63 цитаты «история» со смыслом» на каждый день

63 цитаты про «история» со смыслом»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   История – это наука о том, чего уже нет и не будет.

   История – это наука о том, чего уже нет и не будет.

   — Поль Валери
2. «

   Факты — невидимый скелет реальности. Чтобы докопаться до них, нужно быть историком и жить через пару веков после изучаемого периода, когда все, кому платили за сокрытие истины, уже умерли.

   Факты — невидимый скелет реальности. Чтобы докопаться до них, нужно быть историком и жить через пару веков после изучаемого периода, когда все, кому платили за сокрытие истины, уже умерли.

   — Виктор Пелевин · книга
3. «

   Золотой век никогда не был веком нынешним.

   Золотой век никогда не был веком нынешним.

   — Томас Фуллер
4. «

   Всё о чём повествует история, в сущности лишь тяжкий, затянувшийся и запутанный кошмар человечества.

   Всё о чём повествует история, в сущности лишь тяжкий, затянувшийся и запутанный кошмар человечества.

   — Артур Шопенгауэр
5. «

   Газеты — секундные стрелки истории.

   Газеты — секундные стрелки истории.

   — Артур Шопенгауэр
6. «

   Женщины творят историю, хотя история запоминает лишь имена мужчин.

   Женщины творят историю, хотя история запоминает лишь имена мужчин.

   — Генрих Гейне
7. «

   Никогда не выживет тот народ, который воспринимает трактовку своей истории глазами соседа.

   Никогда не выживет тот народ, который воспринимает трактовку своей истории глазами соседа.

   — Фридрих Вильгельм Ницше
8. «

   Мы не можем идти здесь путем познания «объективной реальности, существующей вне нас». Наша история каждый раз рождается в акте самостроительства и самопроектирования. Реальность возникает одновременно и вследствие человеческого самоопределения. Целостный образ жизненного пути, его «гештальт» могут появиться только в живом человеческом воображении, в актах «схватывающего понимания» и последующего его мыслительного оформления. Конструирование истории есть одновременно и акт самопроектирования. Положив свое участие в некоем процессе, объективировав свое движение, ты одновременно совершаешь самостроительство. Картина мира – ничто без действующего агента в нем. Исторический путь вне нашего самоопределения не существует. Даже сама его граница является подвижной.

   Мы не можем идти здесь путем познания «объективной реальности, существующей вне нас». Наша история каждый раз рождается в акте самостроительства и самопроектирования. Реальность возникает одновременно и вследствие человеческого самоопределения. Целостный образ жизненного пути, его «гештальт» могут появиться только в живом человеческом воображении, в актах «схватывающего понимания» и последующего его мыслительного оформления. Конструирование истории есть одновременно и акт самопроектирования. Положив свое участие в некоем процессе, объективировав свое движение, ты одновременно совершаешь самостроительство. Картина мира – ничто без действующего агента в нем. Исторический путь вне нашего самоопределения не существует. Даже сама его граница является подвижной.

   — Дмитрий Куликов · книга
9. «

   У каждого есть своя история.

   У каждого есть своя история.

   — Диана Сеттерфилд · книга
10. «

    Потому что не может быть законов, защищающих нас от самих себя, ни один уголовный кодекс не предусматривает наказаний за преступления против литературы. И среди преступлений этих наиболее тяжким является не цензурные ограничения и т. п., не предание книг костру. Существует преступление более тяжкое — пренебрежение книгами, их не–чтение. За преступление это человек расплачивается всей своей жизнью: если же преступление это совершает нация — она платит за это своей историей. Живя в той стране, в которой я живу, я первый готов был бы поверить, что существует некая пропорция между материальным благополучием человека и его литературным невежеством; удерживает от этого меня, однако, история страны, в которой я родился и вырос. Ибо сведенная к причинно–следственному минимуму, к грубой формуле, русская трагедия — это именно трагедия общества, литература в котором оказалась прерогативой меньшинства: знаменитой русской интеллигенции.

