637 цитат на тему «город» для поста

637 цитат про «город»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Свой город уважай, а его жителей, почитай.

   Свой город уважай, а его жителей, почитай.
2. «

   Мужчины могут делать всё, что им вздумается. Они считают, что город принадлежит им. Они оставляют свой запах везде. Они не боятся.

   Мужчины могут делать всё, что им вздумается. Они считают, что город принадлежит им. Они оставляют свой запах везде. Они не боятся.

   — Лейла · фильм
3. «

   — Вы знаете, как называют Баку в мире? — Нет. — Город шпионов. Последний Клондайк на земле.

   — Вы знаете, как называют Баку в мире? — Нет. — Город шпионов. Последний Клондайк на земле.

   — Чингиз Абдуллаев · книга
4. «

   — Куда бы вы хотели поехать? — А есть ещё другие места? — Сотни, а вы не знали? — Мне об этом никто не говорил. — Тогда я расскажу. Есть город Париж, очень красивый город. Ещё есть город Рим, тоже очень красивый город. Есть другие города: Лондон, Каир, Афины, Будапешт и все они очень красивые, но нет ни одного, что не стал бы краше от вашего присутствия. — Один мужчина уже говорил мне это. — Кто? — Клерк из турагенства.

   — Куда бы вы хотели поехать? — А есть ещё другие места? — Сотни, а вы не знали? — Мне об этом никто не говорил. — Тогда я расскажу. Есть город Париж, очень красивый город. Ещё есть город Рим, тоже очень красивый город. Есть другие города: Лондон, Каир, Афины, Будапешт и все они очень красивые, но нет ни одного, что не стал бы краше от вашего присутствия. — Один мужчина уже говорил мне это. — Кто? — Клерк из турагенства.

   — Пол Клермон · фильм
5. «

   У всякого мужчины, очевидно, случается хотя бы раз такое: он приезжает в город, знакомится с девушкой. И все: сам город лишь тень этой девушки. Неважно, долго ли, коротко ли знакомство, важно то, что все, связанное с городом, связано на самом деле с этой девушкой.

   У всякого мужчины, очевидно, случается хотя бы раз такое: он приезжает в город, знакомится с девушкой. И все: сам город лишь тень этой девушки. Неважно, долго ли, коротко ли знакомство, важно то, что все, связанное с городом, связано на самом деле с этой девушкой.

   — Джером Дэвид Сэлинджер · книга
6. «

   В больших городах люди напоминают камни, насыпанные в мешок: их острые края постепенно стираются, и они становятся гладкими, как галька.

   В больших городах люди напоминают камни, насыпанные в мешок: их острые края постепенно стираются, и они становятся гладкими, как галька.

   — Уильям Сомерсет Моэм · книга
7. «

   Тор уникальный город в плане траурных обычаев! Рассчитывать на местное кладбище может лишь уроженец самого Тора или близлежащих деревень. Иногородние обязаны после смерти покинуть территорию.

   Тор уникальный город в плане траурных обычаев! Рассчитывать на местное кладбище может лишь уроженец самого Тора или близлежащих деревень. Иногородние обязаны после смерти покинуть территорию.

   — Людмила Горбенко · книга
8. «

   — Города, которые предали своих детей, долго не живут. — Даже если одного? — Даже если одного, — тихо, но твердо сказал Пассажир.

   — Города, которые предали своих детей, долго не живут. — Даже если одного? — Даже если одного, — тихо, но твердо сказал Пассажир.

   — Владислав Крапивин · книга
9. «

   Любой город перестаёт быть враждебным, как только ты в нём поел и попил.

   Любой город перестаёт быть враждебным, как только ты в нём поел и попил.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
10. «

    По его словам, города походили на женщин — у каждого свой особый аромат. Старомест благоухал цветами, словно надушенная вдовушка. Ланниспорт — свежестью и землёй, как молочница с пропахшими дымом волосами. Королевская Гавань воняла, будто немытая шлюха. Запах Белой Гавани был острым, соленым, и слегка отдавал рыбой. — Она пахнет так, как и должна пахнуть русалка, — улыбался Роро. — Морем.

    По его словам, города походили на женщин — у каждого свой особый аромат. Старомест благоухал цветами, словно надушенная вдовушка. Ланниспорт — свежестью и землёй, как молочница с пропахшими дымом волосами. Королевская Гавань воняла, будто немытая шлюха. Запах Белой Гавани был острым, соленым, и слегка отдавал рыбой. — Она пахнет так, как и должна пахнуть русалка, — улыбался Роро. — Морем.

    — Джордж Мартин · книга
11. «

    В час, когда фонари в фиолетовой мгле м-м-м, Цедят свет над ночной мостовой, Снятся сны вам о влажной весенней земле м-м-м, О долинах заросших травой. Может быть как никто понимаю я вас о-о-о, Потому что, устав на бегу, Проклинал этот город я тысячу раз м-м-м, А покинуть вовек не смогу.

    В час, когда фонари в фиолетовой мгле м-м-м, Цедят свет над ночной мостовой, Снятся сны вам о влажной весенней земле м-м-м, О долинах заросших травой. Может быть как никто понимаю я вас о-о-о, Потому что, устав на бегу, Проклинал этот город я тысячу раз м-м-м, А покинуть вовек не смогу.
12. «

    — Так что же такого есть в нем, что оно стоило того, чтобы быть спасенным ценой жизни всех остальных? Когда я взглянула на Риса, его фиолетово-синие глаза были столь же беспощадны, как и пенящееся зимнее море в отдалении. — Все, — ответил он.

    — Так что же такого есть в нем, что оно стоило того, чтобы быть спасенным ценой жизни всех остальных? Когда я взглянула на Риса, его фиолетово-синие глаза были столь же беспощадны, как и пенящееся зимнее море в отдалении. — Все, — ответил он.

