144 цитаты «ирония» — что говорили умные люди

Тема «ирония» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 144 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Не говорите, что у вас всё хорошо — не злите людей. Не говорите, что у вас всё плохо, и как вам трудно — не радуйте врагов. И вообще: меньше говорите, пусть окружающие спят крепче.

   Не говорите, что у вас всё хорошо — не злите людей. Не говорите, что у вас всё плохо, и как вам трудно — не радуйте врагов. И вообще: меньше говорите, пусть окружающие спят крепче.
2. «

   Подзатыльник — это способ передачи информации из поколения в поколение)

   Подзатыльник — это способ передачи информации из поколения в поколение)
3. «

   Чтобы быть ужаленным иронией, не обязательно ее понимать.

   Чтобы быть ужаленным иронией, не обязательно ее понимать.

   — Эдит Уортон · книга
4. «

   Ку­ри­ла Ра­мо­на, а от рака умер Холь­гер. «Не бо­лезнь, а сплош­ная иро­ния», — без­за­бот­но го­во­рил Холь­гер.

   Ку­ри­ла Ра­мо­на, а от рака умер Холь­гер. «Не бо­лезнь, а сплош­ная иро­ния», — без­за­бот­но го­во­рил Холь­гер.

   — Фредрик Бакман · книга
5. «

   Никак не пойму, почему все люди считают, что избавить человека от депрессии можно парой хлопков по плечу и дежурной фразой «все будет хорошо». Это как лечить гангрену увлажняющим кремом или открыть форточку, чтобы проветрить чей-то саркоидоз.

   Никак не пойму, почему все люди считают, что избавить человека от депрессии можно парой хлопков по плечу и дежурной фразой «все будет хорошо». Это как лечить гангрену увлажняющим кремом или открыть форточку, чтобы проветрить чей-то саркоидоз.
6. «

   Вот поистине ирония жизни: то, к чему мы стремимся, оказывается лучше, когда оно достигнуто не полностью.

   Вот поистине ирония жизни: то, к чему мы стремимся, оказывается лучше, когда оно достигнуто не полностью.

   — Уильям Сомерсет Моэм · книга
7. «

   Спросили: в чем смысл творчества? Ну тут два варианта: либо с Богом разговаривать, либо перед девочками выёбываться.

   Спросили: в чем смысл творчества? Ну тут два варианта: либо с Богом разговаривать, либо перед девочками выёбываться.

   — Николай Картозия
8. «

   Вот оно женское непостоянство! Одного и того же мужчину хочется, то любить, то убить!

   Вот оно женское непостоянство! Одного и того же мужчину хочется, то любить, то убить!
9. «

   – Вы слышали, как не повезло писателю N.? – спросили у Раневской. – Нет, а что с ним случилось? – Он упал и сломал правую ногу. – Действительно, не повезло. Чем же он теперь будет писать?

   – Вы слышали, как не повезло писателю N.? – спросили у Раневской. – Нет, а что с ним случилось? – Он упал и сломал правую ногу. – Действительно, не повезло. Чем же он теперь будет писать?

   — Фаина Раневская · книга
10. «

    Вообще, говорят, что в Тулу со своим самоваром не ездят... Можно подумать, в Тольятти ездят! Когда вы вообще в последний раз видели человека, путешествующего с самоваром?

    Вообще, говорят, что в Тулу со своим самоваром не ездят... Можно подумать, в Тольятти ездят! Когда вы вообще в последний раз видели человека, путешествующего с самоваром?
11. «

    Единственный способ спасти человеческое здравомыслие и сохранить разумность в мире — это дать свободу острому уму.

    Единственный способ спасти человеческое здравомыслие и сохранить разумность в мире — это дать свободу острому уму.

    — Энтони Эшли Купер Шефтсбери
12. «

    Набив брюхо, хорошо вздремнуть, но разве заснешь после половинки паршивого, дешевого завтрака!

    Набив брюхо, хорошо вздремнуть, но разве заснешь после половинки паршивого, дешевого завтрака!

    — Рю Мураками · книга
13. «

    Часто спрашивают: как удалось Японии быстро вырваться после войны в первую тройку индустриальных держав, несмотря на огромные разрушения от американских бомбардировок; несмотря на то, что страна подверглась оккупации, несмотря на то, что колонии были отобраны, а своих природных ресурсов на островах практически нет? Пародируя стиль загадок-парадоксов, излюбленных буддийской сектой дзэн, японцы иронизируют, что каждый из этих вопросов превращается в ответ, если слово «несмотря» заменить на слово «благодаря».

    Часто спрашивают: как удалось Японии быстро вырваться после войны в первую тройку индустриальных держав, несмотря на огромные разрушения от американских бомбардировок; несмотря на то, что страна подверглась оккупации, несмотря на то, что колонии были отобраны, а своих природных ресурсов на островах практически нет? Пародируя стиль загадок-парадоксов, излюбленных буддийской сектой дзэн, японцы иронизируют, что каждый из этих вопросов превращается в ответ, если слово «несмотря» заменить на слово «благодаря».

    — Всеволод Овчинников · книга
14. «

    Если б у Джордано Бруно был психолог, то и не было бы такого выгорания.

    Если б у Джордано Бруно был психолог, то и не было бы такого выгорания.

    — Николай Картозия
15. «

    Душа моя сидела на дороге и постоянно язвила по любому поводу.

    Душа моя сидела на дороге и постоянно язвила по любому поводу.