    Потому что не может быть законов, защищающих нас от самих себя, ни один уголовный кодекс не предусматривает наказаний за преступления против литературы. И среди преступлений этих наиболее тяжким является не цензурные ограничения и т. п., не предание книг костру. Существует преступление более тяжкое — пренебрежение книгами, их не–чтение. За преступление это человек расплачивается всей своей жизнью: если же преступление это совершает нация — она платит за это своей историей. Живя в той стране, в которой я живу, я первый готов был бы поверить, что существует некая пропорция между материальным благополучием человека и его литературным невежеством; удерживает от этого меня, однако, история страны, в которой я родился и вырос. Ибо сведенная к причинно–следственному минимуму, к грубой формуле, русская трагедия — это именно трагедия общества, литература в котором оказалась прерогативой меньшинства: знаменитой русской интеллигенции.

    — Иосиф Александрович Бродский · книга
11. «

    ...история не любит, когда ее подталкивают в спину, — история сама назначает сроки.

    ...история не любит, когда ее подталкивают в спину, — история сама назначает сроки.

    — Валентин Пикуль · книга
12. «

    Люди свободны, но история несвободна. В ней столько, как ты говоришь, помыслов и поступков, что она не может свести их воедино и объемлится только Богом. Я бы даже сказал, что свободны не люди, а человек. Скрещение же человеческих Воль уподоблю блохами в сосуде: их движение очевидно, но разве оно имеет общую направленность? Потому у истории нет цели, как нет её и у человечества. Цель есть только у человека. И то не всегда.

    Люди свободны, но история несвободна. В ней столько, как ты говоришь, помыслов и поступков, что она не может свести их воедино и объемлится только Богом. Я бы даже сказал, что свободны не люди, а человек. Скрещение же человеческих Воль уподоблю блохами в сосуде: их движение очевидно, но разве оно имеет общую направленность? Потому у истории нет цели, как нет её и у человечества. Цель есть только у человека. И то не всегда.

    — Евгений Водолазкин · книга
13. «

    Легенды входят в историю не потому, что похожи одна на другую, а потому, что отличаются друг от друга. Мастером становится художник, который делает чужие легенды понятными нам.

    Легенды входят в историю не потому, что похожи одна на другую, а потому, что отличаются друг от друга. Мастером становится художник, который делает чужие легенды понятными нам.

    — Орхан Памук · книга
14. «

    История учит лишь тому, что она никогда ничему не научила народы.

    История учит лишь тому, что она никогда ничему не научила народы.

    — Георг Гегель
15. «

    Историческое беспамятство недопустимо в принципе.

    Историческое беспамятство недопустимо в принципе.

    — Армен Гаспарян
16. «

    We will be remembered as in "Brother" — Bodrova!

    We will be remembered as in "Brother" — Bodrova!
17. «

    Чем древнее страна, тем изощреннее там истязают и умерщвляют людей.

    Чем древнее страна, тем изощреннее там истязают и умерщвляют людей.

    — Борис Акунин · книга
18. «

    ... Те, кто предает забвению историю, обречены пережить ее заново.

    ... Те, кто предает забвению историю, обречены пережить ее заново.

    — Рэй Брэдбери · книга
19. «

    — А ведь четырнадцатого июля мы так радуемся фейерверкам — Так устроен наш мир, одно поколение умирает, другое празднует

    — А ведь четырнадцатого июля мы так радуемся фейерверкам — Так устроен наш мир, одно поколение умирает, другое празднует

    — Дана Делон · книга
20. «

    Нельзя ставить памятники при жизни человека. Пусть он помрет сначала, никак не менее тридцати лет должно миновать, чтобы страсти поутихли, чтобы свидетели дел повымерли, — лишь тогда истина обнаружится и поймут люди, достойна ли я места в истории государственной… Тогда уж и ставьте, черт с вами!

    Нельзя ставить памятники при жизни человека. Пусть он помрет сначала, никак не менее тридцати лет должно миновать, чтобы страсти поутихли, чтобы свидетели дел повымерли, — лишь тогда истина обнаружится и поймут люди, достойна ли я места в истории государственной… Тогда уж и ставьте, черт с вами!

    — Валентин Пикуль · книга