Подборка «границы» — 196 цитат

Собрали 196 цитат на тему «границы» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Любовь безгранична — ее всегда не хватает.

   Любовь безгранична — ее всегда не хватает.
2. «

   Границы, отделяющие внешность – видимое – и реальность – невидимое – становятся расплывчатыми.

   Границы, отделяющие внешность – видимое – и реальность – невидимое – становятся расплывчатыми.

   — Брет Истон Эллис · книга
3. «

   У каждого из нас есть границы, за которые мы не можем выйти.

   У каждого из нас есть границы, за которые мы не можем выйти.

   — Алексей Пехов · книга
4. «

   Даже к своему кузену Дадли Гарри не испытывает ревности, а просто принимает все как есть. Возможно, потому, что понимает: Дадли на самом деле значительно несчастнее его. Родители не установили для любимца границ, поэтому он ни о чем не мечтает, не ставит целей и все больше разочаровывается. Несмотря на обиды, полученные самим Гарри в детстве, у мальчика оставались цели и мечты, для него жизнь могла стать только лучше. У Дадли их не было, что и сделало его агрессивным и неприятным. На примере обоих мальчиков мы видим, что антиавторитарное воспитание ребенка, с немедленным исполнением его желаний и без установления ограничений, счастливого человека не сформирует. Счастливым может стать лишь тот, кто знает ценность труда и может гордиться собственными достижениями, когда приходит к цели. У Гарри были как минимум его мечты, а у его кузена – нет. Для Дадли жизнь могла, напротив, становиться только хуже.

   Даже к своему кузену Дадли Гарри не испытывает ревности, а просто принимает все как есть. Возможно, потому, что понимает: Дадли на самом деле значительно несчастнее его. Родители не установили для любимца границ, поэтому он ни о чем не мечтает, не ставит целей и все больше разочаровывается. Несмотря на обиды, полученные самим Гарри в детстве, у мальчика оставались цели и мечты, для него жизнь могла стать только лучше. У Дадли их не было, что и сделало его агрессивным и неприятным. На примере обоих мальчиков мы видим, что антиавторитарное воспитание ребенка, с немедленным исполнением его желаний и без установления ограничений, счастливого человека не сформирует. Счастливым может стать лишь тот, кто знает ценность труда и может гордиться собственными достижениями, когда приходит к цели. У Гарри были как минимум его мечты, а у его кузена – нет. Для Дадли жизнь могла, напротив, становиться только хуже.

   — Клаудия Хохбрунн · книга
5. «

   Егор всегда честно признавал, ну, не при всех, а для себя самого, что он не храбрец. Но и трусом, пожалуй, тоже не был. Были вещи, которых можно и нужно бояться: шпана, маньяки, террористы, катастрофы, пожары, войны, смертельные болезни. Все в одной куче, и все одинаково далеко. Все это реально существовало и в то же время оставалось за гранью повседневного. Соблюдай простые правила, не броди по ночам, не лезь в чужие районы, мой руки перед едой, не прыгай на рельсы. Можно бояться неприятностей и в то же время понимать, что шанс в них влипнуть весьма невелик.

   Егор всегда честно признавал, ну, не при всех, а для себя самого, что он не храбрец. Но и трусом, пожалуй, тоже не был. Были вещи, которых можно и нужно бояться: шпана, маньяки, террористы, катастрофы, пожары, войны, смертельные болезни. Все в одной куче, и все одинаково далеко. Все это реально существовало и в то же время оставалось за гранью повседневного. Соблюдай простые правила, не броди по ночам, не лезь в чужие районы, мой руки перед едой, не прыгай на рельсы. Можно бояться неприятностей и в то же время понимать, что шанс в них влипнуть весьма невелик.

   — Сергей Лукьяненко · книга
6. «

   Я считаю, что если сердца двух человек связаны, не имеет значения, что они делают, где живут и кем являются. Не существует границ и преград, если им суждено быть друг с другом.

   Я считаю, что если сердца двух человек связаны, не имеет значения, что они делают, где живут и кем являются. Не существует границ и преград, если им суждено быть друг с другом.

