762 цитаты про «город»

762 цитаты про «город»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Бассейн и отель погружены в похотливую суету города, который подсчитывает, выносит решения, ворует, убивает и живет при этом припеваючи.

   Бассейн и отель погружены в похотливую суету города, который подсчитывает, выносит решения, ворует, убивает и живет при этом припеваючи.

   — Жиль Куртманш · книга
2. «

   Ежели, прогуливаясь по городу, понаблюдать за выражением людских лиц, то самые веселые обнаружатся, наверное, в катафалках.

   Ежели, прогуливаясь по городу, понаблюдать за выражением людских лиц, то самые веселые обнаружатся, наверное, в катафалках.

   — Андре Бретон · книга
3. «

   Иногда мне кажется, что Гуф — единственный человек в Москве, которому нравится его город.

   Иногда мне кажется, что Гуф — единственный человек в Москве, которому нравится его город.

   — Валентин Стрыкало
4. «

   Город-сказка, город-мечта, Попадая в его сети, пропадаешь навсегда.

   Город-сказка, город-мечта, Попадая в его сети, пропадаешь навсегда.
5. «

   Преследование истории всегда присутствует в Барселоне. Для меня города – организмы, живые существа. Для меня Мадрид – мужчина, а Барселона – женщина. И это очень самодовольная женщина.

   Преследование истории всегда присутствует в Барселоне. Для меня города – организмы, живые существа. Для меня Мадрид – мужчина, а Барселона – женщина. И это очень самодовольная женщина.

   — Карлос Руис Сафон
6. «

   Полем метельным по вешкам, тропками, В предновогоднюю глушь дремучую Из коммунальной сбежал коробки, Осенью долгой вконец измученный.

   Полем метельным по вешкам, тропками, В предновогоднюю глушь дремучую Из коммунальной сбежал коробки, Осенью долгой вконец измученный.

   — Михаил Рысенков
7. «

   Город был прекрасен, ночь искусно скрыла все его недостатки и всех его обитателей, и живых, и мертвых.

   Город был прекрасен, ночь искусно скрыла все его недостатки и всех его обитателей, и живых, и мертвых.

   — Джонатан Страуд · книга
8. «

   Город. Людные улицы. Немного потрескавшийся асфальт дороги. Большие, габаритные здания, непонятно зачем сорганизованные здесь, нагруженные и наталкивающиеся друг на друга. Серая толпа, цветом своим походившая на пепел или грязноватый дым, который обычно выпускают трубы завода, и превратившаяся в единую массу, месиво. Обжигающий легкие ветер, с шумом проносящийся мимо идущих в неизвестность людей и мимо меня. Мимо меня.

   Город. Людные улицы. Немного потрескавшийся асфальт дороги. Большие, габаритные здания, непонятно зачем сорганизованные здесь, нагруженные и наталкивающиеся друг на друга. Серая толпа, цветом своим походившая на пепел или грязноватый дым, который обычно выпускают трубы завода, и превратившаяся в единую массу, месиво. Обжигающий легкие ветер, с шумом проносящийся мимо идущих в неизвестность людей и мимо меня. Мимо меня.
9. «

   Чаще всего люди покидают маленький город, чтобы мечтать туда вернуться. А другие остаются, чтобы мечтать оттуда уехать.

   Чаще всего люди покидают маленький город, чтобы мечтать туда вернуться. А другие остаются, чтобы мечтать оттуда уехать.

   — Чак Паланик · книга
10. «

    Вообразите: вы стоите ночью у окна на шестом, или семнадцатом, или сорок третьем этаже какого-нибудь здания. Город открывается вам как набор клеток, сотней тысяч окон: какие-то темны, а какие-то залиты зеленым, или белым, или золотым светом. В них туда-сюда проплывают незнакомцы, хлопочут наедине с собой. Вам их видно, однако до них не добраться, и потому это обыденное городское явление, во всякую ночь, в любом городе мира, сообщает даже самым общительным трепет одиночества, его неуютное сочетание разобщенности и наготы.

    Вообразите: вы стоите ночью у окна на шестом, или семнадцатом, или сорок третьем этаже какого-нибудь здания. Город открывается вам как набор клеток, сотней тысяч окон: какие-то темны, а какие-то залиты зеленым, или белым, или золотым светом. В них туда-сюда проплывают незнакомцы, хлопочут наедине с собой. Вам их видно, однако до них не добраться, и потому это обыденное городское явление, во всякую ночь, в любом городе мира, сообщает даже самым общительным трепет одиночества, его неуютное сочетание разобщенности и наготы.

