Топ-207 цитат: «художниках»

Тема «художниках» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 207 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Художник — не особая разновидность человека, но каждый человек — особая разновидность художника.

   Художник — не особая разновидность человека, но каждый человек — особая разновидность художника.

   — Эрик Гилл
2. «

   — Тогда я останусь как есть? — Нет... — Что? — С лифчиком проблемы. Я не умею его рисовать. Вы не могли бы его снять?

   — Тогда я останусь как есть? — Нет... — Что? — С лифчиком проблемы. Я не умею его рисовать. Вы не могли бы его снять?

   — Серж Генсбур в детстве · фильм
3. «

   В искусстве я не любитель и не знаток. Я просто девушка, которой нужно работать, чтобы жить.

   В искусстве я не любитель и не знаток. Я просто девушка, которой нужно работать, чтобы жить.

   — Фрида Кало
4. «

   Не могу тебя видеть в таком состоянии! Ты же болен! Ты потеешь и дрожишь всю ночь. А теперь посмотри, к чему это тебя привело:

   Не могу тебя видеть в таком состоянии! Ты же болен! Ты потеешь и дрожишь всю ночь. А теперь посмотри, к чему это тебя привело:

   — Жена · игра
5. «

   Я всегда говорю: «Прикладывайте к своему таланту великий труд. Если ты художник и хотя бы неделю кисть вруках не держал, то рука утебя уже не набита. Если музыкант не садится за клавиши каждый день, то он потеряет гибкость пальцев. Если певец каждый день не упражняет свой голос, то он его теряет». А тот, кто пишет и говорит, должен исполнять главное правило: защищать святыню.

   Я всегда говорю: «Прикладывайте к своему таланту великий труд. Если ты художник и хотя бы неделю кисть вруках не держал, то рука утебя уже не набита. Если музыкант не садится за клавиши каждый день, то он потеряет гибкость пальцев. Если певец каждый день не упражняет свой голос, то он его теряет». А тот, кто пишет и говорит, должен исполнять главное правило: защищать святыню.

   — Протоиерей Иоанн Миронов
6. «

   А все-таки начался действительно другой, XXI век. Непонятное обещание. Недавно я попробовал спросить других и себя: есть ли сейчас подлинно великие художники? Прошлый век был плотно ими заполнен, от начала до конца. Пикассо, Матисс, Шагал — летом я листал многотомный альбом гениев. Никто не перешел в новый век. Наверно, я их просто не знаю? Но если они и невозможны, и не нужны? Развертывается действительно новая цивилизация? Науку движут корпорации, индивидуальные гении не обязательны? Особый разговор о литературе. Современники обычно не распознают гениев, я и в этой области никого не могу назвать. Но что, если они окажутся невозможными просто потому, что не нужны?

   А все-таки начался действительно другой, XXI век. Непонятное обещание. Недавно я попробовал спросить других и себя: есть ли сейчас подлинно великие художники? Прошлый век был плотно ими заполнен, от начала до конца. Пикассо, Матисс, Шагал — летом я листал многотомный альбом гениев. Никто не перешел в новый век. Наверно, я их просто не знаю? Но если они и невозможны, и не нужны? Развертывается действительно новая цивилизация? Науку движут корпорации, индивидуальные гении не обязательны? Особый разговор о литературе. Современники обычно не распознают гениев, я и в этой области никого не могу назвать. Но что, если они окажутся невозможными просто потому, что не нужны?

   — Марк Харитонов
7. «

   — Ну, голландцы микроскоп изобрели, — сказала она. — Они были ювелирами, шлифовальщиками линз. Они хотели, чтобы все было подробнее некуда, потому что даже самые крошечные вещи что-нибудь да значат. Когда видишь мух или насекомых в натюрмортах, увядший лепесток, черную точку на яблоке — это означает, что художник передает тебе тайное послание. Он говорит тебе, что живое длится недолго, что все временно. Смерть при жизни. Поэтому-то их называют natures mortes. За всей красотой и цветением, может, этого и не углядишь поначалу, маленького пятнышка гнили. Но стоит приглядеться — и вот оно.

   — Ну, голландцы микроскоп изобрели, — сказала она. — Они были ювелирами, шлифовальщиками линз. Они хотели, чтобы все было подробнее некуда, потому что даже самые крошечные вещи что-нибудь да значат. Когда видишь мух или насекомых в натюрмортах, увядший лепесток, черную точку на яблоке — это означает, что художник передает тебе тайное послание. Он говорит тебе, что живое длится недолго, что все временно. Смерть при жизни. Поэтому-то их называют natures mortes. За всей красотой и цветением, может, этого и не углядишь поначалу, маленького пятнышка гнили. Но стоит приглядеться — и вот оно.

   — Донна Тартт · книга
8. «

   В отличие от мужа у Саскии не было воображаемых линий, красок, света. Его радость немедленно воплощалась в образы — желтые, пунцовые, цвета морской волны; между нею же и ее распустившими паруса грезами не стояло ровно ничего.

   В отличие от мужа у Саскии не было воображаемых линий, красок, света. Его радость немедленно воплощалась в образы — желтые, пунцовые, цвета морской волны; между нею же и ее распустившими паруса грезами не стояло ровно ничего.

   — Гледис Шмитт · книга
9. «

   Подлинный художник лишен тщеславия, он слишком хорошо понимает, что искусство неисчерпаемо.

