790 фраз на тему «город» для дневника

790 цитат про «город»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Дети каменной неволи Многоярусных гробниц! Не бывать в зеленом поле. Не слыхать весенних птиц!

   Дети каменной неволи Многоярусных гробниц! Не бывать в зеленом поле. Не слыхать весенних птиц!

   — Василий Васильевич Князев
2. «

   Город всегда порочен.

   Город всегда порочен.

   — Умберто Эко · книга
3. «

   В пригородах мы живём на природе... И здесь, правда, есть олени, зайцы, вороны. Но это не жизнь на природе. Суть пригорода в другом. Мы отгорожены от людей. И при этом защищены от всего дикого.

   В пригородах мы живём на природе... И здесь, правда, есть олени, зайцы, вороны. Но это не жизнь на природе. Суть пригорода в другом. Мы отгорожены от людей. И при этом защищены от всего дикого.

   — Говард Вэйкфилд (Howard Wakefield) · фильм
4. «

   Город асфальтом дорог изъеден, Всюду язвы коммуникаций; Нету без сборищ народных песен, — Лишь отголоски отдельных наций.

   Город асфальтом дорог изъеден, Всюду язвы коммуникаций; Нету без сборищ народных песен, — Лишь отголоски отдельных наций.
5. «

   Запах метро — это пот больших городов.

   Запах метро — это пот больших городов.

   — Алеся Казанцева · книга
6. «

   Ползи в метро, садись в маршрутку, беги, беги по городам, и каждую свою минуту люби как женщину, как храм.

   Ползи в метро, садись в маршрутку, беги, беги по городам, и каждую свою минуту люби как женщину, как храм.

   — Аль Квотион · книга
7. «

   Забастовка — это, наверное, весело. Жизнь замирает, и город превращается в прогулочную площадку.

   Забастовка — это, наверное, весело. Жизнь замирает, и город превращается в прогулочную площадку.

   — Ёко Тавада · книга
8. «

   Снег имеет свойство скрывать всю грязь города, и даже самые унылые кварталы, укрытые снегом, обретают подобие красоты.

   Снег имеет свойство скрывать всю грязь города, и даже самые унылые кварталы, укрытые снегом, обретают подобие красоты.

   — Марк Леви · книга
9. «

   Нигде и никогда, ни в одном городе мира, ты уж мне поверь, это правда, звезды не светят так ярко и пленительно, как в городе детства.

   Нигде и никогда, ни в одном городе мира, ты уж мне поверь, это правда, звезды не светят так ярко и пленительно, как в городе детства.

   — Михаил Соломатин · фильм
10. «

    Видел Бориса Лавренёва. Он сетует по поводу того, что Нижний переименовали в Горький. Беда с русскими писателями: одного зовут Михаил Голодный, другой Демьян Бедный, третьего Приблудный – вот и называй города.

    Видел Бориса Лавренёва. Он сетует по поводу того, что Нижний переименовали в Горький. Беда с русскими писателями: одного зовут Михаил Голодный, другой Демьян Бедный, третьего Приблудный – вот и называй города.

    — Корней Иванович Чуковский
11. «

    Мы, люди, – дети солнца. Мы любим свет и жизнь. Вот почему мы скучиваемся в городах, а в деревнях год от году становится все малолюднее. Днем, при солнечном свете, когда нас окружает живая и деятельная природа, нам по душе зеленые луга и густые дубравы. Но во мраке ночи, когда засыпает наша мать-земля, а мы бодрствуем, – о, какой унылой представляется нам вселенная, и нам становится страшно, как детям в пустом доме. И тогда к горлу подступают рыдания, и мы тоскуем по освещенным фонарями улицам, по человеческим голосам, по напряженному биению пульса человеческой жизни. Мы кажемся себе такими слабыми и ничтожными перед лицом великого безмолвия, нарушаемого только шелестом листьев под порывами ночного ветра. Вокруг нас витают призраки, и от их подавленных вздохов нам грустно-грустно. Нет, уж лучше будем собираться вместе в больших городах, устраивать иллюминации с помощью миллионов газовых рожков, кричать и петь хором и считать себя героями.

    Мы, люди, – дети солнца. Мы любим свет и жизнь. Вот почему мы скучиваемся в городах, а в деревнях год от году становится все малолюднее. Днем, при солнечном свете, когда нас окружает живая и деятельная природа, нам по душе зеленые луга и густые дубравы. Но во мраке ночи, когда засыпает наша мать-земля, а мы бодрствуем, – о, какой унылой представляется нам вселенная, и нам становится страшно, как детям в пустом доме. И тогда к горлу подступают рыдания, и мы тоскуем по освещенным фонарями улицам, по человеческим голосам, по напряженному биению пульса человеческой жизни. Мы кажемся себе такими слабыми и ничтожными перед лицом великого безмолвия, нарушаемого только шелестом листьев под порывами ночного ветра. Вокруг нас витают призраки, и от их подавленных вздохов нам грустно-грустно. Нет, уж лучше будем собираться вместе в больших городах, устраивать иллюминации с помощью миллионов газовых рожков, кричать и петь хором и считать себя героями.

