108 фраз, которые всё говорят о «горы»

Собрали 108 цитат на тему «горы» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Я люблю вершины, как отдельного человека, как равнозначащие части большого целого.

   Я люблю вершины, как отдельного человека, как равнозначащие части большого целого.

   — Герберт Тихи · книга
2. «

   Есть горы — под небосводом они завидуют водам, и как отраженье неба придумали звёзды снега. И есть иные горы, но та же у них тоска. и горы в тоске по крыльям придумали облака.

   Есть горы — под небосводом они завидуют водам, и как отраженье неба придумали звёзды снега. И есть иные горы, но та же у них тоска. и горы в тоске по крыльям придумали облака.

   — Федерико Гарсиа Лорка
3. «

   Full many a glorious morning have I seen Flatter the mountain tops with sovereign eye, Kissing with golden face the meadows green, Gilding pale streams with heavenly alcumy,

   Full many a glorious morning have I seen Flatter the mountain tops with sovereign eye, Kissing with golden face the meadows green, Gilding pale streams with heavenly alcumy,

   — Уильям Шекспир
4. «

   Парящих жаворонков выше Я в небе отдохнуть присел - На самом гребне перевала.

   Парящих жаворонков выше Я в небе отдохнуть присел - На самом гребне перевала.

   — Мацуо Басё
5. «

   Я люблю эти снежные горы На краю мировой пустоты. Я люблю эти синие взоры, Где, как свет, отражаешься ты.

   Я люблю эти снежные горы На краю мировой пустоты. Я люблю эти синие взоры, Где, как свет, отражаешься ты.

   — Георгий Иванов
6. «

   В королевстве Ланкр существовало не много таких мест, где можно было бы спокойно поиграть в футбол — если вы хотели действительно поиграть, а не бегать за постоянно укатывающимся мячом.

   В королевстве Ланкр существовало не много таких мест, где можно было бы спокойно поиграть в футбол — если вы хотели действительно поиграть, а не бегать за постоянно укатывающимся мячом.

   — Терри Пратчетт · книга
7. «

   Коралио нежился в полуденном зное, как томная красавица в сурово хранимом гареме. Город лежал у самого моря на полоске наносной земли. Позади, как бы даже нависая над ним, вставала — стена Кордильер. Впереди расстилалось море, улыбающийся тюремщик, еще более неподкупный, чем хмурые горы.

   Коралио нежился в полуденном зное, как томная красавица в сурово хранимом гареме. Город лежал у самого моря на полоске наносной земли. Позади, как бы даже нависая над ним, вставала — стена Кордильер. Впереди расстилалось море, улыбающийся тюремщик, еще более неподкупный, чем хмурые горы.

   — О. Генри · книга
8. «

   По горной тропинке иду. Вдруг стало мне отчего-то легко. Фиалки в густой траве.

   По горной тропинке иду. Вдруг стало мне отчего-то легко. Фиалки в густой траве.

   — Мацуо Басё
9. «

   Никто никогда не поднимался в горы, не рискуя.

   Никто никогда не поднимался в горы, не рискуя.

   — Лиана Мориарти · книга
10. «

    Впереди, позади – зеленеют горные склоны. Белые облака плывут на восток, на запад. Если встретится мне в пути такой же скиталец, Что поведать ему? Ведь ничто не ново на свете...

    Впереди, позади – зеленеют горные склоны. Белые облака плывут на восток, на запад. Если встретится мне в пути такой же скиталец, Что поведать ему? Ведь ничто не ново на свете...

    — Рёкан
11. «

    В наших краях люди поклоняются Богу гостеприимства. Мы верим: кто даёт не отмеряя, тому дадут не отмеряя.

    В наших краях люди поклоняются Богу гостеприимства. Мы верим: кто даёт не отмеряя, тому дадут не отмеряя.

    — Мария Фариса · книга
12. «

    В горах между людьми возникают особые связи. Поэтому меня тянет к ним так неудержимо.

    В горах между людьми возникают особые связи. Поэтому меня тянет к ним так неудержимо.

    — Беар Гриллс · книга
13. «

    Горы разведу руками, Трижды землю обойду, Да найду ль её, не знаю.