    — Сара Дж. Маас · книга
13. «

    Мой город творческой тоски, Поросший вереском печали. Здесь небоскребы мыслей как тиски, И ветер с каждым днем крепчает...

    Мой город творческой тоски, Поросший вереском печали. Здесь небоскребы мыслей как тиски, И ветер с каждым днем крепчает...
14. «

    В Москве живешь как на вокзале, не зная толком, чем будешь зарабатывать и по какому адресу поселишься в следующем году, каждый день проводишь как минимум два часа в дороге, рюкзак, уходя на работу, собираешь, как в поход, завтракаешь в кофейнях, ужинаешь в кабаках, чем не турист.

    В Москве живешь как на вокзале, не зная толком, чем будешь зарабатывать и по какому адресу поселишься в следующем году, каждый день проводишь как минимум два часа в дороге, рюкзак, уходя на работу, собираешь, как в поход, завтракаешь в кофейнях, ужинаешь в кабаках, чем не турист.

    — Макс Фрай · книга
15. «

    Разглядывать родной (возможно, изрядно опостылевший) город круглыми от удивления глазами путешественника — искусство непростое. Тут всё время следует быть начеку, поскольку не только ежедневные простаивания в автомобильных пробках и еженедельные посещения оптового рынка, но даже такой пустяк, как получение новой расчетной книжки в домоуправлении, может лишить нас правильного настроения на целую неделю (месяц, год?). Или даже навсегда — если не быть начеку, конечно. Но я сохраняю бдительность, оно того стоит: наивная, непрактичная восторженность туриста (незваного, всем чужого гостя) сокровище из числа тех, с коими добровольно не расстаются.

    Разглядывать родной (возможно, изрядно опостылевший) город круглыми от удивления глазами путешественника — искусство непростое. Тут всё время следует быть начеку, поскольку не только ежедневные простаивания в автомобильных пробках и еженедельные посещения оптового рынка, но даже такой пустяк, как получение новой расчетной книжки в домоуправлении, может лишить нас правильного настроения на целую неделю (месяц, год?). Или даже навсегда — если не быть начеку, конечно. Но я сохраняю бдительность, оно того стоит: наивная, непрактичная восторженность туриста (незваного, всем чужого гостя) сокровище из числа тех, с коими добровольно не расстаются.

    — Макс Фрай · книга
16. «

    Похуй — Москва или Питер, Всё равно не Мадрид!

    Похуй — Москва или Питер, Всё равно не Мадрид!
17. «

    Потом начались луга, зеленые луга, распростершиеся под солнцем, словно готовая отдаться женщина. Сочная трава бурно разрослась до самой обочины дороги, здесь улитки пускались в свое медленное бегство от поднимающегося солнца. Как капельки масла в сливочном пироге, желтели цветы, росшие кустиками. Некоторые из них он помнил еще со школьной поры. Он громко называл их по именам, кивал им, словно после тяжелой болезни вернулся к родным: голубая перечная мята, стройная пастушья сумка, толстый, добродушный одуванчик.

    Потом начались луга, зеленые луга, распростершиеся под солнцем, словно готовая отдаться женщина. Сочная трава бурно разрослась до самой обочины дороги, здесь улитки пускались в свое медленное бегство от поднимающегося солнца. Как капельки масла в сливочном пироге, желтели цветы, росшие кустиками. Некоторые из них он помнил еще со школьной поры. Он громко называл их по именам, кивал им, словно после тяжелой болезни вернулся к родным: голубая перечная мята, стройная пастушья сумка, толстый, добродушный одуванчик.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
18. «

    Душа города — это игры и крики маленьких детей.

    Душа города — это игры и крики маленьких детей.
19. «

    Москва – город публичный, где случайный секс – обыденное постоянство вещей. Вожделение есть повсюду – в девушке, слизывающей майонез с французского хот-дога, в мужчине, который холодно и жестоко курит сигарету в спортивном кабрио, в той паре, которая не стесняясь, просовывает руки сквозь гульфик, расположившись на одной из лавок Никитского бульвара.

    Москва – город публичный, где случайный секс – обыденное постоянство вещей. Вожделение есть повсюду – в девушке, слизывающей майонез с французского хот-дога, в мужчине, который холодно и жестоко курит сигарету в спортивном кабрио, в той паре, которая не стесняясь, просовывает руки сквозь гульфик, расположившись на одной из лавок Никитского бульвара.

    — Мария Свешникова · книга
20. «

    — У меня есть теория, не подтвержденная пока ни одним социологом. Вас, городских, постоянно окружает толпа, вот вы и стараетесь отгородиться. В сельской местности людей немного, и мы как бы культивируем общение. — Чтобы социологи приняли вашу теорию, надо ее основательно усложнить. — Здесь все на тебя глазеют, — продолжал Липхорн. — Вот другой человек, новый, я его еще не знаю. А в городе смотреть на людей на улице — нетактично. — Я это уже слышала в другой формулировке, типа «деревенские любят совать нос в чужие дела».

    — У меня есть теория, не подтвержденная пока ни одним социологом. Вас, городских, постоянно окружает толпа, вот вы и стараетесь отгородиться. В сельской местности людей немного, и мы как бы культивируем общение. — Чтобы социологи приняли вашу теорию, надо ее основательно усложнить. — Здесь все на тебя глазеют, — продолжал Липхорн. — Вот другой человек, новый, я его еще не знаю. А в городе смотреть на людей на улице — нетактично. — Я это уже слышала в другой формулировке, типа «деревенские любят совать нос в чужие дела».

    — Тони Хиллерман · книга