710 коротких цитат по теме «гордость»

710 цитат про «гордость»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   У него очень сильный характер, он очень гордый парень и всегда стремится к большему. Иногда это его недостаток.

   У него очень сильный характер, он очень гордый парень и всегда стремится к большему. Иногда это его недостаток.

   — Мария Долореш Авейру
2. «

   — Да, тщеславие — это в самом деле недостаток. Но гордость … Что ж, тот, кто обладает настоящим умом, может всегда удерживать гордость в должных пределах.

   — Да, тщеславие — это в самом деле недостаток. Но гордость … Что ж, тот, кто обладает настоящим умом, может всегда удерживать гордость в должных пределах.

   — Джейн Остин · книга
3. «

   Вовсе необязательно гордиться тем, кого любишь.

   Вовсе необязательно гордиться тем, кого любишь.

   — Арам Катурьян · фильм
4. «

   Может я забыла гордость, как хочу я слышать голос, долгожданный голос твой.

   Может я забыла гордость, как хочу я слышать голос, долгожданный голос твой.

   — Роберт Рождественский
5. «

   Гордость происходит от недостаточного размышления и незнания самого себя.

   Гордость происходит от недостаточного размышления и незнания самого себя.

   — Джозеф Аддисон
6. «

   Глупостью гордятся только дураки.

   Глупостью гордятся только дураки.

   — Андрей Жвалевский · книга
7. «

   Есть такой предел боли, когда теряешь всякую гордость.

   Есть такой предел боли, когда теряешь всякую гордость.

   — Фредерик Бегбедер · книга
8. «

   Гордость есть внутреннее убеждение человека в своей высокой ценности, тогда как тщеславие есть желание вызвать это убеждение в других.

   Гордость есть внутреннее убеждение человека в своей высокой ценности, тогда как тщеславие есть желание вызвать это убеждение в других.

   — Артур Шопенгауэр
9. «

   Никогда не стоит слишком гордиться своими достижениями — гордость часто приводит к неудачам.

   Никогда не стоит слишком гордиться своими достижениями — гордость часто приводит к неудачам.

   — Ричард Хаммонд · книга
10. «

    Ни один небесный охотник не должен окончить свои дни, став жертвой другого охотника. Лучше умереть, гордо паря на крыльях ветра, чем быть навечно пришпиленным к земле!

    Ни один небесный охотник не должен окончить свои дни, став жертвой другого охотника. Лучше умереть, гордо паря на крыльях ветра, чем быть навечно пришпиленным к земле!

    — Кристофер Паолини · книга
11. «

    — Брат, и что же ты намерен делать? — Не знаю. Может, вернёмся в Паргу, Нико? Что скажешь? Ты, отец и моя любимая. — Мы-то всегда готовы вернуться, а Хатидже Султан? Она поедет? — Брат, я не про неё говорю. — Но ты сказал «любимая». Появилась другая любовь? — Её зовут Нигяр. Её золотые руки исцелили меня. Я обрёл жизнь в её объятиях и нашёл утраченный покой. — Тогда как же любовь к Хатидже Султан? Когда-то ради неё ты рисковал жизнью. Или это была ложь? Как ты мог предать такое чувство? — Брат, я не предавал своей любви! Когда появилась Нигяр Калфа, моё чувство к Хатидже уже умерло. За день, за день! Умерло в тот же день, когда она сказала, что она моя Госпожа. Исчезли любовь, верность и понимание. «Ибрагим, как ты можешь от меня что-то скрывать? Служить Османскому государству — вот твой единственный долг! Это значит служить мне. Так что не забывай, потеряв меня, ты потеряешь доверие Султана.» В тот день я понял, что она моя Госпожа, а я всего лишь раб. — Но Хатидже столько приходилось рисковать ради тебя! Ты несправедлив. Она тебя любит. — Ага, любит, как же. Скажи, что это за любовь? Я тебе отвечу. Властной хозяйки к своему ничтожному рабу! Я молчал! Молчал и старался выкинуть из головы её слова. Но этого не забыть, Нико. Разве человек может забыть, что его оскорбили? А забудет, значит, нет гордости!

    — Брат, и что же ты намерен делать? — Не знаю. Может, вернёмся в Паргу, Нико? Что скажешь? Ты, отец и моя любимая. — Мы-то всегда готовы вернуться, а Хатидже Султан? Она поедет? — Брат, я не про неё говорю. — Но ты сказал «любимая». Появилась другая любовь? — Её зовут Нигяр. Её золотые руки исцелили меня. Я обрёл жизнь в её объятиях и нашёл утраченный покой. — Тогда как же любовь к Хатидже Султан? Когда-то ради неё ты рисковал жизнью. Или это была ложь? Как ты мог предать такое чувство? — Брат, я не предавал своей любви! Когда появилась Нигяр Калфа, моё чувство к Хатидже уже умерло. За день, за день! Умерло в тот же день, когда она сказала, что она моя Госпожа. Исчезли любовь, верность и понимание. «Ибрагим, как ты можешь от меня что-то скрывать? Служить Османскому государству — вот твой единственный долг! Это значит служить мне. Так что не забывай, потеряв меня, ты потеряешь доверие Султана.» В тот день я понял, что она моя Госпожа, а я всего лишь раб. — Но Хатидже столько приходилось рисковать ради тебя! Ты несправедлив. Она тебя любит. — Ага, любит, как же. Скажи, что это за любовь? Я тебе отвечу. Властной хозяйки к своему ничтожному рабу! Я молчал! Молчал и старался выкинуть из головы её слова. Но этого не забыть, Нико. Разве человек может забыть, что его оскорбили? А забудет, значит, нет гордости!