    Горы разведу руками, Трижды землю обойду, Да найду ль её, не знаю.
14. «

    Взгляд бежит вниз по долине и упирается в горы. Эта земля старая, вся в морщинах. Под сочной весенней травой лежат тонны костей. Рядом с костями гниют мечи, кривые сабли и шлемы. Империи менялись на эмираты, ханства переходили в губернии, каждое десятилетие поднимались новые флаги. Только простые люди как прежде состригают здесь шерсть с овечек, ходят по тонким тропинкам в церковь, закапывают в землю кувшины с вином и брагой. Реки здесь текут, как текли раньше. Зимой у гор — широких шатров — появляются белые шапки. Женщины этих мест тысячи лет сушат волосы под утренним солнцем. Потому мой фен, обмотанный проводом, лежит в рюкзаке, под кроватью.

    Взгляд бежит вниз по долине и упирается в горы. Эта земля старая, вся в морщинах. Под сочной весенней травой лежат тонны костей. Рядом с костями гниют мечи, кривые сабли и шлемы. Империи менялись на эмираты, ханства переходили в губернии, каждое десятилетие поднимались новые флаги. Только простые люди как прежде состригают здесь шерсть с овечек, ходят по тонким тропинкам в церковь, закапывают в землю кувшины с вином и брагой. Реки здесь текут, как текли раньше. Зимой у гор — широких шатров — появляются белые шапки. Женщины этих мест тысячи лет сушат волосы под утренним солнцем. Потому мой фен, обмотанный проводом, лежит в рюкзаке, под кроватью.

    — Мария Фариса · книга
15. «

    ...мысли текли своим чередом, а я, тяжело дыша, прислушивался к ним.

    ...мысли текли своим чередом, а я, тяжело дыша, прислушивался к ним.

    — Герберт Тихи · книга
16. «

    Виды были хороши, но никто не делал снимков – все знали по опыту, что прозрачная даль съежится на экране до бессмысленной синей полоски.

    Виды были хороши, но никто не делал снимков – все знали по опыту, что прозрачная даль съежится на экране до бессмысленной синей полоски.

    — Виктор Пелевин · книга
17. «

    So there, the tremor left my hands Now — to the top. The fear has plunged into the depths Now, I won’t stop!

    So there, the tremor left my hands Now — to the top. The fear has plunged into the depths Now, I won’t stop!
18. «

    Нет, меня всегда притягивали гористые, непроходимые ландшафты. Именно оттуда родом самые странные языки и загадочные мифологии, там возникли древнейшие города и самые дикие религии.

    Нет, меня всегда притягивали гористые, непроходимые ландшафты. Именно оттуда родом самые странные языки и загадочные мифологии, там возникли древнейшие города и самые дикие религии.

    — Донна Тартт · книга
19. «

    Быть Заратустрой — это значит, что вместо ступней у вас крылатые божества, пожирающие гору и превращающие ее в небо, а вместо коленей катапульты, где стрела — все ваше тело. Это значит, что в животе у вас бьют барабаны войны, а в сердце раздается победный марш, и в вас вселяется такая устрашающая радость, что вынести ее обычный человек не в состоянии; быть Заратустрой — значит владеть всеми силами этого мира только потому, что вы призвали их и способны в себя вместить, это значит перестать касаться земли, вступив в прямой диалог с солнцем.

    Быть Заратустрой — это значит, что вместо ступней у вас крылатые божества, пожирающие гору и превращающие ее в небо, а вместо коленей катапульты, где стрела — все ваше тело. Это значит, что в животе у вас бьют барабаны войны, а в сердце раздается победный марш, и в вас вселяется такая устрашающая радость, что вынести ее обычный человек не в состоянии; быть Заратустрой — значит владеть всеми силами этого мира только потому, что вы призвали их и способны в себя вместить, это значит перестать касаться земли, вступив в прямой диалог с солнцем.

    — Амели Нотомб · книга
20. «

    Бог не рассчитал и сделал землю шире, чем небо. Чтобы уменьшить землю, он смял её в некоторых местах — так появились горы.

    Бог не рассчитал и сделал землю шире, чем небо. Чтобы уменьшить землю, он смял её в некоторых местах — так появились горы.

    — Мария Фариса · книга