223 цитаты про «истории», которые стоит перечитать

Собрали 223 цитаты на тему «истории» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Но истории — это не слова, которые ты произносишь. Когда у тебя внутри есть история, ты становишься книгой, история сквозит через тебя. А слова… — тут он махнул рукой пренебрежительно. — Это всего лишь комментарий.

   Но истории — это не слова, которые ты произносишь. Когда у тебя внутри есть история, ты становишься книгой, история сквозит через тебя. А слова… — тут он махнул рукой пренебрежительно. — Это всего лишь комментарий.

   — Джоэл бен Иззи · книга
2. «

   Вестибюль был просторным и роскошным, с гранитным полом квадратиками. По обе стороны от входа красовались двухметровые арочные зеркала, обрамленные лепными карнизами. Зеркала отражались друг в друге, вестибюль, а вместе с ним и барышни, глядевшие в них, а вместе с ними и новый мир, и их новая жизнь превращались в прекрасную бесконечность, где множились отражения, полные тайн, историй, образов. Историй необыкновенных людей, живших в этом доходном доме, построенном как раз перед германской войной.

   Вестибюль был просторным и роскошным, с гранитным полом квадратиками. По обе стороны от входа красовались двухметровые арочные зеркала, обрамленные лепными карнизами. Зеркала отражались друг в друге, вестибюль, а вместе с ним и барышни, глядевшие в них, а вместе с ними и новый мир, и их новая жизнь превращались в прекрасную бесконечность, где множились отражения, полные тайн, историй, образов. Историй необыкновенных людей, живших в этом доходном доме, построенном как раз перед германской войной.

   — Елена Котова · книга
3. «

   Когда люди говорят «это длинная история», обычно имеется в виду, что история такая короткая и дурацкая, что стыдно рассказывать!

   Когда люди говорят «это длинная история», обычно имеется в виду, что история такая короткая и дурацкая, что стыдно рассказывать!

   — Сесилия Ахерн · книга
4. «

   Какая замечательная история! Я рад, что услышал её!

   Какая замечательная история! Я рад, что услышал её!

   — Аста · аниме
5. «

   Для хороших историй нужны плохие персонажи.

   Для хороших историй нужны плохие персонажи.

   — Алекс Ведов · книга
6. «

   Почему грустные истории так часто бывают красивыми? В жизни это не так.

   Почему грустные истории так часто бывают красивыми? В жизни это не так.

   — Корнелия Функе · книга
7. «

   Да, я вляпалась. Да, мне было страшно настолько, что дрожали даже уши. Но не это ли залог хорошей истории? Настоящие чувства, которые хитро переплетаются с сюжетом, помогая создать полную картину. И вот вы сидите и думаете: а правда ли то, о чем я рассказала? Действительно ли существуют Ловчие Аттерана? И могут ли они появиться прямо здесь, прямо сейчас? Прислушайтесь и, возможно, услышите лошадиное ржание. Совсем близко.

   Да, я вляпалась. Да, мне было страшно настолько, что дрожали даже уши. Но не это ли залог хорошей истории? Настоящие чувства, которые хитро переплетаются с сюжетом, помогая создать полную картину. И вот вы сидите и думаете: а правда ли то, о чем я рассказала? Действительно ли существуют Ловчие Аттерана? И могут ли они появиться прямо здесь, прямо сейчас? Прислушайтесь и, возможно, услышите лошадиное ржание. Совсем близко.

   — Виктория Войцек · книга
8. «

   Вы — то, что вкладывают вас те истории, которые вы смотрите, и те истории, которые вы читаете. Интересный факт с 1920-1940 было очень много опытов с обезьянами, с гориллами, с шимпанзе. И людям очень неприятно слушать про эти эксперименты потому, что большинство этих опытов показывали, что они прекрасно способны разговаривать. У них другое устройство горла — обезьяны не будут говорить, как люди, но прекрасно способны мыслить и разговаривать. Не фонетически, а языком жестов, как говорила горилла Коко, языком символов, как говорили разные шимпанзе, начиная от обычных шимпанзе, заканчивая бонобо. Некоторые были умнее, некоторые были глупее. Как и люди — некоторые умнее, некоторые глупее, но все из них преодолевали речь и мысли. И, когда обезьяны, как горилла Коко, начали показывать человеческие результаты, как вы думаете, что делали люди? Они так пугались, что марали себе исподнее. Потому что не хотели понимать то, что интеллект — это не что-то присуще исключительно людям. Интеллект — это наоборот что-то людям, как и гориллам не присуще, это что вкладывается в вас.

