22 цитаты про «Индия», которые захочется сохранить

22 цитаты про «Индия»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Все многочисленные объекты, существующие в мире, едины: все они есть Брахман; в мире нет ничего, кроме Брахмана. Любая множественность — это иллюзия, созданная посредством магической силы богом Брахманом. Мы воспринимаем множество объектов мира в силу нашего незнания их подлинной сущности, именно наше незнание скрывает от нас единого Брахмана и придает ему вид множества объектов мира.

   Все многочисленные объекты, существующие в мире, едины: все они есть Брахман; в мире нет ничего, кроме Брахмана. Любая множественность — это иллюзия, созданная посредством магической силы богом Брахманом. Мы воспринимаем множество объектов мира в силу нашего незнания их подлинной сущности, именно наше незнание скрывает от нас единого Брахмана и придает ему вид множества объектов мира.

   — Галина Валентиновна Гриненко · книга
2. «

   Бросая вызов многообразию индуизма, священная книга сикхов говорит: «Бог един и вечен. Он имманентно присутствует всюду и одновременно является творцом всего сущего. Он лишен страха и враждебности. Он существует вне времени. Он вне смерти и рождения.

   Бросая вызов многообразию индуизма, священная книга сикхов говорит: «Бог един и вечен. Он имманентно присутствует всюду и одновременно является творцом всего сущего. Он лишен страха и враждебности. Он существует вне времени. Он вне смерти и рождения.

   — Игорь Николаевич Яблоков · книга
3. «

   Здесь, в Мумбаи, ничто не задерживается надолго, здесь на всё имеет право океан... Я всем могу поделиться с ним, любым своим секретом, и он мягко опустится на глубину. Океан сохранит его в целости и сохранности...

   Здесь, в Мумбаи, ничто не задерживается надолго, здесь на всё имеет право океан... Я всем могу поделиться с ним, любым своим секретом, и он мягко опустится на глубину. Океан сохранит его в целости и сохранности...

   — Дхоби Гхат / Мумбайский дневник (Dhobi Ghat / Mumbai Diaries) · фильм
4. «

   — Я писала роман и работала... волонтером... в Индии. — Потрясающе! — Да, это тот период в жизни, когда ешь, молишься и страдаешь диареей.

   — Я писала роман и работала... волонтером... в Индии. — Потрясающе! — Да, это тот период в жизни, когда ешь, молишься и страдаешь диареей.

   — Лиза Миллер · сериал
5. «

   Человек должен трудиться и делиться плодами своего труда с другими людьми. Кроме этого необходимо стремиться к избавлению от пороков, которых насчитывается пять: гнев, гордыня, алчность, страсть и привязанность к земным благам.

   Человек должен трудиться и делиться плодами своего труда с другими людьми. Кроме этого необходимо стремиться к избавлению от пороков, которых насчитывается пять: гнев, гордыня, алчность, страсть и привязанность к земным благам.

   — Игорь Николаевич Яблоков · книга
6. «

   У молодых режиссеров Болливуда есть тенденция смотреть свысока на традиционный классический фильм Болливуда, скажем так, на классику жанра. Печально, что я ещё могу сказать...

   У молодых режиссеров Болливуда есть тенденция смотреть свысока на традиционный классический фильм Болливуда, скажем так, на классику жанра. Печально, что я ещё могу сказать...

   — Санджай Лила Бхансали
7. «

   Сторонники йоги утверждают, что занятия йогой позволяют человеку приобрести сверхъестественные способности: способность ясновидения и телепатии, способность делаться невидимым, появляться одновременно в разных местах и проходить через каменные стены, приручать любых животных и т. п. Но обретение этих способностей ни в коем случае не является в йоге самоцелью.

   Сторонники йоги утверждают, что занятия йогой позволяют человеку приобрести сверхъестественные способности: способность ясновидения и телепатии, способность делаться невидимым, появляться одновременно в разных местах и проходить через каменные стены, приручать любых животных и т. п. Но обретение этих способностей ни в коем случае не является в йоге самоцелью.

   — Галина Валентиновна Гриненко · книга
8. «

   — Потом ты три года жила в Индии? — Да, примерно. — А что делала? — Работала в благотворительных организациях. — Например? — Не пойму, это что, допрос? — Нет, просто любопытство. Круто. — Что «круто»? Ничего крутого, как на войне — ужасная бедность. Как на войне. С лишениями, страданиями и плохой гигиеной.