   Подлинный художник лишен тщеславия, он слишком хорошо понимает, что искусство неисчерпаемо.

   — Людвиг ван Бетховен
10. «

    Плохой художник тот, кто рвется пополам Меж мастерской своей и барскою прихожей.

    Плохой художник тот, кто рвется пополам Меж мастерской своей и барскою прихожей.

    — Жан-Батист Мольер
11. «

    В детстве, мой отец сказал мне, что чтобы быть хорошим художником, надо научиться рисовать. Он был прав! Выучи правила, чтобы знать, как их нарушать.

    В детстве, мой отец сказал мне, что чтобы быть хорошим художником, надо научиться рисовать. Он был прав! Выучи правила, чтобы знать, как их нарушать.

    — Пабло Пикассо · сериал
12. «

    Творчество для художника — страдание, посредством которого он освобождает себя для нового страдания. Он не исполин, а только пестрая птица, запертая в клетке собственного существования.

    Творчество для художника — страдание, посредством которого он освобождает себя для нового страдания. Он не исполин, а только пестрая птица, запертая в клетке собственного существования.

    — Франц Кафка
13. «

    Настоящий художник не меняется со временем. Истинный художник уже намного опередил свое время.

    Настоящий художник не меняется со временем. Истинный художник уже намного опередил свое время.

    — Эрик Пио
14. «

    В своих портретах, как ни бился, Добиться сходства он не мог. Его детьми утешил бог, - И в них он сходства не добился.

    В своих портретах, как ни бился, Добиться сходства он не мог. Его детьми утешил бог, - И в них он сходства не добился.

    — Самуил Маршак
15. «

    — Как вы понимаете, что закончили работу над картиной? — Как вы понимаете, что закончили заниматься любовью?

    — Как вы понимаете, что закончили работу над картиной? — Как вы понимаете, что закончили заниматься любовью?

    — Джексон Поллок · фильм
16. «

    Я лечил его. Он был сложным пациентом. Он видел реальность слишком ясно. Неисправный механизм отрицания, не сумевший заблокировать ужасные истины существования. В конце концов, его неспособность оттолкнуть ужасные факты «бытия в мире» сделала его жизнь бессмысленной, или, как сказал один великий голливудский продюсер: «Слишком много реальности — это не то, чего хотят люди». Сэнди Бейтс страдал депрессией, характерной для многих художников в среднем возрасте. В моей последней статье для «Психоаналитического журнала» я назвал ее «меланхолия Озимандии» [Ozymandias Melancholia].

    Я лечил его. Он был сложным пациентом. Он видел реальность слишком ясно. Неисправный механизм отрицания, не сумевший заблокировать ужасные истины существования. В конце концов, его неспособность оттолкнуть ужасные факты «бытия в мире» сделала его жизнь бессмысленной, или, как сказал один великий голливудский продюсер: «Слишком много реальности — это не то, чего хотят люди». Сэнди Бейтс страдал депрессией, характерной для многих художников в среднем возрасте. В моей последней статье для «Психоаналитического журнала» я назвал ее «меланхолия Озимандии» [Ozymandias Melancholia].

    — психоаналитик Сэнди Бэйтса · фильм
17. «

    Единственное, на что способен художник — описать собственное лицо.

    Единственное, на что способен художник — описать собственное лицо.

    — Чак Паланик · книга
18. «

    Художник для того, чтобы действовать на других, должен быть ищущим, чтоб его произведение было исканием. Если он все нашел и все знает и учит или нарочно потешает, он не действует. Только если он ищет, зритель, слушатель, читатель сливается с ним в поисках.

    Художник для того, чтобы действовать на других, должен быть ищущим, чтоб его произведение было исканием. Если он все нашел и все знает и учит или нарочно потешает, он не действует. Только если он ищет, зритель, слушатель, читатель сливается с ним в поисках.

    — Лев Николаевич Толстой
19. «

    Он никогда не сомневался, что живопись должна правдоподобно изображать предметную действительность. Он критиковал своих коллег за такие грехи, как незнание анатомии, «мелкотемье» и «неискренность».

    Он никогда не сомневался, что живопись должна правдоподобно изображать предметную действительность. Он критиковал своих коллег за такие грехи, как незнание анатомии, «мелкотемье» и «неискренность».

    — Ивлин Во · книга
20. «

    Прошлой ночью мне приснилось, будто бы я решил, что из моей картины все-таки ничего не выйдет, и выбросил ее. Но кто-то подобрал картину, вставил в прекрасную рамку и повесил на стену. Потом вижу, будто я стою перед своей картиной в полном одиночестве и думаю: «Вот я и стал признанным художником! До чего же это приятно! Уж если мою картину повесили на стену, то она и вправду, наверное, хороша». Но ночь прошла, рассвело, и с первыми лучами солнца я понял, что по-прежнему бездарен.

    Прошлой ночью мне приснилось, будто бы я решил, что из моей картины все-таки ничего не выйдет, и выбросил ее. Но кто-то подобрал картину, вставил в прекрасную рамку и повесил на стену. Потом вижу, будто я стою перед своей картиной в полном одиночестве и думаю: «Вот я и стал признанным художником! До чего же это приятно! Уж если мою картину повесили на стену, то она и вправду, наверное, хороша». Но ночь прошла, рассвело, и с первыми лучами солнца я понял, что по-прежнему бездарен.

    — Нацумэ Сосэки · книга