   Вы — то, что вкладывают вас те истории, которые вы смотрите, и те истории, которые вы читаете. Интересный факт с 1920-1940 было очень много опытов с обезьянами, с гориллами, с шимпанзе. И людям очень неприятно слушать про эти эксперименты потому, что большинство этих опытов показывали, что они прекрасно способны разговаривать. У них другое устройство горла — обезьяны не будут говорить, как люди, но прекрасно способны мыслить и разговаривать. Не фонетически, а языком жестов, как говорила горилла Коко, языком символов, как говорили разные шимпанзе, начиная от обычных шимпанзе, заканчивая бонобо. Некоторые были умнее, некоторые были глупее. Как и люди — некоторые умнее, некоторые глупее, но все из них преодолевали речь и мысли. И, когда обезьяны, как горилла Коко, начали показывать человеческие результаты, как вы думаете, что делали люди? Они так пугались, что марали себе исподнее. Потому что не хотели понимать то, что интеллект — это не что-то присуще исключительно людям. Интеллект — это наоборот что-то людям, как и гориллам не присуще, это что вкладывается в вас.
9. «

   – Кругом теперь одни машины, – говорил тем временем он. – Мир стал – как это называется? – высокотехнологичным. Замечательно, конечно, только вот Джон думает, что высокие технологии отучили людей разговаривать друг с другом, а человеческий опыт обесценился. Для историй, которые хоть что то значат, в мире не осталось места, но так не должно быть, ведь истории – это часть языка мечты, и складывает их не один автор, а весь народ. Они – голос страны, голос народа. Без них люди совсем потеряют себя.

   – Кругом теперь одни машины, – говорил тем временем он. – Мир стал – как это называется? – высокотехнологичным. Замечательно, конечно, только вот Джон думает, что высокие технологии отучили людей разговаривать друг с другом, а человеческий опыт обесценился. Для историй, которые хоть что то значат, в мире не осталось места, но так не должно быть, ведь истории – это часть языка мечты, и складывает их не один автор, а весь народ. Они – голос страны, голос народа. Без них люди совсем потеряют себя.

   — Чарльз де Линт · книга
10. «

    Каждая история о ребёнке начинается с его родителей.

    Каждая история о ребёнке начинается с его родителей.
11. «

    Еще можно проверить интерес людей к историям следующим способом. Этот эксперимент нужно проводить во время телефонного разговора. Вот примеры фраз, которые нужно сказать своим знакомым, а потом ждать их реакцию: — Слушай, хочу рассказать тебе интересную историю, но наверно уже при встрече, сейчас нет времени. Или такая фраза: — Я расскажу тебе интереснейшую историю про наших знакомых, но уже при встрече, а не по телефону. Сказав такие слова, можете наблюдать, как интерес к историям не даст человеку покоя, и он захочет узнать всё тут же, сию секунду, а не ждать личной встречи. Эти эксперименты вам наглядно подтвердят то, что людям нужны истории.

    Еще можно проверить интерес людей к историям следующим способом. Этот эксперимент нужно проводить во время телефонного разговора. Вот примеры фраз, которые нужно сказать своим знакомым, а потом ждать их реакцию: — Слушай, хочу рассказать тебе интересную историю, но наверно уже при встрече, сейчас нет времени. Или такая фраза: — Я расскажу тебе интереснейшую историю про наших знакомых, но уже при встрече, а не по телефону. Сказав такие слова, можете наблюдать, как интерес к историям не даст человеку покоя, и он захочет узнать всё тут же, сию секунду, а не ждать личной встречи. Эти эксперименты вам наглядно подтвердят то, что людям нужны истории.

    — Александр Куберский · книга
12. «

    История каждого из нас начинается где-то посередине истории кого-то другого, и множество таких вот историй, точно спутанные мотки шерсти, попросту ждут, когда их распутают.

    История каждого из нас начинается где-то посередине истории кого-то другого, и множество таких вот историй, точно спутанные мотки шерсти, попросту ждут, когда их распутают.

