375 цитат на тему «ирония» — читать онлайн

Тема «ирония» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 375 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Черт побери, возможно, то, что я принимала за любовь, было всего-навсего физической реакцией на член определенной длины, толщины и кривизны. Вот это номер, а?

   Черт побери, возможно, то, что я принимала за любовь, было всего-навсего физической реакцией на член определенной длины, толщины и кривизны. Вот это номер, а?

   — Марта Кетро · книга
2. «

   А этот трамвай довезёт до Таити?

   А этот трамвай довезёт до Таити?

   — Артур Морган · игра
3. «

   — Яша, ты как? — Таки ви знаете, прапорщик Федор, только глубочайшее уважение до вашей невесты Ганны, умеющей готовить настоящий еврейский форшмак, позволяет мне ответить анекдотом... «Не так я вас любил, как ви стонали»... — Тьфу на тебя, балаболка телефонная...

   — Яша, ты как? — Таки ви знаете, прапорщик Федор, только глубочайшее уважение до вашей невесты Ганны, умеющей готовить настоящий еврейский форшмак, позволяет мне ответить анекдотом... «Не так я вас любил, как ви стонали»... — Тьфу на тебя, балаболка телефонная...

   — Дмитрий Зурков · книга
4. «

   «Это не вопрос права, англичаночка, — прозвучал в голове голос Джейми, в нем слышалось легкое недовольство. — Это вопрос долга, чести». — Чести? А что это такое?

   «Это не вопрос права, англичаночка, — прозвучал в голове голос Джейми, в нем слышалось легкое недовольство. — Это вопрос долга, чести». — Чести? А что это такое?

   — Диана Гэблдон · книга
5. «

   Время движется вперёд, вместе с ним бежит прогресс, И уже по всей стране, как грибы, растут АЭС. А в подъезде номер три лампочка не горит. Уже целых восемь лет лампочка не горит. Атомы в коллайдере разгоняют физики, Высадку людей на Марс спутники приблизили. А в подъезде номер три лампочка не горит. Уже целых двадцать лет лампочка не горит. В Питере сосулечки лазером сбиваются И искусственные уши людям пришиваются. А в подъезде номер три поменяли лампочку. Погорела пять минут — и исчезла в темноте. Могут строить острова, людям могут чип вживлять, Могут делать киборгов, детей в пробирке получать. Но в подъезде номере три лампочка всё не горит. И на мои жалобы, походу, всем до лампочки! Запускается ГЛОНАС, радостные хлопоты, И в Японии уже делают всё роботы. А в подъезде номер три дед откинул тапочки. Он увидел свет в тоннеле — только не от лампочки! Сенсоры в мобильниках, книги электронные, Карты шлют со спутников самые подробные... А в подъезде номер три даже бомж пугается. Как так? Да просто так – свет не зажигается! Бомбу делает Иран, человек клонирован, Лодки двигает уран, воздух сгенерирован. Из подъезда номер три все смотались жители - Видимо, без лампочки перспектив не видели. Златоглавая Москва куполом обносится. Как волна, прогресс научный по стране проносится. А подъезда номер три больше нет на карточке... Проще дом снести, чем сделать, чтоб горела лампочка!

