543 цитаты на тему «горе» — подборка редакции

543 цитаты про «горе»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Мы часто испытываем боль от своих поступков, но, тем не менее, совершаем их вновь.

   Мы часто испытываем боль от своих поступков, но, тем не менее, совершаем их вновь.

   — Рим, открытый город (Roma città aperta) (1945) · фильм
2. «

   ... в великой печали человек не нуждается ни в утешении, ни в свидетелях.

   ... в великой печали человек не нуждается ни в утешении, ни в свидетелях.

   — Александр Дюма · книга
3. «

   Хотеньем горю не поможешь. Что толку хотеть?

   Хотеньем горю не поможешь. Что толку хотеть?

   — Филип Пулман · книга
4. «

   Малая слеза уменьшает большое горе.

   Малая слеза уменьшает большое горе.

   — Украинские пословицы и поговорки
5. «

   Мне казалось, возраст делает чувства острее. Включая горе.

   Мне казалось, возраст делает чувства острее. Включая горе.

   — Бенуа Блан · фильм
6. «

   Горемыка издали тотчас чует другого горемыку, но под старость редко сходится с ним, и это нисколько не удивительно: ему с ним нечем делиться, — даже надеждами.

   Горемыка издали тотчас чует другого горемыку, но под старость редко сходится с ним, и это нисколько не удивительно: ему с ним нечем делиться, — даже надеждами.

   — Иван Сергеевич Тургенев · книга
7. «

   Словно в наказание, я продолжаю работать. Бездумно, лишь желая обо всём забыть. Свободное от работы время стало пыткой. Я просаживал деньги, пытаясь забыться. Казалось, всё рухнет, стоит мне оглянуться на окружающую реальность.

   Словно в наказание, я продолжаю работать. Бездумно, лишь желая обо всём забыть. Свободное от работы время стало пыткой. Я просаживал деньги, пытаясь забыться. Казалось, всё рухнет, стоит мне оглянуться на окружающую реальность.

   — Томоя Окадзаки · аниме
8. «

   Воевать — так не горевать, а горевать — так не воевать.

   Воевать — так не горевать, а горевать — так не воевать.

   — Самуил Маршак · книга
9. «

   Кто-то из вас может сказать: «Радость больше, чем печаль!». Другие скажут: «Нет, горе — больше!». Но я скажу вам — они неразлучны. Вместе пришли они, нас коснулись едва, и, когда одна из них сидит с тобой за столом, помни — другая спит на твоей кровати.

   Кто-то из вас может сказать: «Радость больше, чем печаль!». Другие скажут: «Нет, горе — больше!». Но я скажу вам — они неразлучны. Вместе пришли они, нас коснулись едва, и, когда одна из них сидит с тобой за столом, помни — другая спит на твоей кровати.

   — Джебран Халиль Джебран · книга
10. «

    Горе — штука прожорливая: все грызет и грызет, во сне и наяву, поддавайся ты ему или нет — безразлично

    Горе — штука прожорливая: все грызет и грызет, во сне и наяву, поддавайся ты ему или нет — безразлично

    — Деннис Лихэйн · книга
11. «

    Бедой отмечены, как мелом, Бессильны, как без рук. Но и у горя есть пределы, А там и полегчает вдруг. <...> А российские зимы глубоки, Все цветут снегири по кустам И текут одинокие строки, Точно пар из горячего рта.

    Бедой отмечены, как мелом, Бессильны, как без рук. Но и у горя есть пределы, А там и полегчает вдруг. <...> А российские зимы глубоки, Все цветут снегири по кустам И текут одинокие строки, Точно пар из горячего рта.

    — Галина Сергеевна Гампер
12. «

    Только тот узнает счастье, кто печаль перенесёт.

    Только тот узнает счастье, кто печаль перенесёт.

    — Шота Руставели · книга
13. «

    Горе человека верующего, христианина, немного иное. Оно отличается от горя людей неверующих. Нет, у него тоже двоякое восприятие потери. Его печаль, с одной стороны, тоже сильна. А с другой — есть надежда на последующую встречу «на небесах», которая превращается для него в тот самый луч света, прорывающийся сквозь тьму страха и боли и постепенно, потихоньку приносящий успокоение. Глубокое сознание того, что умерший ушел из этого мира, но жив в другом, даёт силы жить ему самому.

    Горе человека верующего, христианина, немного иное. Оно отличается от горя людей неверующих. Нет, у него тоже двоякое восприятие потери. Его печаль, с одной стороны, тоже сильна. А с другой — есть надежда на последующую встречу «на небесах», которая превращается для него в тот самый луч света, прорывающийся сквозь тьму страха и боли и постепенно, потихоньку приносящий успокоение. Глубокое сознание того, что умерший ушел из этого мира, но жив в другом, даёт силы жить ему самому.

    — Роксана Бондаревская · книга
14. «

    Я натощак приду в тощее утро, бессонницей и горем вымазанная. Взахлеб навру во все открытые мне рты — про радость проведенных мной обоих выходных. Итак... Проглатывая гордость послевкусия горя, в поддых бью, чтоб голос не задрожал вдруг. И — я рассказываю вам, и вру... И вру.

