191 цитата «ирония» для статуса

Тема «ирония» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 191 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   — Выбирайте, сэр, где вы предпочитаете быть повешенным — на море или на суше? — Единственное, против чего я мог бы возразить, так это быть повешенным в воздухе. Но подобное возражение вы едва ли примете во внимание.

   — Выбирайте, сэр, где вы предпочитаете быть повешенным — на море или на суше? — Единственное, против чего я мог бы возразить, так это быть повешенным в воздухе. Но подобное возражение вы едва ли примете во внимание.

   — Рафаэль Сабатини · книга
2. «

   — Нет, серьезно, — продолжал Курт, покосившись на Лорен. — Может, тебе есть то же, что и он? А то, если будешь лопать, как сейчас, никогда не влезешь в обтягивающие джинсы. — Нет, в самом деле! — возмутилась мама, ударяя вилкой по столу. — Ну кто же говорит такие вещи? — Но ведь так оно и есть! — вступилась Лорен. — Я уже давно не могу натянуть те джинсы. — И все равно это не повод говорить о тебе подобным образом. — Мне не нужен повод, если это правда, — сказал Курт. По его ухмылке я понимал: ему кажется, будто он пошутил, чтобы разрядить атмосферу. Поразительно, даже я знал, что он ляпнул глупость.

   — Нет, серьезно, — продолжал Курт, покосившись на Лорен. — Может, тебе есть то же, что и он? А то, если будешь лопать, как сейчас, никогда не влезешь в обтягивающие джинсы. — Нет, в самом деле! — возмутилась мама, ударяя вилкой по столу. — Ну кто же говорит такие вещи? — Но ведь так оно и есть! — вступилась Лорен. — Я уже давно не могу натянуть те джинсы. — И все равно это не повод говорить о тебе подобным образом. — Мне не нужен повод, если это правда, — сказал Курт. По его ухмылке я понимал: ему кажется, будто он пошутил, чтобы разрядить атмосферу. Поразительно, даже я знал, что он ляпнул глупость.

   — Дэн Уэллс (писатель) · книга
3. «

   Единственное слово, в котором сделана ошибка, – «совершенство». Какая ирония.

   Единственное слово, в котором сделана ошибка, – «совершенство». Какая ирония.

   — Колин Гувер · книга
4. «

   Набив брюхо, хорошо вздремнуть, но разве заснешь после половинки паршивого, дешевого завтрака!

   Набив брюхо, хорошо вздремнуть, но разве заснешь после половинки паршивого, дешевого завтрака!

   — Рю Мураками · книга
5. «

   — Пожалуйста, не беспокойтесь, — сказала Алиса. — Ну что ты, разве это беспокойство, – возразила Герцогиня. — Дарю тебе все, что успела сказать. — Пустяковый подарок, – подумала про себя Алиса. — Хорошо, что на дни рождения таких не дарят! Однако вслух она этого сказать не рискнула.

   — Пожалуйста, не беспокойтесь, — сказала Алиса. — Ну что ты, разве это беспокойство, – возразила Герцогиня. — Дарю тебе все, что успела сказать. — Пустяковый подарок, – подумала про себя Алиса. — Хорошо, что на дни рождения таких не дарят! Однако вслух она этого сказать не рискнула.

   — Льюис Кэрролл · книга
6. «

   Достоинство! Помните: главное — достоинство!

   Достоинство! Помните: главное — достоинство!

   — Дон Локвуд · фильм
7. «

   Ироническая отстраненность — вот единственный способ не расстраиваться.

   Ироническая отстраненность — вот единственный способ не расстраиваться.

   — Бел Кауфман · книга
8. «

   Никак не пойму, почему все люди считают, что избавить человека от депрессии можно парой хлопков по плечу и дежурной фразой «все будет хорошо». Это как лечить гангрену увлажняющим кремом или открыть форточку, чтобы проветрить чей-то саркоидоз.