   Время движется вперёд, вместе с ним бежит прогресс, И уже по всей стране, как грибы, растут АЭС. А в подъезде номер три лампочка не горит. Уже целых восемь лет лампочка не горит. Атомы в коллайдере разгоняют физики, Высадку людей на Марс спутники приблизили. А в подъезде номер три лампочка не горит. Уже целых двадцать лет лампочка не горит. В Питере сосулечки лазером сбиваются И искусственные уши людям пришиваются. А в подъезде номер три поменяли лампочку. Погорела пять минут — и исчезла в темноте. Могут строить острова, людям могут чип вживлять, Могут делать киборгов, детей в пробирке получать. Но в подъезде номере три лампочка всё не горит. И на мои жалобы, походу, всем до лампочки! Запускается ГЛОНАС, радостные хлопоты, И в Японии уже делают всё роботы. А в подъезде номер три дед откинул тапочки. Он увидел свет в тоннеле — только не от лампочки! Сенсоры в мобильниках, книги электронные, Карты шлют со спутников самые подробные... А в подъезде номер три даже бомж пугается. Как так? Да просто так – свет не зажигается! Бомбу делает Иран, человек клонирован, Лодки двигает уран, воздух сгенерирован. Из подъезда номер три все смотались жители - Видимо, без лампочки перспектив не видели. Златоглавая Москва куполом обносится. Как волна, прогресс научный по стране проносится. А подъезда номер три больше нет на карточке... Проще дом снести, чем сделать, чтоб горела лампочка!
6. «

   Какая ирония, не правда ли: ведь обычно наибольшую боль причиняет не враг, не злопыхатель, а тот, кто только вчера обещал подарить тебе счастье.

   Какая ирония, не правда ли: ведь обычно наибольшую боль причиняет не враг, не злопыхатель, а тот, кто только вчера обещал подарить тебе счастье.

   — Олег Рой · книга
7. «

   Ирония есть форма парадоксального. Парадоксально все, что одновременно хорошее и значительное.

   Ирония есть форма парадоксального. Парадоксально все, что одновременно хорошее и значительное.

   — Фридрих Шлегель · книга
8. «

   — Здесь курить нельзя. — Так всё равно никого нет? — Ну так никто и не курит. — Тогда дайте мне ещё кофе, а то этот уже достал. — Разумеется. Потому что вы играетесь с ним уже двадцать минут. — Принесите мне другой. — Сорок пенсов. — Меня только что ограбили. — Тогда тридцать девять, я сегодня добрая... — Да здравствует доброта в непослушном мире... — Непослушном?! Как бы вы меня отшлёпали, я была непослушной девочкой?... — Нет, я не то имел ввиду. — Или привяжи меня к кровати, я была непослушной? — Мы, похоже, говорим о разном непослушании. — Просто мне нравится, как ты ёрзаешь, когда я говорю — непослушная... — Мы встречались раньше? — А что? Лицо знакомое?

   — Здесь курить нельзя. — Так всё равно никого нет? — Ну так никто и не курит. — Тогда дайте мне ещё кофе, а то этот уже достал. — Разумеется. Потому что вы играетесь с ним уже двадцать минут. — Принесите мне другой. — Сорок пенсов. — Меня только что ограбили. — Тогда тридцать девять, я сегодня добрая... — Да здравствует доброта в непослушном мире... — Непослушном?! Как бы вы меня отшлёпали, я была непослушной девочкой?... — Нет, я не то имел ввиду. — Или привяжи меня к кровати, я была непослушной? — Мы, похоже, говорим о разном непослушании. — Просто мне нравится, как ты ёрзаешь, когда я говорю — непослушная... — Мы встречались раньше? — А что? Лицо знакомое?

   — Энни / Бенни · фильм
9. «

   Это было оскорбление. Я тратил время на человека, полагавшего, что поэты — это такие микробы, которые живут в слепой кишке.

   Это было оскорбление. Я тратил время на человека, полагавшего, что поэты — это такие микробы, которые живут в слепой кишке.

   — Ник Хорнби · книга
10. «

    Иронизируя над бедами, становишься привычно ироничным.

    Иронизируя над бедами, становишься привычно ироничным.