    — Джоанн Харрис · книга
13. «

    История с Марией Саффолк тогда казалась мне символичной для нашего времени. Родная сестра короля умирает в безвестности, проведя месяцы в уединении в своем поместье Уэсторн.

    История с Марией Саффолк тогда казалась мне символичной для нашего времени. Родная сестра короля умирает в безвестности, проведя месяцы в уединении в своем поместье Уэсторн.

    — Кристофер Уильям Гортнер · книга
14. «

    Некоторые истории любви все же имеют счастливый конец.

    Некоторые истории любви все же имеют счастливый конец.

    — Мэтт Шейд · сериал
15. «

    Все было похоже на дешевые романтические романчики, где незаметная обыкновенная девчонка встречает мистера высокого, сексуального и опасного зверя, которому нужно лишь ее нежное прикосновение и небольшой толчок на верный путь. В тех историях девчонка помогала зверю вновь обрести его человечность... В тех историях зверь любил девчонку.. Уверяю вас, моя история не такая. Нет, в конечном счете, моя история совершенно другая. Моя история из тех, где девчонка танцует с дьяволом, и он утягивает ее с собой в долгий путь на самое дно ада. И, как часто это и бывает, все начинается... с благого намерения.

    Все было похоже на дешевые романтические романчики, где незаметная обыкновенная девчонка встречает мистера высокого, сексуального и опасного зверя, которому нужно лишь ее нежное прикосновение и небольшой толчок на верный путь. В тех историях девчонка помогала зверю вновь обрести его человечность... В тех историях зверь любил девчонку.. Уверяю вас, моя история не такая. Нет, в конечном счете, моя история совершенно другая. Моя история из тех, где девчонка танцует с дьяволом, и он утягивает ее с собой в долгий путь на самое дно ада. И, как часто это и бывает, все начинается... с благого намерения.

    — Харлин Куиннзель (Харли Квинн)
16. «

    Возвращаясь домой пасмурным утром в своё очередное временное жилище, он мыл руки, наливал себе кофе, раскрывал окна навстречу бодрому людскому гомону и принимался переписывать истории в свою красную книжку. Он делал это независимо от того, какая участь постигала его пациента, и всегда торжественно. В этом смысле его книга стала собранием торжества тысячи других жизней.

    Возвращаясь домой пасмурным утром в своё очередное временное жилище, он мыл руки, наливал себе кофе, раскрывал окна навстречу бодрому людскому гомону и принимался переписывать истории в свою красную книжку. Он делал это независимо от того, какая участь постигала его пациента, и всегда торжественно. В этом смысле его книга стала собранием торжества тысячи других жизней.

    — Кэтрин Бэннер · книга
17. «

    Каждый находится в плену истории, которую рассказывает себе о себе самом.

    Каждый находится в плену истории, которую рассказывает себе о себе самом.

    — Бернард Вербер · книга
18. «

    В одном из городских углов располагается кофейня. Место, открытие которого всегда сопровождается живописным закатом. Место, где люди делятся друг с другом своими историями.

    В одном из городских углов располагается кофейня. Место, открытие которого всегда сопровождается живописным закатом. Место, где люди делятся друг с другом своими историями.
19. «

    Забавно: стоит начать пересказывать события своей жизни другим, как они все больше начинают походить на литературу и все меньше на правду. Они обретают привкус некоей театральности, удаляющей тебя от подлинного события.

    Забавно: стоит начать пересказывать события своей жизни другим, как они все больше начинают походить на литературу и все меньше на правду. Они обретают привкус некоей театральности, удаляющей тебя от подлинного события.

    — Трэйси Шевалье · книга
20. «

    Я спрашиваю тебя: что бы ты стал делать на моём месте? Скажи мне. Скажи, пожалуйста. Но для тебя всё это так далеко. Твои пальцы перелистывают одну за другой страницы, которые как-то связывают мою жизнь с твоей. Твои глаза в безопасности. Эта история — просто ещё одна глава в твоём воображении. А для меня это здесь и сейчас.

    Я спрашиваю тебя: что бы ты стал делать на моём месте? Скажи мне. Скажи, пожалуйста. Но для тебя всё это так далеко. Твои пальцы перелистывают одну за другой страницы, которые как-то связывают мою жизнь с твоей. Твои глаза в безопасности. Эта история — просто ещё одна глава в твоём воображении. А для меня это здесь и сейчас.

    — Маркус Зусак · книга