   Никак не пойму, почему все люди считают, что избавить человека от депрессии можно парой хлопков по плечу и дежурной фразой «все будет хорошо». Это как лечить гангрену увлажняющим кремом или открыть форточку, чтобы проветрить чей-то саркоидоз.
9. «

   Унижай простым вопросом: «Как твои впечатления от последней прочитанной книги?»

   Унижай простым вопросом: «Как твои впечатления от последней прочитанной книги?»
10. «

    Странно, но лучше всех чувствуют иронию угрюмые люди.

    Странно, но лучше всех чувствуют иронию угрюмые люди.

    — Станислав Ежи Лец · книга
11. «

    К счастью, в молодости, когда он еще не стал самим собой, Джона Бридженса удерживали от самоубийства еще две вещи помимо нерешительности: книги и иронический склад ума.

    К счастью, в молодости, когда он еще не стал самим собой, Джона Бридженса удерживали от самоубийства еще две вещи помимо нерешительности: книги и иронический склад ума.

    — Дэн Симмонс · книга
12. «

    Начнём с криминальной субкультуры литературоведов. Её преступная сущность очевидна и легко доказуема. Настораживает уже тот факт, что литературоведение ничем не способно помочь автору. Эта лженаука не имеет ни малейшего отношения к процессу писанины и годится исключительно для разбора законченных произведений. Или, скажем, не законченных, но уже намертво прилипших к бумаге и утративших способность к развитию. Знаменательно, что сами литературоведы опасаются иметь дело с живыми авторами, дабы тайное надувательство не стало явным. <...>Как провозгласил однажды в припадке циничной откровенности мой знакомый, ныне завкафедрой литературы: «Выпьем за покойников, которые нас кормят!» <...> Ещё в меньшей степени литературоведение необходимо простому читателю. Этот тезис я даже доказывать не намерен. Скажу только, что читающая публика для учёных мужей и жён – не менее досадная помеха, чем автор, поэтому всё, что публике по нраву, изучения, с их точки зрения, не достойно. Итак, городская субкультура литературоведов криминальна уже тем, что никому не приносит пользы, кроме себя самой, то есть паразитирует на обществе и тщательно это скрывает. Способ мошенничества отчасти напоминает приёмы цыганок: неустанно убеждать власти в том, что без точного подсчёта эпитетов в поэме Лермонтова «Монго» всё погибнет окончательно и безвозвратно, а запугав, тянуть потихоньку денежки из бюджета. Навар, разумеется, невелик, с прибылями от торговли оружием и наркотиками его сравнивать не приходится, но это и понятно, поскольку литературоведы в уголовной среде считаются чуть ли не самой захудалой преступной группировкой. Что-то среднее между толкователями снов на дому и «чёрными археологами». Само собой, изложив просьбу раскошелиться в ясных доступных словах, на успех рассчитывать не стоит. <...> Поэтому проходимцами разработан условный язык, специальный жаргон, употребляемый с двумя целями: во-первых, уровень владения им свидетельствует о положении говорящего во внутренней иерархии, во-вторых, делает его речь совершенно непонятной для непосвящённых. Последняя функция создаёт видимость глубины и производит на сильных мира сего неизгладимое впечатление. Услышав, что собеседник изучает «гендерную агональность национальных архетипов», сомлеет любой олигарх, ибо сам он столь крутой феней не изъяснялся даже на зоне. Глядишь, грант подкинет.