    — Геннадий Ефимович Малкин · книга
11. «

    Начнём с криминальной субкультуры литературоведов. Её преступная сущность очевидна и легко доказуема. Настораживает уже тот факт, что литературоведение ничем не способно помочь автору. Эта лженаука не имеет ни малейшего отношения к процессу писанины и годится исключительно для разбора законченных произведений. Или, скажем, не законченных, но уже намертво прилипших к бумаге и утративших способность к развитию. Знаменательно, что сами литературоведы опасаются иметь дело с живыми авторами, дабы тайное надувательство не стало явным. <...>Как провозгласил однажды в припадке циничной откровенности мой знакомый, ныне завкафедрой литературы: «Выпьем за покойников, которые нас кормят!» <...> Ещё в меньшей степени литературоведение необходимо простому читателю. Этот тезис я даже доказывать не намерен. Скажу только, что читающая публика для учёных мужей и жён – не менее досадная помеха, чем автор, поэтому всё, что публике по нраву, изучения, с их точки зрения, не достойно. Итак, городская субкультура литературоведов криминальна уже тем, что никому не приносит пользы, кроме себя самой, то есть паразитирует на обществе и тщательно это скрывает. Способ мошенничества отчасти напоминает приёмы цыганок: неустанно убеждать власти в том, что без точного подсчёта эпитетов в поэме Лермонтова «Монго» всё погибнет окончательно и безвозвратно, а запугав, тянуть потихоньку денежки из бюджета. Навар, разумеется, невелик, с прибылями от торговли оружием и наркотиками его сравнивать не приходится, но это и понятно, поскольку литературоведы в уголовной среде считаются чуть ли не самой захудалой преступной группировкой. Что-то среднее между толкователями снов на дому и «чёрными археологами». Само собой, изложив просьбу раскошелиться в ясных доступных словах, на успех рассчитывать не стоит. <...> Поэтому проходимцами разработан условный язык, специальный жаргон, употребляемый с двумя целями: во-первых, уровень владения им свидетельствует о положении говорящего во внутренней иерархии, во-вторых, делает его речь совершенно непонятной для непосвящённых. Последняя функция создаёт видимость глубины и производит на сильных мира сего неизгладимое впечатление. Услышав, что собеседник изучает «гендерную агональность национальных архетипов», сомлеет любой олигарх, ибо сам он столь крутой феней не изъяснялся даже на зоне. Глядишь, грант подкинет.

    Начнём с криминальной субкультуры литературоведов. Её преступная сущность очевидна и легко доказуема. Настораживает уже тот факт, что литературоведение ничем не способно помочь автору. Эта лженаука не имеет ни малейшего отношения к процессу писанины и годится исключительно для разбора законченных произведений. Или, скажем, не законченных, но уже намертво прилипших к бумаге и утративших способность к развитию. Знаменательно, что сами литературоведы опасаются иметь дело с живыми авторами, дабы тайное надувательство не стало явным. <...>Как провозгласил однажды в припадке циничной откровенности мой знакомый, ныне завкафедрой литературы: «Выпьем за покойников, которые нас кормят!» <...> Ещё в меньшей степени литературоведение необходимо простому читателю. Этот тезис я даже доказывать не намерен. Скажу только, что читающая публика для учёных мужей и жён – не менее досадная помеха, чем автор, поэтому всё, что публике по нраву, изучения, с их точки зрения, не достойно. Итак, городская субкультура литературоведов криминальна уже тем, что никому не приносит пользы, кроме себя самой, то есть паразитирует на обществе и тщательно это скрывает. Способ мошенничества отчасти напоминает приёмы цыганок: неустанно убеждать власти в том, что без точного подсчёта эпитетов в поэме Лермонтова «Монго» всё погибнет окончательно и безвозвратно, а запугав, тянуть потихоньку денежки из бюджета. Навар, разумеется, невелик, с прибылями от торговли оружием и наркотиками его сравнивать не приходится, но это и понятно, поскольку литературоведы в уголовной среде считаются чуть ли не самой захудалой преступной группировкой. Что-то среднее между толкователями снов на дому и «чёрными археологами». Само собой, изложив просьбу раскошелиться в ясных доступных словах, на успех рассчитывать не стоит. <...> Поэтому проходимцами разработан условный язык, специальный жаргон, употребляемый с двумя целями: во-первых, уровень владения им свидетельствует о положении говорящего во внутренней иерархии, во-вторых, делает его речь совершенно непонятной для непосвящённых. Последняя функция создаёт видимость глубины и производит на сильных мира сего неизгладимое впечатление. Услышав, что собеседник изучает «гендерную агональность национальных архетипов», сомлеет любой олигарх, ибо сам он столь крутой феней не изъяснялся даже на зоне. Глядишь, грант подкинет.

