198 фраз, которые всё говорят о «границы»

Собрали 198 цитат на тему «границы» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Я осознала, что наш квартал, Неаполь, Пиза, Флоренция, Милан, Италия – это всего лишь небольшие фрагменты огромного мира, и я не обязана всю жизнь только ими и довольствоваться.

   Я осознала, что наш квартал, Неаполь, Пиза, Флоренция, Милан, Италия – это всего лишь небольшие фрагменты огромного мира, и я не обязана всю жизнь только ими и довольствоваться.

   — Элена Ферранте · книга
2. «

   Все эти дома, эти люди как сонные мухи, эта теснота и спертые запахи, и бесконечные правила. Куда ни повернёшься — повсюду стены и правила, правила и стены. Я чувствовал себя как в клетке. Нас заперли внутри границ.

   Все эти дома, эти люди как сонные мухи, эта теснота и спертые запахи, и бесконечные правила. Куда ни повернёшься — повсюду стены и правила, правила и стены. Я чувствовал себя как в клетке. Нас заперли внутри границ.

   — Лорен Оливер · книга
3. «

   Рано или поздно глупость земных страстей ломает все границы.

   Рано или поздно глупость земных страстей ломает все границы.
4. «

   Мы будем защищать нашу страну, мы будем защищать наши границы, наших детей, наших героев и наш великий американский флаг.

   Мы будем защищать нашу страну, мы будем защищать наши границы, наших детей, наших героев и наш великий американский флаг.

   — Дональд Трамп
5. «

   Егор всегда честно признавал, ну, не при всех, а для себя самого, что он не храбрец. Но и трусом, пожалуй, тоже не был. Были вещи, которых можно и нужно бояться: шпана, маньяки, террористы, катастрофы, пожары, войны, смертельные болезни. Все в одной куче, и все одинаково далеко. Все это реально существовало и в то же время оставалось за гранью повседневного. Соблюдай простые правила, не броди по ночам, не лезь в чужие районы, мой руки перед едой, не прыгай на рельсы. Можно бояться неприятностей и в то же время понимать, что шанс в них влипнуть весьма невелик.

   Егор всегда честно признавал, ну, не при всех, а для себя самого, что он не храбрец. Но и трусом, пожалуй, тоже не был. Были вещи, которых можно и нужно бояться: шпана, маньяки, террористы, катастрофы, пожары, войны, смертельные болезни. Все в одной куче, и все одинаково далеко. Все это реально существовало и в то же время оставалось за гранью повседневного. Соблюдай простые правила, не броди по ночам, не лезь в чужие районы, мой руки перед едой, не прыгай на рельсы. Можно бояться неприятностей и в то же время понимать, что шанс в них влипнуть весьма невелик.

   — Сергей Лукьяненко · книга
6. «

   Есть предел, за которым совпадения перестают быть возможными.

   Есть предел, за которым совпадения перестают быть возможными.

   — Сергей Лукьяненко · книга
7. «

   0001545. Бережный человек — это который не теряет берега.

   0001545. Бережный человек — это который не теряет берега.
8. «

   Мы сегодня словно птицы, Мы сегодня отдыхаем, Соблюдаем все границы, Мы сегодня не летаем.

   Мы сегодня словно птицы, Мы сегодня отдыхаем, Соблюдаем все границы, Мы сегодня не летаем.
9. «

   Стереотипы – границы свободного мышления.

   Стереотипы – границы свободного мышления.
10. «

    Вырастают крылья, прямо как у птиц Для любви и дружбы — больше нет границ.

    Вырастают крылья, прямо как у птиц Для любви и дружбы — больше нет границ.

    — Мать Красной Шапочки · мультфильм
11. «

    Границы стираются. Границы допустимого, дозволенного, нужного. Пропаганда искусства пофигизма. Все продают инструменты счастливой жизни. Эгоистичной жизни. Обесценивание простых вещей, людей, человеческих отношений, пугает с каждым днем все больше. Марафоны множатся, как тараканы, и люди несутся, сломя голову, не задумываясь, что новоявленные инфоцыгане просто цинично делают деньги на их комплексах. Ничего личного. Это бизнес, детка.

    Границы стираются. Границы допустимого, дозволенного, нужного. Пропаганда искусства пофигизма. Все продают инструменты счастливой жизни. Эгоистичной жизни. Обесценивание простых вещей, людей, человеческих отношений, пугает с каждым днем все больше. Марафоны множатся, как тараканы, и люди несутся, сломя голову, не задумываясь, что новоявленные инфоцыгане просто цинично делают деньги на их комплексах. Ничего личного. Это бизнес, детка.