    Начнём с криминальной субкультуры литературоведов. Её преступная сущность очевидна и легко доказуема. Настораживает уже тот факт, что литературоведение ничем не способно помочь автору. Эта лженаука не имеет ни малейшего отношения к процессу писанины и годится исключительно для разбора законченных произведений. Или, скажем, не законченных, но уже намертво прилипших к бумаге и утративших способность к развитию. Знаменательно, что сами литературоведы опасаются иметь дело с живыми авторами, дабы тайное надувательство не стало явным. <...>Как провозгласил однажды в припадке циничной откровенности мой знакомый, ныне завкафедрой литературы: «Выпьем за покойников, которые нас кормят!» <...> Ещё в меньшей степени литературоведение необходимо простому читателю. Этот тезис я даже доказывать не намерен. Скажу только, что читающая публика для учёных мужей и жён – не менее досадная помеха, чем автор, поэтому всё, что публике по нраву, изучения, с их точки зрения, не достойно. Итак, городская субкультура литературоведов криминальна уже тем, что никому не приносит пользы, кроме себя самой, то есть паразитирует на обществе и тщательно это скрывает. Способ мошенничества отчасти напоминает приёмы цыганок: неустанно убеждать власти в том, что без точного подсчёта эпитетов в поэме Лермонтова «Монго» всё погибнет окончательно и безвозвратно, а запугав, тянуть потихоньку денежки из бюджета. Навар, разумеется, невелик, с прибылями от торговли оружием и наркотиками его сравнивать не приходится, но это и понятно, поскольку литературоведы в уголовной среде считаются чуть ли не самой захудалой преступной группировкой. Что-то среднее между толкователями снов на дому и «чёрными археологами». Само собой, изложив просьбу раскошелиться в ясных доступных словах, на успех рассчитывать не стоит. <...> Поэтому проходимцами разработан условный язык, специальный жаргон, употребляемый с двумя целями: во-первых, уровень владения им свидетельствует о положении говорящего во внутренней иерархии, во-вторых, делает его речь совершенно непонятной для непосвящённых. Последняя функция создаёт видимость глубины и производит на сильных мира сего неизгладимое впечатление. Услышав, что собеседник изучает «гендерную агональность национальных архетипов», сомлеет любой олигарх, ибо сам он столь крутой феней не изъяснялся даже на зоне. Глядишь, грант подкинет.

    — Евгений Лукин · книга
13. «

    — Я вам нe мешаю, товарищ? — спросил поэт. — Гусь свинье не товарищ! — отрезал тот. — В таком случае я улетаю!

    — Я вам нe мешаю, товарищ? — спросил поэт. — Гусь свинье не товарищ! — отрезал тот. — В таком случае я улетаю!

    — Владимир Маяковский
14. «

    — Как в бермудском треугольнике? Или это что-то вроде треуголки из фольги, которую я надеваю по выходным? — Скорее как бермудский треугольник, но мы считаем, что он намного важнее.

    — Как в бермудском треугольнике? Или это что-то вроде треуголки из фольги, которую я надеваю по выходным? — Скорее как бермудский треугольник, но мы считаем, что он намного важнее.

    — Сенатор Эл Уиллис · фильм
15. «

    Иногда так много иронии, что кажется, будто она говорит серьезно.

    Иногда так много иронии, что кажется, будто она говорит серьезно.

    — Ник Миллер (Nick Miller) · сериал
16. «

    Оксана Самойлова и ее муж Джиган — это Ким Кардашьян и Канье Уэст, нарисованные арбатским шаржистом.

    Оксана Самойлова и ее муж Джиган — это Ким Кардашьян и Канье Уэст, нарисованные арбатским шаржистом.

    — Николай Картозия
17. «

    Ирония — всему голова. По словам одного проницательного наблюдателя, англичане «рождаются в иронии». Мы выплываем в ней из чрева матери. Это — амниотическая жидкость… Мы шутим не шутя. Волнуемся не волнуясь. Серьезны не всерьез.

    Ирония — всему голова. По словам одного проницательного наблюдателя, англичане «рождаются в иронии». Мы выплываем в ней из чрева матери. Это — амниотическая жидкость… Мы шутим не шутя. Волнуемся не волнуясь. Серьезны не всерьез.

    — Кейт Фокс · книга
18. «

    Если вечно всем давать, обломается кровать.

    Если вечно всем давать, обломается кровать.

    — Лана Барсукова · книга
19. «

    А когда баб тянуло на нормальных? Социофоб? Отлично! Алкоголик? Прекрасно! Мудак? Заверните два!

    А когда баб тянуло на нормальных? Социофоб? Отлично! Алкоголик? Прекрасно! Мудак? Заверните два!
20. «

    Иронизируя над бедами, становишься привычно ироничным.

    Иронизируя над бедами, становишься привычно ироничным.

    — Геннадий Ефимович Малкин · книга