    — Джером Клапка Джером · книга
12. «

    В маленьких городах всегда полно суеверий.

    В маленьких городах всегда полно суеверий.

    — Боб Гантон · фильм
13. «

    Утро холодное, мокрые улицы - сердце скучает по прежней весне. Выпрямить спину и не сутулиться что-то мешает сегодня мне.

    Утро холодное, мокрые улицы - сердце скучает по прежней весне. Выпрямить спину и не сутулиться что-то мешает сегодня мне.

    — Ах Астахова (Ирина Астахова)
14. «

    Я здесь родилась, здесь выросла. Однако моё долгое отсутствие для этого города осталось совершенно незамеченным. Я сразу это поняла. Это — пульс мегаполиса.

    Я здесь родилась, здесь выросла. Однако моё долгое отсутствие для этого города осталось совершенно незамеченным. Я сразу это поняла. Это — пульс мегаполиса.

    — Каори Экуни · книга
15. «

    Он читал город, как книгу, как рассказ о невидимых зданиях, поглощенных историей.

    Он читал город, как книгу, как рассказ о невидимых зданиях, поглощенных историей.

    — Сейс Нотебоом
16. «

    Потом начались луга, зеленые луга, распростершиеся под солнцем, словно готовая отдаться женщина. Сочная трава бурно разрослась до самой обочины дороги, здесь улитки пускались в свое медленное бегство от поднимающегося солнца. Как капельки масла в сливочном пироге, желтели цветы, росшие кустиками. Некоторые из них он помнил еще со школьной поры. Он громко называл их по именам, кивал им, словно после тяжелой болезни вернулся к родным: голубая перечная мята, стройная пастушья сумка, толстый, добродушный одуванчик.

    Потом начались луга, зеленые луга, распростершиеся под солнцем, словно готовая отдаться женщина. Сочная трава бурно разрослась до самой обочины дороги, здесь улитки пускались в свое медленное бегство от поднимающегося солнца. Как капельки масла в сливочном пироге, желтели цветы, росшие кустиками. Некоторые из них он помнил еще со школьной поры. Он громко называл их по именам, кивал им, словно после тяжелой болезни вернулся к родным: голубая перечная мята, стройная пастушья сумка, толстый, добродушный одуванчик.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
17. «

    Природные свойства быстрее всего утрачиваются в большом городе. Причину этого надо искать не в этике, а в геометрии. Прямые линии улиц и зданий, прямолинейность законов и обычаев, тротуары, никогда не отклоняющиеся от прямой линии, строгие, жесткие правила, не допускающие компромисса ни в чем, даже в отдыхе и развлечениях, — все это бросает холодный вызов кривой линии Природы. Поэтому можно сказать, что большой город разрешил задачу о квадратуре круга. … Город имеет обыкновение обламывать и обминать все, что в него входит, и придавать ему форму своих углов.

    Природные свойства быстрее всего утрачиваются в большом городе. Причину этого надо искать не в этике, а в геометрии. Прямые линии улиц и зданий, прямолинейность законов и обычаев, тротуары, никогда не отклоняющиеся от прямой линии, строгие, жесткие правила, не допускающие компромисса ни в чем, даже в отдыхе и развлечениях, — все это бросает холодный вызов кривой линии Природы. Поэтому можно сказать, что большой город разрешил задачу о квадратуре круга. … Город имеет обыкновение обламывать и обминать все, что в него входит, и придавать ему форму своих углов.

    — О. Генри · книга
18. «

    — Как там Серебряный Город? — Все еще Серебряный, и все еще город. — А как там наша родня? Слышал Уриил отрастил себе усы. — Да ладно?! — Я не в курсе, я застрял здесь, но ты-то должен знать. — Меня пару лет там не было, Люци. — А где ты был? Уж точно не бродил ведь среди людей. Подожди, ты все это время летал туда-сюда, как какой-то бомж в перьях?

    — Как там Серебряный Город? — Все еще Серебряный, и все еще город. — А как там наша родня? Слышал Уриил отрастил себе усы. — Да ладно?! — Я не в курсе, я застрял здесь, но ты-то должен знать. — Меня пару лет там не было, Люци. — А где ты был? Уж точно не бродил ведь среди людей. Подожди, ты все это время летал туда-сюда, как какой-то бомж в перьях?

    — Люцифер Морнингстар · сериал
19. «

    А где тебя искать, Прошу, ты мне ответь? В какие города Мне за тобой лететь? Я готов на край земли, Я всё должен объяснить, Пойми, что без тебя Я не умею жить.

    А где тебя искать, Прошу, ты мне ответь? В какие города Мне за тобой лететь? Я готов на край земли, Я всё должен объяснить, Пойми, что без тебя Я не умею жить.
20. «

    Мы безобидные люди. В каждом вымершем городе есть свои призраки.

    Мы безобидные люди. В каждом вымершем городе есть свои призраки.

    — Рэй Брэдбери · книга