    — Оливия Лэнг · книга
11. «

    В деревянном городе крепче спишь, потому что снится уже только то, что было.

    В деревянном городе крепче спишь, потому что снится уже только то, что было.

    — Иосиф Александрович Бродский
12. «

    — Куда идёшь? — спросила его. — Ищу город, где каждый обретает счастье. — Знаю такой. — Ты была там? Я кивнула. — И где он? Я положила ладонь на грудь. — Здесь. — Конечно, — ухмыльнулся странник и пошёл дальше.

    — Куда идёшь? — спросила его. — Ищу город, где каждый обретает счастье. — Знаю такой. — Ты была там? Я кивнула. — И где он? Я положила ладонь на грудь. — Здесь. — Конечно, — ухмыльнулся странник и пошёл дальше.

    — Мария Фариса · книга
13. «

    Расскажи ему лучше про Одессу... Что пески на пляжах мягче женских волос и что Одесса — это самое лучшее место в мире, чтобы полюбить и завести семью.

    Расскажи ему лучше про Одессу... Что пески на пляжах мягче женских волос и что Одесса — это самое лучшее место в мире, чтобы полюбить и завести семью.

    — И все осветилось / Свет вокруг (Everything Is Illuminated) · фильм
14. «

    Город, как море, никогда не утихает. Ночь схлынула, и по улицам потекли утренние звуки.

    Город, как море, никогда не утихает. Ночь схлынула, и по улицам потекли утренние звуки.

    — Лиза Си · книга
15. «

    На границе между жизнью и смертью, где построили этот город, можно выстоять только купаясь в любви.

    На границе между жизнью и смертью, где построили этот город, можно выстоять только купаясь в любви.

    — Макс Фрай · книга
16. «

    Когда жару сменяет свежесть ночи, Луна сияет, словно медный грош, А сладкий запах лип любовь пророчит, Мой древний град особенно хорош.

    Когда жару сменяет свежесть ночи, Луна сияет, словно медный грош, А сладкий запах лип любовь пророчит, Мой древний град особенно хорош.

    — Любовь Сердечная
17. «

    Теперь всё готово, Учи меня снова Чувствовать сердцем и помнить о том, Что я — это море, Что ты — это море, Хоть вериться в это сегодня с трудом. Зима одиноко Приходит до срока, Чтобы остаться здесь навсегда. Невидимый город, Где плавно и гордо Вместе сливаются все города.

    Теперь всё готово, Учи меня снова Чувствовать сердцем и помнить о том, Что я — это море, Что ты — это море, Хоть вериться в это сегодня с трудом. Зима одиноко Приходит до срока, Чтобы остаться здесь навсегда. Невидимый город, Где плавно и гордо Вместе сливаются все города.
18. «

    И мне хотелось видеть эту всю нищету, про которую мне говорили. Несколько раз я направлялся в сторону Хитрова рынка, но всякий раз мне становилось жутко и совестно. «Зачем я пойду смотреть на страдания людей, которым я не могу помочь?» — говорил один голос. «Нет, если ты живешь здесь и видишь все прелести городской жизни, поди, посмотри и на это»,— говорил другой голос.

    И мне хотелось видеть эту всю нищету, про которую мне говорили. Несколько раз я направлялся в сторону Хитрова рынка, но всякий раз мне становилось жутко и совестно. «Зачем я пойду смотреть на страдания людей, которым я не могу помочь?» — говорил один голос. «Нет, если ты живешь здесь и видишь все прелести городской жизни, поди, посмотри и на это»,— говорил другой голос.

    — Лев Николаевич Толстой · книга
19. «

    Свобода для жителя мегаполиса — понятие очень странное. Иногда она пугает больше, чем любая неволя. Жители крупных городов привыкли быть скованными изо дня в день своим расписанием, а у кого его нет — просто своими ежедневными делами и даже увлечениями. При этом каждый третий считает, что он свободен, но, сталкиваясь с настоящей свободой, пасует, теряется и искренне не знает, куда девать время.

    Свобода для жителя мегаполиса — понятие очень странное. Иногда она пугает больше, чем любая неволя. Жители крупных городов привыкли быть скованными изо дня в день своим расписанием, а у кого его нет — просто своими ежедневными делами и даже увлечениями. При этом каждый третий считает, что он свободен, но, сталкиваясь с настоящей свободой, пасует, теряется и искренне не знает, куда девать время.

    — Олег Рой · книга
20. «

    Стыдно сидеть в душной Москве, когда есть возможность приехать в Бабкино...

    Стыдно сидеть в душной Москве, когда есть возможность приехать в Бабкино...

    — Антон Павлович Чехов