271 афоризмов на тему «христианство»

Тема «христианство» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 271 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Невероятно, но Роулинг сумела написать связную и увлекательную притчу о суде Божьем над духовными свойствами наших душ и над нашей способностью любить (или отвержением любви) — и эта притча восхищает читателей постмодернистского мира, побуждая и их стремиться к чистоте сердца и принять защиту жертвенной любви. Для поколений, выработавших непробиваемый иммунитет против любого рода «проповедей огня и серы», такое достижение граничит с чудом.

   Невероятно, но Роулинг сумела написать связную и увлекательную притчу о суде Божьем над духовными свойствами наших душ и над нашей способностью любить (или отвержением любви) — и эта притча восхищает читателей постмодернистского мира, побуждая и их стремиться к чистоте сердца и принять защиту жертвенной любви. Для поколений, выработавших непробиваемый иммунитет против любого рода «проповедей огня и серы», такое достижение граничит с чудом.

   — Джон Грейнджер · книга
2. «

   Господь никогда и нигде нас не оставляет. С того момента, как Он пришел на землю, родившись от Пресвятой Девы Богородицы, и стал Богочеловеком, Он всегда с нами. Как говорил Старец Порфирий, да пребудут с нами его молитвы, если бы мы увидели, как нас любит Христос и что Он для нас делает, то от безмерной радости помутились бы рассудком. Мы остались бы в Его объятиях, и нам уже ни до чего не было бы дела.

   Господь никогда и нигде нас не оставляет. С того момента, как Он пришел на землю, родившись от Пресвятой Девы Богородицы, и стал Богочеловеком, Он всегда с нами. Как говорил Старец Порфирий, да пребудут с нами его молитвы, если бы мы увидели, как нас любит Христос и что Он для нас делает, то от безмерной радости помутились бы рассудком. Мы остались бы в Его объятиях, и нам уже ни до чего не было бы дела.

   — Старец Порфирий Кавсокаливит · книга
3. «

   Врагом для нас является ненависть, Хадасса. Но не люди.

   Врагом для нас является ненависть, Хадасса. Но не люди.

   — Франсин Риверс · книга
4. «

   ... Что самое трудное в христианском учении? Любить всех людей одинаково — что ближних, что дальних...

   ... Что самое трудное в христианском учении? Любить всех людей одинаково — что ближних, что дальних...

   — Борис Акунин · книга
5. «

   Я не сильна в богословии. Но я могу спорить с христианством как женщина. Все знают, что в году 13 лунных месяцев. И некоторые вещи происходят с большинством женщин именно 13 раз в году. Но христианству было необходимо ввести двенадцатимесячный год. Было необходимо, и все тут. Поэтому они взяли и лишили нас месяца.

   Я не сильна в богословии. Но я могу спорить с христианством как женщина. Все знают, что в году 13 лунных месяцев. И некоторые вещи происходят с большинством женщин именно 13 раз в году. Но христианству было необходимо ввести двенадцатимесячный год. Было необходимо, и все тут. Поэтому они взяли и лишили нас месяца.

   — Бьорк
6. «

   — Я не религиозна. — Да? Жаль. Если ты христианка, можешь всем говорить, что делать. И тебя послушают, чтобы не задеть твои религиозные чувства, ведь это противозаконно.

   — Я не религиозна. — Да? Жаль. Если ты христианка, можешь всем говорить, что делать. И тебя послушают, чтобы не задеть твои религиозные чувства, ведь это противозаконно.

   — Тиффани «Пенсатукки» Доггетт · сериал
7. «

   Я не такой добрый христианин, как ты, Элиза. Мое сердце полно злобы. Я не могу положиться на бога, раз он допускает такую несправедливость.

   Я не такой добрый христианин, как ты, Элиза. Мое сердце полно злобы. Я не могу положиться на бога, раз он допускает такую несправедливость.

   — Гарриет Элизабет Бичер-Стоу · книга
8. «

   Преступая порог церкви, мы оставляем наше одиночество на улице и становимся братьями и сестрами во Христе. Господь, видя наше единодушие, дарит нам взаимную любовь, которая становится потребностью. Это так удивительно и просто, что неверующие пожимают плечами и не верят. Им хочется каких-то тайных знаний и ритуалов. А в любви никаких знаков и ритуалов нет. А есть другой человек, который любит тебя больше, чем себя. Потому что он — христианин.

