53 цитаты «иерархия» на каждый день

Собрали 53 цитаты на тему «иерархия» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Жизнь — не школа для обучения светским манерам. Каждый говорит как умеет.

   Жизнь — не школа для обучения светским манерам. Каждый говорит как умеет.

   — Ярослав Гашек · книга
2. «

   Как бы ни складывались обстоятельства, дворянин всегда остается дворянином, а ремесленник — ремесленником. Его социальная роль для него так же органична и естественна, как собственное тело. Каждому сословию присуща своя собственная система добродетелей, и каждый индивид должен знать свое место.

   Как бы ни складывались обстоятельства, дворянин всегда остается дворянином, а ремесленник — ремесленником. Его социальная роль для него так же органична и естественна, как собственное тело. Каждому сословию присуща своя собственная система добродетелей, и каждый индивид должен знать свое место.

   — Игорь Кон · книга
3. «

   Юлий Цезарь знал только имена своих солдат; мадам Всеотбога знает положение и воззрения всех своих прихожан. С точностью до миллиметра ей известно, какую степень уважения следует высказать каждому из них. Взгляните, с каким изысканным тактом она пододвигает стул герцогине, склоняясь перед ней до самой земли, а виконтессе только кивает головой.

   Юлий Цезарь знал только имена своих солдат; мадам Всеотбога знает положение и воззрения всех своих прихожан. С точностью до миллиметра ей известно, какую степень уважения следует высказать каждому из них. Взгляните, с каким изысканным тактом она пододвигает стул герцогине, склоняясь перед ней до самой земли, а виконтессе только кивает головой.

   — Оноре де Бальзак · книга
4. «

   Судьями у нас называются лица, на которых возложена обязанность решать всякого рода имущественные тяжбы, а также уголовные дела. Выступая всю жизнь против истины и справедливости, судьи эти с роковой необходимостью потворствуют обману, клятвопреступлению и насилию, и я знаю, что сплошь и рядом они отказываются от крупных взяток, предлагаемых им правой стороной, лишь бы только не подорвать авторитета сословия совершением поступка, не соответствующего его природе и достоинству.

   Судьями у нас называются лица, на которых возложена обязанность решать всякого рода имущественные тяжбы, а также уголовные дела. Выступая всю жизнь против истины и справедливости, судьи эти с роковой необходимостью потворствуют обману, клятвопреступлению и насилию, и я знаю, что сплошь и рядом они отказываются от крупных взяток, предлагаемых им правой стороной, лишь бы только не подорвать авторитета сословия совершением поступка, не соответствующего его природе и достоинству.

   — Джонатан Свифт · книга
5. «

   Хочешь здесь жить — учи правила пруда.

   Хочешь здесь жить — учи правила пруда.

   — Король Георг · мультфильм
6. «

   Иерархия в обществе теперь не выводится из изначального неравенства людей, а провозглашается вечным атрибутом жизни как таковой.

   Иерархия в обществе теперь не выводится из изначального неравенства людей, а провозглашается вечным атрибутом жизни как таковой.

   — Юрий Николаевич Давыдов · книга
7. «

   Я, король, не стыдясь послушаюсь работника. В работе на дворе он смыслит больше короля. Я благодарен ему за науку, моя благодарность не роняет меня в его глазах. Ибо естественно, что умение трудиться приходит от работника к королю. Но я ненавижу тщеславие. И запрещаю ему себя славословить. Ибо естественно, что суждение, что хорошо и что плохо, приходит от короля к работнику.

   Я, король, не стыдясь послушаюсь работника. В работе на дворе он смыслит больше короля. Я благодарен ему за науку, моя благодарность не роняет меня в его глазах. Ибо естественно, что умение трудиться приходит от работника к королю. Но я ненавижу тщеславие. И запрещаю ему себя славословить. Ибо естественно, что суждение, что хорошо и что плохо, приходит от короля к работнику.

   — Антуан де Сент-Экзюпери · книга
8. «

   Мы требуем уважения к себе соответственно не тайным нашим дарованиям, а занимаемому нами положению.

   Мы требуем уважения к себе соответственно не тайным нашим дарованиям, а занимаемому нами положению.

   — Марсель Пруст · книга
9. «

   Для тех, кто наверху, Франция несет золотые яйца. А тем, кто внизу, — жрать свою лапшу и не трепыхаться!

   Для тех, кто наверху, Франция несет золотые яйца. А тем, кто внизу, — жрать свою лапшу и не трепыхаться!

   — Гийом Мюссо · книга
10. «

    К. увидел полную бесполезность своих стараний. Помимо него делались распоряжения, и благоприятные и неблагоприятные, и даже в самых благоприятных таилась неблагоприятная сердцевина, во всяком случаке все шло мимо него, и сам он находился на слишком низкой ступени, чтобы вмешаться в дело, заставить других замолкнуть, а себя услышать.

    К. увидел полную бесполезность своих стараний. Помимо него делались распоряжения, и благоприятные и неблагоприятные, и даже в самых благоприятных таилась неблагоприятная сердцевина, во всяком случаке все шло мимо него, и сам он находился на слишком низкой ступени, чтобы вмешаться в дело, заставить других замолкнуть, а себя услышать.

    — Франц Кафка · книга
11. «

    Даже вошь, и та могла бы быть влюблена, и той не запрещено законами.

    Даже вошь, и та могла бы быть влюблена, и той не запрещено законами.

    — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
12. «

    Сотворенный богом мир разнообразен и многосложен, то есть плюрален. Еще он иерархичен: одни части лучше, другие хуже. Многосложное предполагает противоположное. Противоположив одни части другим, Творец дал повод для конкуренции частей. Он не был злым, осуществляя эту идею — мир просто не мог быть другим, иерархия и борьба — его сущность.

    Сотворенный богом мир разнообразен и многосложен, то есть плюрален. Еще он иерархичен: одни части лучше, другие хуже. Многосложное предполагает противоположное. Противоположив одни части другим, Творец дал повод для конкуренции частей. Он не был злым, осуществляя эту идею — мир просто не мог быть другим, иерархия и борьба — его сущность.

    — Игорь Иванович Гарин · книга
13. «

    Подобно тому как два враждебные форпоста, разделенные рекою, спокойно и весело переговариваются между собою, не помышляя о войне, разъединяющей их лагери, так и графиня с Вильгельмом обменивались многозначительными взглядами через ту чудовищную пропасть рождения и воспитания, разделявшую их, и каждый думал, что на своей стороне он спокойно может предаваться своим чувствам.

    Подобно тому как два враждебные форпоста, разделенные рекою, спокойно и весело переговариваются между собою, не помышляя о войне, разъединяющей их лагери, так и графиня с Вильгельмом обменивались многозначительными взглядами через ту чудовищную пропасть рождения и воспитания, разделявшую их, и каждый думал, что на своей стороне он спокойно может предаваться своим чувствам.

    — Иоганн Вольфганг фон Гёте · книга
14. «

    И собака на епископа может глаза поднять.

    И собака на епископа может глаза поднять.

    — Анатоль Франс · книга
15. «

    Я скорее соглашусь, кажется, лаять на владыку, чем косо взглянуть на Кирила Петровича. Как увидишь его, страх и трепет и краплет пот, а спина-то сама так и гнется, так и гнется.

    Я скорее соглашусь, кажется, лаять на владыку, чем косо взглянуть на Кирила Петровича. Как увидишь его, страх и трепет и краплет пот, а спина-то сама так и гнется, так и гнется.

    — Александр Сергеевич Пушкин · книга
16. «

    Вы живете в классовом мире. Вашему уму не пришлось самому отыскивать оправдания вашему привилегированному положению: класс, в котором вы родились, давно приготовил их для вас. И поэтому вы без малейших угрызений совести забираете себе все самое лучшее и пускаетесь во всевозможные рискованные авантюры, в основном за счет чужих жизней, причем ваше сознание, сформированное окружающей его средой, упорно отказывается допустить даже мысль о возможности обеспеченного, упорядоченного и в то же время деятельного и счастливого человеческого общества.

    Вы живете в классовом мире. Вашему уму не пришлось самому отыскивать оправдания вашему привилегированному положению: класс, в котором вы родились, давно приготовил их для вас. И поэтому вы без малейших угрызений совести забираете себе все самое лучшее и пускаетесь во всевозможные рискованные авантюры, в основном за счет чужих жизней, причем ваше сознание, сформированное окружающей его средой, упорно отказывается допустить даже мысль о возможности обеспеченного, упорядоченного и в то же время деятельного и счастливого человеческого общества.

    — Герберт Уэллс · книга
17. «

    Беда в том, что жизнь с приоритетами, неизбежно порождает иерархию, пирамиду.

    Беда в том, что жизнь с приоритетами, неизбежно порождает иерархию, пирамиду.

    — Уильям Пол Янг · книга
18. «

    Общий рост благосостояния угрожает иерархическому обществу гибелью. Став всеобщим, богатство перестает порождать различия. Такое общество не может быть устойчивым. Ибо если обеспеченностью и досугом смогут наслаждаться все, то громадная масса людей, отупевших от нищеты, станет грамотной и научится думать самостоятельно, после чего люди рано или поздно поймут, что привилегированное меньшинство не выполняет никакой функции, и выбросят его. В конечном счете иерархическое общество зиждется только на нищете и невежестве.

    Общий рост благосостояния угрожает иерархическому обществу гибелью. Став всеобщим, богатство перестает порождать различия. Такое общество не может быть устойчивым. Ибо если обеспеченностью и досугом смогут наслаждаться все, то громадная масса людей, отупевших от нищеты, станет грамотной и научится думать самостоятельно, после чего люди рано или поздно поймут, что привилегированное меньшинство не выполняет никакой функции, и выбросят его. В конечном счете иерархическое общество зиждется только на нищете и невежестве.

    — Джордж Оруэлл · книга
19. «

    Как правило, богачи любят выставлять напоказ свое благосостояние, однако супербогачи предпочитают его скрывать.

    Как правило, богачи любят выставлять напоказ свое благосостояние, однако супербогачи предпочитают его скрывать.

    — Рю Мураками · книга
20. «

    Возможно, где-то жили другие родственные Комстоки, ведь у дедули имелось более десятка братьев и сестер. Но если таковые и были, они, выбившись в люди, потеряли связь с обнищавшей ветвью; узы денег покрепче кровного родства.

    Возможно, где-то жили другие родственные Комстоки, ведь у дедули имелось более десятка братьев и сестер. Но если таковые и были, они, выбившись в люди, потеряли связь с обнищавшей ветвью; узы денег покрепче кровного родства.

    — Джордж Оруэлл · книга