    Я натощак приду в тощее утро, бессонницей и горем вымазанная. Взахлеб навру во все открытые мне рты — про радость проведенных мной обоих выходных. Итак... Проглатывая гордость послевкусия горя, в поддых бью, чтоб голос не задрожал вдруг. И — я рассказываю вам, и вру... И вру.

    — Ольга Туркина
15. «

    Именно потому, что удары судьбы — как минимум в наших широтах — стали более редкими, мы их эмоционально воспринимаем как более сильные.

    Именно потому, что удары судьбы — как минимум в наших широтах — стали более редкими, мы их эмоционально воспринимаем как более сильные.

    — Рольф Добелли · книга
16. «

    Все наши муки — это счастье, Как ощущенье бытия, Как состояние участья, Но мера каждому своя.

    Все наши муки — это счастье, Как ощущенье бытия, Как состояние участья, Но мера каждому своя.

    — Ярослав Кауров
17. «

    Поверьте, если человек говорит о своих несчастьях, значит, тема эта доставляет ему определенное удовольствие — ведь истинное горе бессловесно.

    Поверьте, если человек говорит о своих несчастьях, значит, тема эта доставляет ему определенное удовольствие — ведь истинное горе бессловесно.

    — Сэмюэл Джонсон (поэт)
18. «

    Горе слабеет, если им поделиться.

    Горе слабеет, если им поделиться.

    — Чарльз де Линт · книга
19. «

    Тебе всё равно придётся вкусить горечь смертной жизни. От меча или от медленной старости Арагорн умрёт. И ты не найдёшь утешения, ничто не умолит боль этой утраты. Он встретит смерть, воплощая величие короля людей, увенчанный славой, которая не померкнет до последнего дня существования мира. Но ты, моя дочь, будешь влачить свою долю во мраке и сомнениях, которые накроют тебя неожиданно как зимние сумерки. Здесь ты будешь жить обручённая со своим горем под сенью увядающих деревьев, пока мир не изменится и твоя бесконечно долгая жизнь не угаснет. ====================================================================== Тебе всё равно придётся испробовать горечь смерти. Или от меча, или подтачиваемый временем, Арагорн умрёт. А для тебя не будет утешения — утешения, которое облегчит его уход. Он умрет, а образ величия короля людей восстанет, не тускнеющий перед концом мира. Но ты, дочь моя, ты будешь продолжать жить во тьме и горечи. Когда будет спускаться ночь, так ты и будешь существовать, связанная своим горем под угасающими деревьями, пока весь мир не изменится и отпущенные тебе годы не будут сожжены дотла...

    Тебе всё равно придётся вкусить горечь смертной жизни. От меча или от медленной старости Арагорн умрёт. И ты не найдёшь утешения, ничто не умолит боль этой утраты. Он встретит смерть, воплощая величие короля людей, увенчанный славой, которая не померкнет до последнего дня существования мира. Но ты, моя дочь, будешь влачить свою долю во мраке и сомнениях, которые накроют тебя неожиданно как зимние сумерки. Здесь ты будешь жить обручённая со своим горем под сенью увядающих деревьев, пока мир не изменится и твоя бесконечно долгая жизнь не угаснет. ====================================================================== Тебе всё равно придётся испробовать горечь смерти. Или от меча, или подтачиваемый временем, Арагорн умрёт. А для тебя не будет утешения — утешения, которое облегчит его уход. Он умрет, а образ величия короля людей восстанет, не тускнеющий перед концом мира. Но ты, дочь моя, ты будешь продолжать жить во тьме и горечи. Когда будет спускаться ночь, так ты и будешь существовать, связанная своим горем под угасающими деревьями, пока весь мир не изменится и отпущенные тебе годы не будут сожжены дотла...

    — Элронд · фильм
20. «

    Готова молодость твоя откочевать, схвати ее. Родную кинувший страну, скажи мне: где пути ее? Затем согнулись старики, давно изведавшие мир, Что ищут юность; глядя в прах, все мнят в пыли найти ее Зачем бросаешь ты, скажи, на буйный ветер жизнь свою? Припомни вечность. Надо здесь тебе приобрести ее. Ведь жизнь не жизнью ты купил, не знаешь цену жизни ты Жемчужины не взвесил вор, хоть он зажал в горсти ее. Коль будешь радоваться ты — в отставку горе не уйдет. Горюя, радость не спугнуть, навек не отмести ее.

    Готова молодость твоя откочевать, схвати ее. Родную кинувший страну, скажи мне: где пути ее? Затем согнулись старики, давно изведавшие мир, Что ищут юность; глядя в прах, все мнят в пыли найти ее Зачем бросаешь ты, скажи, на буйный ветер жизнь свою? Припомни вечность. Надо здесь тебе приобрести ее. Ведь жизнь не жизнью ты купил, не знаешь цену жизни ты Жемчужины не взвесил вор, хоть он зажал в горсти ее. Коль будешь радоваться ты — в отставку горе не уйдет. Горюя, радость не спугнуть, навек не отмести ее.

    — Низами Гянджеви