   — Джулия Робертс
7. «

   Между гранями ума совесть и борьба.

   Между гранями ума совесть и борьба.
8. «

   Граница между сказкой и былью была много тоньше, её легче было миновать.

   Граница между сказкой и былью была много тоньше, её легче было миновать.

   — Патрик Несс · книга
9. «

   — Они не только существуют, эти границы, но ты не хуже меня знаешь, где именно они проходят. — Я тоже так думала. А теперь в это не верю. Границы у нас в головах. А люди вроде мисс Хилли всегда пытаются заставить нас поверить, что они есть на самом деле. Но их нет.

   — Они не только существуют, эти границы, но ты не хуже меня знаешь, где именно они проходят. — Я тоже так думала. А теперь в это не верю. Границы у нас в головах. А люди вроде мисс Хилли всегда пытаются заставить нас поверить, что они есть на самом деле. Но их нет.

   — Кэтрин Стокетт · книга
10. «

    Первому из пяти конфликтов после Второй мировой войны было суждено разразиться в маленькой стране, которую и русские и американцы с трудом находили на карте — в Корее. В 1945 году Корее, бывшая японская колония, была разделена между двумя державами по 38-й параллели: юг заняли американцы, север — советские войска. Ким Ир Сен несколько раз обращался к Сталину. <...> Однако 12 января Сталин передумал. Причиной стало высказывание, заброшенное Дином Ачесоном, госсекретарем США в то время. В тот день в своей речи по поводу военной мощи США Ачесон отметил: «линия нашей обороны проходит по алеутским островам к Японии далее через острова Рюкю к Филиппинам». Он забыл про Корею. Это было непростительным упущением. Он упомянул Тайвань, Японию, Филиппины, но только не Корею. Это было глупо, непростительно для такого опытного политика, как Ачесон. Он допустил огромную оплошность. Сталин же расценил её как то, что американцы вновь ослабли. Сталин выдал Ким Ир Сен карт-бланш на дальнейшие действия.

    Первому из пяти конфликтов после Второй мировой войны было суждено разразиться в маленькой стране, которую и русские и американцы с трудом находили на карте — в Корее. В 1945 году Корее, бывшая японская колония, была разделена между двумя державами по 38-й параллели: юг заняли американцы, север — советские войска. Ким Ир Сен несколько раз обращался к Сталину. <...> Однако 12 января Сталин передумал. Причиной стало высказывание, заброшенное Дином Ачесоном, госсекретарем США в то время. В тот день в своей речи по поводу военной мощи США Ачесон отметил: «линия нашей обороны проходит по алеутским островам к Японии далее через острова Рюкю к Филиппинам». Он забыл про Корею. Это было непростительным упущением. Он упомянул Тайвань, Японию, Филиппины, но только не Корею. Это было глупо, непростительно для такого опытного политика, как Ачесон. Он допустил огромную оплошность. Сталин же расценил её как то, что американцы вновь ослабли. Сталин выдал Ким Ир Сен карт-бланш на дальнейшие действия.

    — 1945-1953: От мировой войны к холодной войне (1945-1953: From World War to Cold War) · фильм
11. «

    Человек несвободен изначально. Его жизнь определяет то, на что он никак повлиять не может. Он не выбирает ни время своего рождения, ни его место. Не выбирает семью, в которой рождается. И никто не спрашивает его, хочет ли он родиться вообще. Всё это он принимает как есть — как данность, как инструкцию к применению, в которой задано направление и вычерчены границы его жизни. Редко кто решается переступить через них. Кто решается — рискует всем: он становится изгоем, и его может покарать породившая его стая. Но только так человек способен обрести свободу.

    Человек несвободен изначально. Его жизнь определяет то, на что он никак повлиять не может. Он не выбирает ни время своего рождения, ни его место. Не выбирает семью, в которой рождается. И никто не спрашивает его, хочет ли он родиться вообще. Всё это он принимает как есть — как данность, как инструкцию к применению, в которой задано направление и вычерчены границы его жизни. Редко кто решается переступить через них. Кто решается — рискует всем: он становится изгоем, и его может покарать породившая его стая. Но только так человек способен обрести свободу.

