ею строгом порядке. Более тридцати лет она вела жизнь, проникнутую непоколебимым достоинством и твердостью. Справедливость была единственной ее страстью. Обращаясь к своему прошлому, она не находила в нем ни одного часа, отмеченного слабостью, она видела себя идущей твердым шагом по ровной, прямой дороге. Пусть дни бегут – она пойдет дальше своим спокойным путем, не встречая препятствий. И это делало ее суровой, внушало ей гнев и презрение к тем вымышленным существованиям, героизм которых смущает сердца. Единственно подлинной жизнью была ее жизнь, протекавшая среди безмятежного покоя.

    — Эмиль Золя · книга
13. «

    Боль — временна, гордость вечна!

    Боль — временна, гордость вечна!
14. «

    Молодость горяча, горда и чересчур справедлива.

    Молодость горяча, горда и чересчур справедлива.

    — Наталия Сухинина · книга
15. «

    О! эта женская самодостаточность хлеще всякого наркотика! Бесплатно. Держит долго. Эйфория без побочных эффектов.

    О! эта женская самодостаточность хлеще всякого наркотика! Бесплатно. Держит долго. Эйфория без побочных эффектов.
16. «

    Но черт бы побрал эту глупую гордость, это тупое обидчивое упрямство, которое так часто мешает даже смелым людям сознаться вслух в своей вине или ошибке. Таким ложным стыдом, фальшивым самолюбием страдают нередко крепкие, умные, сильные личности, но чаще всего дети и русские интеллигенты, особенно же русские политики.

    Но черт бы побрал эту глупую гордость, это тупое обидчивое упрямство, которое так часто мешает даже смелым людям сознаться вслух в своей вине или ошибке. Таким ложным стыдом, фальшивым самолюбием страдают нередко крепкие, умные, сильные личности, но чаще всего дети и русские интеллигенты, особенно же русские политики.

    — Александр Куприн · книга
17. «

    Мудрость — высшее благо для нас, И гневить божество не дозволено. Гордецов горделивая речь Отомщает им грозным ударом, Их самих поразив, И под старость их мудрости учит.

    Мудрость — высшее благо для нас, И гневить божество не дозволено. Гордецов горделивая речь Отомщает им грозным ударом, Их самих поразив, И под старость их мудрости учит.

    — Софокл · книга
18. «

    Гили не смог бы объяснить, хотя и четко осознавал разницу между Барад-Эйтель и Амон-Химринг, если бы Айменел не сказал, что тут все слишком нолдорское. А когда Айменел это сказал, Гили сразу понял, что он имеет в виду: в рукотворных предметах и в манере общения не было той бесхитростной простоты, которая отличает синдар и все синдарское. Если синдар хотели, к примеру, сделать простой ковер, они ткали его простым: из грубой нити, в полоску. Если они хотели сделать роскошный ковер, они ткали гобелен с невиданным рисунком о всех цветах земли и неба. Если же нолдор хотели сделать роскошный ковер, они делали его роскошно простым: ткали из самой тонкой черной шерсти так, чтобы в нем по щиколотку утопали ноги, и украшали какой-нибудь единственной белой завитушкой. Здешние изделия были как венец лорда Маэдроса: простое и скромное серебро украшено камнями, которые и драгоценными-то не считаются, но вот отделаны эти камни так, что дыхание замирает. И так во всем, даже в том, как замок выглядел снаружи. В здешней скромности было слишком много гордости.

    Гили не смог бы объяснить, хотя и четко осознавал разницу между Барад-Эйтель и Амон-Химринг, если бы Айменел не сказал, что тут все слишком нолдорское. А когда Айменел это сказал, Гили сразу понял, что он имеет в виду: в рукотворных предметах и в манере общения не было той бесхитростной простоты, которая отличает синдар и все синдарское. Если синдар хотели, к примеру, сделать простой ковер, они ткали его простым: из грубой нити, в полоску. Если они хотели сделать роскошный ковер, они ткали гобелен с невиданным рисунком о всех цветах земли и неба. Если же нолдор хотели сделать роскошный ковер, они делали его роскошно простым: ткали из самой тонкой черной шерсти так, чтобы в нем по щиколотку утопали ноги, и украшали какой-нибудь единственной белой завитушкой. Здешние изделия были как венец лорда Маэдроса: простое и скромное серебро украшено камнями, которые и драгоценными-то не считаются, но вот отделаны эти камни так, что дыхание замирает. И так во всем, даже в том, как замок выглядел снаружи. В здешней скромности было слишком много гордости.

    — Ольга Брилёва · книга
19. «

    Гордая птица никогда не станет гнездиться, она вечно будет парить в свободных ветрах.

    Гордая птица никогда не станет гнездиться, она вечно будет парить в свободных ветрах.
20. «

    Главное не возгордиться собой, Когда ты большого успеха достиг, И не забывать кто был рядом с тобой, И помнить, что достижение – миг.

    Главное не возгордиться собой, Когда ты большого успеха достиг, И не забывать кто был рядом с тобой, И помнить, что достижение – миг.