   — Потом ты три года жила в Индии? — Да, примерно. — А что делала? — Работала в благотворительных организациях. — Например? — Не пойму, это что, допрос? — Нет, просто любопытство. Круто. — Что «круто»? Ничего крутого, как на войне — ужасная бедность. Как на войне. С лишениями, страданиями и плохой гигиеной.

   — Тэд Вебер · сериал
9. «

   Обладает моя Индия сегодня чем-нибудь или нет, одного у нее всегда много – любви… Здешний воздух, эти здания — все здесь словно источает любовь… Один из памятников любви Тадж-Махал… В Индии любовь – это самопожертвование, любить, значит отдавать, отдавать….

   Обладает моя Индия сегодня чем-нибудь или нет, одного у нее всегда много – любви… Здешний воздух, эти здания — все здесь словно источает любовь… Один из памятников любви Тадж-Махал… В Индии любовь – это самопожертвование, любить, значит отдавать, отдавать….

   — На чужбине / Обманутые надежды (Pardes) · фильм
10. «

    Первое, на что я обратил внимание в тот первый день в Бомбее, – непривычный запах. Я почувствовал его уже в переходе от самолета к зданию аэровокзала – прежде, чем услышал или увидел что-либо в Индии. Этот запах был приятен и будоражил меня, в ту первую минуту в Бомбее, когда я, вырвавшись на свободу, заново вступал в большой мир, но он был мне абсолютно незнаком. Теперь я знаю, что это сладкий, тревожный запах надежды, уничтожающей ненависть, и в то же время кислый, затхлый запах жадности, уничтожающей любовь. Это запах богов и демонов, распадающихся и возрожденных империй и цивилизаций. Это голубой запах морской кожи, ощутимый в любой точке города на семи островах, и кроваво-металлический запах машин. Это запах суеты и покоя, всей жизнедеятельности шестидесяти миллионов животных, больше половины которых – человеческие существа и крысы. Это запах любви и разбитых сердец, борьбы за выживание и жестоких поражений, выковывающих нашу храбрость. Это запах десяти тысяч ресторанов, пяти тысяч храмов, усыпальниц, церквей и мечетей, а также сотен базаров, где торгуют исключительно духами, пряностями, благовониями и свежими цветами. Карла назвала его однажды худшим из самых прекрасных ароматов, и она была, несомненно, права, как она всегда бывает по-своему права в своих оценках. И теперь, когда бы я ни приехал в Бомбей, прежде всего я ощущаю этот запах – он приветствует меня и говорит, что я вернулся домой.

    Первое, на что я обратил внимание в тот первый день в Бомбее, – непривычный запах. Я почувствовал его уже в переходе от самолета к зданию аэровокзала – прежде, чем услышал или увидел что-либо в Индии. Этот запах был приятен и будоражил меня, в ту первую минуту в Бомбее, когда я, вырвавшись на свободу, заново вступал в большой мир, но он был мне абсолютно незнаком. Теперь я знаю, что это сладкий, тревожный запах надежды, уничтожающей ненависть, и в то же время кислый, затхлый запах жадности, уничтожающей любовь. Это запах богов и демонов, распадающихся и возрожденных империй и цивилизаций. Это голубой запах морской кожи, ощутимый в любой точке города на семи островах, и кроваво-металлический запах машин. Это запах суеты и покоя, всей жизнедеятельности шестидесяти миллионов животных, больше половины которых – человеческие существа и крысы. Это запах любви и разбитых сердец, борьбы за выживание и жестоких поражений, выковывающих нашу храбрость. Это запах десяти тысяч ресторанов, пяти тысяч храмов, усыпальниц, церквей и мечетей, а также сотен базаров, где торгуют исключительно духами, пряностями, благовониями и свежими цветами. Карла назвала его однажды худшим из самых прекрасных ароматов, и она была, несомненно, права, как она всегда бывает по-своему права в своих оценках. И теперь, когда бы я ни приехал в Бомбей, прежде всего я ощущаю этот запах – он приветствует меня и говорит, что я вернулся домой.

    — Грегори Дэвид Робертс · книга
11. «

    как стыдишься своих темнот, нетерпимый к чужим помоям: индия лечит мгновенно от ложных эго, дерьмом и морем. всюду бог. ты его омоним. это — храмы и алтари. грязь — у тебя внутри.