    — Генрих и Ксения Корн · книга
12. «

    Грань между амбициозностью и одержимостью тоньше, чем можно себе представить. Вам лучше посмотреть под ноги и понять, где вы стоите.

    Грань между амбициозностью и одержимостью тоньше, чем можно себе представить. Вам лучше посмотреть под ноги и понять, где вы стоите.

    — Роланд Эмерсон (Roland Emerson) · фильм
13. «

    Если нравственные законы устанавливают жёсткие рамки, предписывая «делай так и никак иначе», то добродетели имеют неоспоримое преимущество: у них нет границ.

    Если нравственные законы устанавливают жёсткие рамки, предписывая «делай так и никак иначе», то добродетели имеют неоспоримое преимущество: у них нет границ.

    — Александр фон Шенбург · книга
14. «

    Знаешь, старость – это привилегия. Близость к смерти снимает ограничения.

    Знаешь, старость – это привилегия. Близость к смерти снимает ограничения.

    — Лариса Парфентьева · книга
15. «

    Нельзя переходить границы в темноту, какими бы вескими ни были причины.

    Нельзя переходить границы в темноту, какими бы вескими ни были причины.

    — Супергёрл (Кара Зор-Эл / Кара Дэнверс) · сериал
16. «

    — Я хочу знать, что оно говорит, — ответил он, пристально глядя ей в лицо. — Море, Флой, — о чем оно говорит все время? Она ответила, что это только шум набегающих волн. — Да, да, — сказал он. — Но я знаю, что они всегда что-то говорят. Всегда одно и то же. А что там, за морем? Он привстал, жадно всматриваясь вдаль. Она отвечала ему, что там другая страна. Он не об этом думает, — сказал он; он думает о том, что там дальше... дальше!

    — Я хочу знать, что оно говорит, — ответил он, пристально глядя ей в лицо. — Море, Флой, — о чем оно говорит все время? Она ответила, что это только шум набегающих волн. — Да, да, — сказал он. — Но я знаю, что они всегда что-то говорят. Всегда одно и то же. А что там, за морем? Он привстал, жадно всматриваясь вдаль. Она отвечала ему, что там другая страна. Он не об этом думает, — сказал он; он думает о том, что там дальше... дальше!

    — Чарльз Диккенс · книга
17. «

    А я спросил себя о настоящем: какой оно ширины, какой глубины, сколько мне из него достанется?

    А я спросил себя о настоящем: какой оно ширины, какой глубины, сколько мне из него достанется?

    — Курт Воннегут · книга
18. «

    У самой границы — дорога всегда становится шире.

    У самой границы — дорога всегда становится шире.
19. «

    Эффективно установленными границы могут быть только при достижении равновесия между твердостью и уважительностью. Карательный подход строг, но неуважителен. Попустительский подход уважителен, но не строг. Смешанный подход и не строг, и не уважителен

    Эффективно установленными границы могут быть только при достижении равновесия между твердостью и уважительностью. Карательный подход строг, но неуважителен. Попустительский подход уважителен, но не строг. Смешанный подход и не строг, и не уважителен

    — Роберт Дж. Маккензи · книга
20. «

    Если мы хотим скрыть от людей некий объект, достаточно сделать так, чтобы о нем никто никогда не думал. Для этого надо держать под надзором человеческое мышление, то есть контролировать дискурс. А власть над дискурсом принадлежит тому, кто задает границы. Когда границы установлены, за их пределами можно спрятать целый мир.

    Если мы хотим скрыть от людей некий объект, достаточно сделать так, чтобы о нем никто никогда не думал. Для этого надо держать под надзором человеческое мышление, то есть контролировать дискурс. А власть над дискурсом принадлежит тому, кто задает границы. Когда границы установлены, за их пределами можно спрятать целый мир.

    — Виктор Пелевин · книга