    — Андрей (лейтенант милиции) · фильм
16. «

    Начнём с криминальной субкультуры литературоведов. Её преступная сущность очевидна и легко доказуема. Настораживает уже тот факт, что литературоведение ничем не способно помочь автору. Эта лженаука не имеет ни малейшего отношения к процессу писанины и годится исключительно для разбора законченных произведений. Или, скажем, не законченных, но уже намертво прилипших к бумаге и утративших способность к развитию. Знаменательно, что сами литературоведы опасаются иметь дело с живыми авторами, дабы тайное надувательство не стало явным. <...>Как провозгласил однажды в припадке циничной откровенности мой знакомый, ныне завкафедрой литературы: «Выпьем за покойников, которые нас кормят!» <...> Ещё в меньшей степени литературоведение необходимо простому читателю. Этот тезис я даже доказывать не намерен. Скажу только, что читающая публика для учёных мужей и жён – не менее досадная помеха, чем автор, поэтому всё, что публике по нраву, изучения, с их точки зрения, не достойно. Итак, городская субкультура литературоведов криминальна уже тем, что никому не приносит пользы, кроме себя самой, то есть паразитирует на обществе и тщательно это скрывает. Способ мошенничества отчасти напоминает приёмы цыганок: неустанно убеждать власти в том, что без точного подсчёта эпитетов в поэме Лермонтова «Монго» всё погибнет окончательно и безвозвратно, а запугав, тянуть потихоньку денежки из бюджета. Навар, разумеется, невелик, с прибылями от торговли оружием и наркотиками его сравнивать не приходится, но это и понятно, поскольку литературоведы в уголовной среде считаются чуть ли не самой захудалой преступной группировкой. Что-то среднее между толкователями снов на дому и «чёрными археологами». Само собой, изложив просьбу раскошелиться в ясных доступных словах, на успех рассчитывать не стоит. <...> Поэтому проходимцами разработан условный язык, специальный жаргон, употребляемый с двумя целями: во-первых, уровень владения им свидетельствует о положении говорящего во внутренней иерархии, во-вторых, делает его речь совершенно непонятной для непосвящённых. Последняя функция создаёт видимость глубины и производит на сильных мира сего неизгладимое впечатление. Услышав, что собеседник изучает «гендерную агональность национальных архетипов», сомлеет любой олигарх, ибо сам он столь крутой феней не изъяснялся даже на зоне. Глядишь, грант подкинет.

    Начнём с криминальной субкультуры литературоведов. Её преступная сущность очевидна и легко доказуема. Настораживает уже тот факт, что литературоведение ничем не способно помочь автору. Эта лженаука не имеет ни малейшего отношения к процессу писанины и годится исключительно для разбора законченных произведений. Или, скажем, не законченных, но уже намертво прилипших к бумаге и утративших способность к развитию. Знаменательно, что сами литературоведы опасаются иметь дело с живыми авторами, дабы тайное надувательство не стало явным. <...>Как провозгласил однажды в припадке циничной откровенности мой знакомый, ныне завкафедрой литературы: «Выпьем за покойников, которые нас кормят!» <...> Ещё в меньшей степени литературоведение необходимо простому читателю. Этот тезис я даже доказывать не намерен. Скажу только, что читающая публика для учёных мужей и жён – не менее досадная помеха, чем автор, поэтому всё, что публике по нраву, изучения, с их точки зрения, не достойно. Итак, городская субкультура литературоведов криминальна уже тем, что никому не приносит пользы, кроме себя самой, то есть паразитирует на обществе и тщательно это скрывает. Способ мошенничества отчасти напоминает приёмы цыганок: неустанно убеждать власти в том, что без точного подсчёта эпитетов в поэме Лермонтова «Монго» всё погибнет окончательно и безвозвратно, а запугав, тянуть потихоньку денежки из бюджета. Навар, разумеется, невелик, с прибылями от торговли оружием и наркотиками его сравнивать не приходится, но это и понятно, поскольку литературоведы в уголовной среде считаются чуть ли не самой захудалой преступной группировкой. Что-то среднее между толкователями снов на дому и «чёрными археологами». Само собой, изложив просьбу раскошелиться в ясных доступных словах, на успех рассчитывать не стоит. <...> Поэтому проходимцами разработан условный язык, специальный жаргон, употребляемый с двумя целями: во-первых, уровень владения им свидетельствует о положении говорящего во внутренней иерархии, во-вторых, делает его речь совершенно непонятной для непосвящённых. Последняя функция создаёт видимость глубины и производит на сильных мира сего неизгладимое впечатление. Услышав, что собеседник изучает «гендерную агональность национальных архетипов», сомлеет любой олигарх, ибо сам он столь крутой феней не изъяснялся даже на зоне. Глядишь, грант подкинет.

    — Евгений Лукин · книга
17. «

    — Жука содержали во внешнем помещении, когда затонул первый хэликэрриер. Воспользовавшись суматохой, он сбежал. Собирался устроить здесь погром, но при виде тебя явно решил взять реванш. — Ну надо же! Почему я не так популярен в школе?..

    — Жука содержали во внешнем помещении, когда затонул первый хэликэрриер. Воспользовавшись суматохой, он сбежал. Собирался устроить здесь погром, но при виде тебя явно решил взять реванш. — Ну надо же! Почему я не так популярен в школе?..

    — Ник Фьюри · мультфильм
18. «

    У железных человеков от чрезмерной иронии разъедает души и ржавеет цель.

    У железных человеков от чрезмерной иронии разъедает души и ржавеет цель.

    — Иэн Бэнкс · книга
19. «

    СССР была, конечно, мирная страна, но кидать гранаты детей учили со школы))))

    СССР была, конечно, мирная страна, но кидать гранаты детей учили со школы))))
20. «

    Будь твердым как лёд, подвижным как вода, и пфффффф как пар.

    Будь твердым как лёд, подвижным как вода, и пфффффф как пар.