   Преступая порог церкви, мы оставляем наше одиночество на улице и становимся братьями и сестрами во Христе. Господь, видя наше единодушие, дарит нам взаимную любовь, которая становится потребностью. Это так удивительно и просто, что неверующие пожимают плечами и не верят. Им хочется каких-то тайных знаний и ритуалов. А в любви никаких знаков и ритуалов нет. А есть другой человек, который любит тебя больше, чем себя. Потому что он — христианин.

   — Денис Ахалашвили · книга
9. «

   Как страдание и смерть Христа, так и Воскресение и Вознесение Его ничем не помогут тем христианам, которые живут нерадиво и не восстали от душевной смерти: «Встань, спящий, и воскресни из мертвых, и осветит тебя Христос» (Еф. 5:14).

   Как страдание и смерть Христа, так и Воскресение и Вознесение Его ничем не помогут тем христианам, которые живут нерадиво и не восстали от душевной смерти: «Встань, спящий, и воскресни из мертвых, и осветит тебя Христос» (Еф. 5:14).

   — Святитель Тихон Задонский
10. «

    Христос был неизменно печален, и вне этой печали христианство немыслимо вообще.

    Христос был неизменно печален, и вне этой печали христианство немыслимо вообще.

    — Гайто Газданов · книга
11. «

    Я недавно с еврейским раввином читал V главу Матфея. Почти при всяком изречении раввин говорил: это есть в Библии, это есть в Талмуде, и указывал мне в Библии и Талмуде весьма близкие изречения к изречениям Нагорной проповеди. Но когда мы дошли до стиха о непротивлении злу, он не сказал: «И это есть в Талмуде», а только спросил с усмешкой: «И христиане исполняют это? Подставляют другую щеку?» Мне нечего было отвечать, тем более, что я знал, что в это самое время христиане не только не подставляли щеки, но били евреев по подставленной щеке.

    Я недавно с еврейским раввином читал V главу Матфея. Почти при всяком изречении раввин говорил: это есть в Библии, это есть в Талмуде, и указывал мне в Библии и Талмуде весьма близкие изречения к изречениям Нагорной проповеди. Но когда мы дошли до стиха о непротивлении злу, он не сказал: «И это есть в Талмуде», а только спросил с усмешкой: «И христиане исполняют это? Подставляют другую щеку?» Мне нечего было отвечать, тем более, что я знал, что в это самое время христиане не только не подставляли щеки, но били евреев по подставленной щеке.

    — Лев Николаевич Толстой · книга
12. «

    Почему самым прогрессивным является христианство, могу вам сказать. По результатам. Потому что христианство является самым быстрым и радикальным способом совершать правильные поступки. Это та концепция, то мировоззрение, которое, будучи принято в качестве личного кодекса, это в общем-то довольно самурайский кодекс, позволяет вам совершать наибольшее количество этически правильных поступков. Вот и все. Вы мне скажете: А как же инквизиция ведьм сжигала Я отвечу: Ведьм сжигали не христиане, а нехристи по большому счету. И Саванарола не пример, и Лойола не пример. Это все люди, которым христианство нужно было как оружие или как средство мучительства или как средство самоутверждения.

    Почему самым прогрессивным является христианство, могу вам сказать. По результатам. Потому что христианство является самым быстрым и радикальным способом совершать правильные поступки. Это та концепция, то мировоззрение, которое, будучи принято в качестве личного кодекса, это в общем-то довольно самурайский кодекс, позволяет вам совершать наибольшее количество этически правильных поступков. Вот и все. Вы мне скажете: А как же инквизиция ведьм сжигала Я отвечу: Ведьм сжигали не христиане, а нехристи по большому счету. И Саванарола не пример, и Лойола не пример. Это все люди, которым христианство нужно было как оружие или как средство мучительства или как средство самоутверждения.