    — Ибрагим-паша · сериал
12. «

    Нелегко перекинуть мост через пропасть, созданную гордостью.

    Нелегко перекинуть мост через пропасть, созданную гордостью.

    — Джон Голсуорси · книга
13. «

    Там, где речь идёт о любви, женщины мало думают о гордости, если вообще о ней думают. Гордость — это нечто, что не сходит у них с языков, но никогда не проявляется в делах и поступках.

    Там, где речь идёт о любви, женщины мало думают о гордости, если вообще о ней думают. Гордость — это нечто, что не сходит у них с языков, но никогда не проявляется в делах и поступках.

    — Агата Кристи · книга
14. «

    Я теперь еду, но знайте, Катерина Ивановна, что вы действительно любите только его. И по мере оскорблений его все больше и больше. Вот это и есть ваш надрыв. Вы именно любите его таким, каким он есть, вас оскорбляющим его любите. Если б он исправился, вы его тотчас забросили бы и разлюбили вовсе. Но вам он нужен, чтобы созерцать беспрерывно ваш подвиг верности и упрекать его в неверности. И все это от вашей гордости. О, тут много принижения и унижения, но все это от гордости... Я слишком молод и слишком сильно любил вас. Я знаю, что это бы не надо мне вам говорить, что было бы больше достоинства с моей стороны просто выйти от вас; было бы и не так для вас оскорбительно. Но ведь я еду далеко и не приеду никогда. Это ведь навеки... Я не хочу сидеть подле надрыва... Впрочем, я уже не умею говорить, все сказал... Прощайте, Катерина Ивановна, вам нельзя на меня сердиться, потому что я во сто раз более вас наказан: наказан уже тем одним, что никогда вас не увижу. Прощайте. Мне не надобно руки вашей. Вы слишком сознательно меня мучили, чтоб я вам в эту минуту мог простить... Потом прощу, а теперь не надо руки.

    Я теперь еду, но знайте, Катерина Ивановна, что вы действительно любите только его. И по мере оскорблений его все больше и больше. Вот это и есть ваш надрыв. Вы именно любите его таким, каким он есть, вас оскорбляющим его любите. Если б он исправился, вы его тотчас забросили бы и разлюбили вовсе. Но вам он нужен, чтобы созерцать беспрерывно ваш подвиг верности и упрекать его в неверности. И все это от вашей гордости. О, тут много принижения и унижения, но все это от гордости... Я слишком молод и слишком сильно любил вас. Я знаю, что это бы не надо мне вам говорить, что было бы больше достоинства с моей стороны просто выйти от вас; было бы и не так для вас оскорбительно. Но ведь я еду далеко и не приеду никогда. Это ведь навеки... Я не хочу сидеть подле надрыва... Впрочем, я уже не умею говорить, все сказал... Прощайте, Катерина Ивановна, вам нельзя на меня сердиться, потому что я во сто раз более вас наказан: наказан уже тем одним, что никогда вас не увижу. Прощайте. Мне не надобно руки вашей. Вы слишком сознательно меня мучили, чтоб я вам в эту минуту мог простить... Потом прощу, а теперь не надо руки.

    — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
15. «

    Как будешь кого осуждать, то скажи себе: лицемере, изми первее бревно из очесе твоего (Мф.7:5). Бревно в глазу — это гордость. Фарисей имел все добродетели, но был горд, а мытарь имел смирение, и был лучше.

    Как будешь кого осуждать, то скажи себе: лицемере, изми первее бревно из очесе твоего (Мф.7:5). Бревно в глазу — это гордость. Фарисей имел все добродетели, но был горд, а мытарь имел смирение, и был лучше.

    — Амвросий Оптинский
16. «

    Почему о своей гордости и чести человек вспоминает только «на дне»?! Почему именно в миг падения, когда надо рвать на себе волосы и сгорать со стыда, ощущая собственную ничтожность?

    Почему о своей гордости и чести человек вспоминает только «на дне»?! Почему именно в миг падения, когда надо рвать на себе волосы и сгорать со стыда, ощущая собственную ничтожность?

    — Анхель де Куатье · книга
17. «

    Девушек нужно учить большому уважению к себе, к своей женской гордости. Девушку надо учить, чтобы она даже приятных молодых людей встречала с некоторым перцем...

    Девушек нужно учить большому уважению к себе, к своей женской гордости. Девушку надо учить, чтобы она даже приятных молодых людей встречала с некоторым перцем...

    — Антон Макаренко
18. «

    В этом году было время... когда я чувствовала себя полностью сломленной. Когда жалела о выборе, изменившем мою жизнь. Тогда ты ворвалась в мой дом, обняла меня и сказала: «Я горжусь тобой». В тот момент мне не стало лучше, но у меня появилось что-то, за что я могла держаться.

    В этом году было время... когда я чувствовала себя полностью сломленной. Когда жалела о выборе, изменившем мою жизнь. Тогда ты ворвалась в мой дом, обняла меня и сказала: «Я горжусь тобой». В тот момент мне не стало лучше, но у меня появилось что-то, за что я могла держаться.

    — Алекс Дэнверс · сериал
19. «

    Любовь изгоняет страх, а благодарность способна победить гордость.

    Любовь изгоняет страх, а благодарность способна победить гордость.

    — Луиза Мэй Олкотт · книга
20. «

    Если человек звучит гордо, он не прекрасен.

    Если человек звучит гордо, он не прекрасен.

    — Авессалом Подводный · книга