    как стыдишься своих темнот, нетерпимый к чужим помоям: индия лечит мгновенно от ложных эго, дерьмом и морем. всюду бог. ты его омоним. это — храмы и алтари. грязь — у тебя внутри.

    — Вера Полозкова
12. «

    У нас в стране демократия, поэтому каждый имеет право высказать свое мнение где и когда ему угодно. Никто не смеет возразить ему.

    У нас в стране демократия, поэтому каждый имеет право высказать свое мнение где и когда ему угодно. Никто не смеет возразить ему.

    — Амитабх Баччан
13. «

    Свойства, которых не было у составляющих, взятых по отдельности, появляются у объекта, образованного из этих составляющих.

    Свойства, которых не было у составляющих, взятых по отдельности, появляются у объекта, образованного из этих составляющих.

    — Галина Валентиновна Гриненко · книга
14. «

    Индуизмом называется совокупность религиозно-мифологических воззрений и культов, сформировавшаяся и бытующая в Южной Азии: Индия (83% населения), Непал, Шри-Ланка, Бангладеш. В его истории борьба с инакомыслием редко принимала крайние формы, а чужеродные элементы, как правило, не изгонялись, а перерабатывались и усваивались.

    Индуизмом называется совокупность религиозно-мифологических воззрений и культов, сформировавшаяся и бытующая в Южной Азии: Индия (83% населения), Непал, Шри-Ланка, Бангладеш. В его истории борьба с инакомыслием редко принимала крайние формы, а чужеродные элементы, как правило, не изгонялись, а перерабатывались и усваивались.

    — Игорь Николаевич Яблоков · книга
15. «

    Индийские актеры – лучшие в мире, потому что индийцы умеют кричать глазами.

    Индийские актеры – лучшие в мире, потому что индийцы умеют кричать глазами.

    — Грегори Дэвид Робертс · книга
16. «

    Наши фильмы не показывают реальность такой, какой она является на самом деле.

    Наши фильмы не показывают реальность такой, какой она является на самом деле.

    — Саиф Али Кхан
17. «

    Это Индия. Это страна, где надо всем властвует сердце. Долбаное человеческое сердце.

    Это Индия. Это страна, где надо всем властвует сердце. Долбаное человеческое сердце.

    — Грегори Дэвид Робертс · книга
18. «

    Ведийская идея годичного развития мира с конечным его возвращением к состоянию хаоса, а также имевшее в древней Индии архаическое представление о неотвратимом, неумолимом и всепоглощающем времени ( по сути, времени-смерти) постепенно уступают место учению временных циклов, присущих миру во всех его сферах, в том числе и человеческой жизни. В связи с этим возникают представления о круговращении бытия и перерождениях индивида, то есть о воплощениях во все новых и разнообразных телесных оболочках.

    Ведийская идея годичного развития мира с конечным его возвращением к состоянию хаоса, а также имевшее в древней Индии архаическое представление о неотвратимом, неумолимом и всепоглощающем времени ( по сути, времени-смерти) постепенно уступают место учению временных циклов, присущих миру во всех его сферах, в том числе и человеческой жизни. В связи с этим возникают представления о круговращении бытия и перерождениях индивида, то есть о воплощениях во все новых и разнообразных телесных оболочках.

    — Игорь Николаевич Яблоков · книга
19. «

    Откуда это творение появилось: Может само создало себя, может, нет Тот, кто надзирает над этим миром на высшем небе, Только он знает или же не знает.

    Откуда это творение появилось: Может само создало себя, может, нет Тот, кто надзирает над этим миром на высшем небе, Только он знает или же не знает.

    — Игорь Николаевич Яблоков · книга
20. «

    Гималаи, разрешите еще раз послать Вам сердечное восхищение. Также вся прекрасная Индия, позволь еще раз послать тебе привет за все то великое и вдохновляющее, которым наполнены твои и луга, и рощи, и старинные города, и священные реки.

    Гималаи, разрешите еще раз послать Вам сердечное восхищение. Также вся прекрасная Индия, позволь еще раз послать тебе привет за все то великое и вдохновляющее, которым наполнены твои и луга, и рощи, и старинные города, и священные реки.

    — Николай Константинович Рерих