    — Александра Макарова · книга
12. «

    ... Как бы низко ты ни стоял, нет границ, границ тем высотам, на которые ты можешь взобраться.

    ... Как бы низко ты ни стоял, нет границ, границ тем высотам, на которые ты можешь взобраться.

    — Виктория Хольт · книга
13. «

    Первому из пяти конфликтов после Второй мировой войны было суждено разразиться в маленькой стране, которую и русские и американцы с трудом находили на карте — в Корее. В 1945 году Корее, бывшая японская колония, была разделена между двумя державами по 38-й параллели: юг заняли американцы, север — советские войска. Ким Ир Сен несколько раз обращался к Сталину. <...> Однако 12 января Сталин передумал. Причиной стало высказывание, заброшенное Дином Ачесоном, госсекретарем США в то время. В тот день в своей речи по поводу военной мощи США Ачесон отметил: «линия нашей обороны проходит по алеутским островам к Японии далее через острова Рюкю к Филиппинам». Он забыл про Корею. Это было непростительным упущением. Он упомянул Тайвань, Японию, Филиппины, но только не Корею. Это было глупо, непростительно для такого опытного политика, как Ачесон. Он допустил огромную оплошность. Сталин же расценил её как то, что американцы вновь ослабли. Сталин выдал Ким Ир Сен карт-бланш на дальнейшие действия.

    Первому из пяти конфликтов после Второй мировой войны было суждено разразиться в маленькой стране, которую и русские и американцы с трудом находили на карте — в Корее. В 1945 году Корее, бывшая японская колония, была разделена между двумя державами по 38-й параллели: юг заняли американцы, север — советские войска. Ким Ир Сен несколько раз обращался к Сталину. <...> Однако 12 января Сталин передумал. Причиной стало высказывание, заброшенное Дином Ачесоном, госсекретарем США в то время. В тот день в своей речи по поводу военной мощи США Ачесон отметил: «линия нашей обороны проходит по алеутским островам к Японии далее через острова Рюкю к Филиппинам». Он забыл про Корею. Это было непростительным упущением. Он упомянул Тайвань, Японию, Филиппины, но только не Корею. Это было глупо, непростительно для такого опытного политика, как Ачесон. Он допустил огромную оплошность. Сталин же расценил её как то, что американцы вновь ослабли. Сталин выдал Ким Ир Сен карт-бланш на дальнейшие действия.

    — 1945-1953: От мировой войны к холодной войне (1945-1953: From World War to Cold War) · фильм
14. «

    Границы стран – они в голове, в образе мышления, это не географические ленточки на карте. Поэтому «Россия» – это уже умерший концепт. «Канада, США, Австралия, Франция...» – умершие концепты. Это одна планета, которая принадлежит человечеству.

    Границы стран – они в голове, в образе мышления, это не географические ленточки на карте. Поэтому «Россия» – это уже умерший концепт. «Канада, США, Австралия, Франция...» – умершие концепты. Это одна планета, которая принадлежит человечеству.
15. «

    Границу надо защищать под Кушкой — если мы не хотим потом ее защищать под Таганрогом.

    Границу надо защищать под Кушкой — если мы не хотим потом ее защищать под Таганрогом.

    — Михаил Скобелев
16. «

    — Элис, что бы ты ни придумала, я боюсь, это выходит за границы дозволенного Чарли. — Если ты свободна, то какие могут быть границы? — Ну, хотя бы границы континентальной части США.

    — Элис, что бы ты ни придумала, я боюсь, это выходит за границы дозволенного Чарли. — Если ты свободна, то какие могут быть границы? — Ну, хотя бы границы континентальной части США.

    — Стефани Майер · книга
17. «

    Масса народа на границе всегда пугает.

    Масса народа на границе всегда пугает.

    — Юрий Никитин · книга
18. «

    Вся человеческая история — это расширение границ, но что, если мы захватим больше, чем можем удержать.

    Вся человеческая история — это расширение границ, но что, если мы захватим больше, чем можем удержать.

    — Рассказчик · сериал
19. «

    Жизнь — странная штука. В ней есть такие страницы, которые трудно понять, объяснить, ещё труднее — забыть.

    Жизнь — странная штука. В ней есть такие страницы, которые трудно понять, объяснить, ещё труднее — забыть.

    — Расул Рза
20. «

    А я спросил себя о настоящем: какой оно ширины, какой глубины, сколько мне из него достанется?

    А я спросил себя о настоящем: какой оно ширины, какой глубины, сколько мне из него достанется?

    — Курт Воннегут · книга