    — Евгений Лукин · книга
12. «

    Какой смысл в мерах предосторожности?... Избегайте соприкосновения с жизнью — наверное, так было бы короче. Мера предосторожности номер один. Не высовывайся, держись подальше.

    Какой смысл в мерах предосторожности?... Избегайте соприкосновения с жизнью — наверное, так было бы короче. Мера предосторожности номер один. Не высовывайся, держись подальше.

    — Элис Хоффман · книга
13. «

    Говорят: «Дети – это цветы жизни». Я не согласен, потому что дети ещё не сформировались. Цветок жизни — это я. Дети — это побеги жизни, ростки жизни. Ещё не знаешь, что вырастет: либо борщевик, либо цветок, либо вырастет, и палкой захочется ***ить. Неизвестно.

    Говорят: «Дети – это цветы жизни». Я не согласен, потому что дети ещё не сформировались. Цветок жизни — это я. Дети — это побеги жизни, ростки жизни. Ещё не знаешь, что вырастет: либо борщевик, либо цветок, либо вырастет, и палкой захочется ***ить. Неизвестно.

    — Евгений Сидоров
14. «

    — Салют! Коньяк! — Башка раскалывается… — Думаю, дело не только в коньяке. Опять с Юрой поругалась? — Я так боюсь его потерять… — А нужно — наоборот! Чтоб он боялся! — Я чувствую, что он опять с этой балериной! У меня интуиция! — У тебя не интуиция, а паранойя! Экскурсию ты будешь проводить? — Куда я денусь? Мастерство — не пропьешь! — Хотя, ты явно стараешься!

    — Салют! Коньяк! — Башка раскалывается… — Думаю, дело не только в коньяке. Опять с Юрой поругалась? — Я так боюсь его потерять… — А нужно — наоборот! Чтоб он боялся! — Я чувствую, что он опять с этой балериной! У меня интуиция! — У тебя не интуиция, а паранойя! Экскурсию ты будешь проводить? — Куда я денусь? Мастерство — не пропьешь! — Хотя, ты явно стараешься!

    — Марина (коллега Инги) · сериал
15. «

    Лучше стоя страдать, чем любить на коленях!

    Лучше стоя страдать, чем любить на коленях!
16. «

    Люди, которые думают, что они знают всё на свете, раздражают нас — людей, которые действительно всё на свете знают.

    Люди, которые думают, что они знают всё на свете, раздражают нас — людей, которые действительно всё на свете знают.
17. «

    — А это еще что за рожа? — Это не рожа! Это Великий Змей. Он бабочек оживляет!

    — А это еще что за рожа? — Это не рожа! Это Великий Змей. Он бабочек оживляет!

    — Хэтти Хаттер · фильм
18. «

    Ирония – противоречивый исход событий, будто насмехающийся над стройностью мира и надеждами.

    Ирония – противоречивый исход событий, будто насмехающийся над стройностью мира и надеждами.

    — Селеста Инг · книга
19. «

    — Мне лень ходить в зал для фитнеса. Жаль, что нельзя поставить беговую дорожку прямо тут. — Ты… ведь видишь иронию в своих словах? Да?

    — Мне лень ходить в зал для фитнеса. Жаль, что нельзя поставить беговую дорожку прямо тут. — Ты… ведь видишь иронию в своих словах? Да?
20. «

    Ну что можно ответить женщине, которая сжимает в руке твои яйца, и нежно спрашивает: «Ты меня любишь?»

    Ну что можно ответить женщине, которая сжимает в руке твои яйца, и нежно спрашивает: «Ты меня любишь?»