    — Дмитрий Львович Быков
13. «

    Почитать Христа недостаточно, надо еще жить согласно его учению, и тут оказываешься как бы на берегу моря, которое тебе велят перейти пешком. <...> И скажу тебе так: я не знаю, как устраиваются христиане, чтобы существовать, но знаю одно: где начинается их учение, там кончается римское владычество, кончается Рим, кончается жизнь, различие между побежденным и победителем, богатым и бедным, господином и рабом, кончается всякая власть, кончается император, закон и весь миропорядок, и вместо всего этого приходит Христос и какое-то милосердие, какого до сих пор не было, и какая-то доброта, несвойственная людям и чуждая нашим римским склонностям.

    Почитать Христа недостаточно, надо еще жить согласно его учению, и тут оказываешься как бы на берегу моря, которое тебе велят перейти пешком. <...> И скажу тебе так: я не знаю, как устраиваются христиане, чтобы существовать, но знаю одно: где начинается их учение, там кончается римское владычество, кончается Рим, кончается жизнь, различие между побежденным и победителем, богатым и бедным, господином и рабом, кончается всякая власть, кончается император, закон и весь миропорядок, и вместо всего этого приходит Христос и какое-то милосердие, какого до сих пор не было, и какая-то доброта, несвойственная людям и чуждая нашим римским склонностям.

    — Генрик Сенкевич · книга
14. «

    Замолчи, Хадасса. Кому ты служишь, споря с отцом? Мамин укор, несмотря на то что сказан он был мягким тоном, возымел действие. Мать и раньше много раз повторяла, что если человек не служит Господу, он неизбежно служит злу.

    Замолчи, Хадасса. Кому ты служишь, споря с отцом? Мамин укор, несмотря на то что сказан он был мягким тоном, возымел действие. Мать и раньше много раз повторяла, что если человек не служит Господу, он неизбежно служит злу.

    — Франсин Риверс · книга
15. «

    …христианство и лицемерие – это синонимы. Естественное стремление человека – делай все для себя, и ничего во имя других.

    …христианство и лицемерие – это синонимы. Естественное стремление человека – делай все для себя, и ничего во имя других.
16. «

    Время героев умерло, Виглаф. Христианский бог убил его, не оставив людям ничего, кроме страстотерпцев, страха и стыда.

    Время героев умерло, Виглаф. Христианский бог убил его, не оставив людям ничего, кроме страстотерпцев, страха и стыда.

    — Беовульф · фильм
17. «

    Христианского мира больше не существует. Сейчас мы не единственные, кто создает культуру, мы не первые и не самые слушаемые. Христианство, особенно в Европе, но и в других частях Запада, больше не является очевидной предпосылкой нашей общественной жизни, оно, скорее, часто отрицается, маргинализируется или высмеивается.

    Христианского мира больше не существует. Сейчас мы не единственные, кто создает культуру, мы не первые и не самые слушаемые. Христианство, особенно в Европе, но и в других частях Запада, больше не является очевидной предпосылкой нашей общественной жизни, оно, скорее, часто отрицается, маргинализируется или высмеивается.

    — Франциск (папа римский)
18. «

    — Да, ад был создан для христиан. Наверное, поэтому они и стремятся превратить землю в его подобие.

    — Да, ад был создан для христиан. Наверное, поэтому они и стремятся превратить землю в его подобие.

    — Рафаэль Сабатини · книга
19. «

    Молитва — самое трудное на свете. Но если научиться молитве, она превращается в самый лучший отдых. После нее — как после прохладного душа в жару, так свежо и так хорошо!

    Молитва — самое трудное на свете. Но если научиться молитве, она превращается в самый лучший отдых. После нее — как после прохладного душа в жару, так свежо и так хорошо!

    — Архимандрит Андрей (Конанос) · книга
20. «

    Христианство — это ненависть к уму, гордости, мужеству, свободе; это — libеrtinаgе ума; христианство есть ненависть к чувствам, к радостям чувств, к радости вообще...

    Христианство — это ненависть к уму, гордости, мужеству, свободе; это — libеrtinаgе ума; христианство есть ненависть к чувствам, к радостям чувств, к радости вообще...

    — Фридрих Вильгельм Ницше · книга