Подумай, насколько более привлекательным кажется любовник по сравнению с супругом. Люди изменяют из-за множества причин: скуки, похоти, потому что не понимают свою лучшую половину, потому что их супруг не желает понимать их. От любовницы никто не ждет, чтобы она была более привлекательной, или очень умной, или лучше подходила тебе.
Странно, но именно «пять лет» примирили его со случившимся. В молодости пять лет кажутся необозримым, космическим сроком. <...> Гена подумал: смешно ревновать, беситься, если это случилось целых пять лет назад, в прошлой жизни. Как же глупа молодость! Потом понимаешь: большинство людей живет в прошлом, а в настоящем только едят, спят и сидят на унитазах. После Зои прошло двадцать пять лет, а он ничего не забыл. Ничего!
– Вы же порвали с ним. Раз и навсегда, сами говорили. К тому же это было ошибкой. К чему вам обоим ворошить прошлое, когда оно умерло семнадцать лет назад? – Именно потому, что это было ошибкой. Больше всего меня убивает правильность моего поступка. Ведь мой муж всегда был ничтожеством, а что с того: так мы и скалимся друг на друга, цепляясь за что-то, что не нужно ни мне, ни ему.
Парис: Скажи мне, благородный Диомед, Правдиво, честно, как сказал бы другу; Кто всё-таки достойнее Елены Я или Менелай? Диомед: Достойны оба. Он тем, что ищет вновь её вернуть, Изменою её пренебрегая, Ты — тем, что удержать её стремишься, Не замечая, что она бесчестна, Ценой страданий и затрат несметных, Ценой потери доблестных друзей. Он рад, рогатый, выпить все подонки, Которые останутся в сосуде; Ты, сладострастник, на развратном ложе Готов зачать наследников своих! Вы, со своей распутницею вместе, Друг друга стоите, сказать по чести!
Хотелось курить. Вот идиотство, я бросила много лет назад! Бросила-то бросила, но жизнь есть жизнь... Вы проявляете чувство стойкости, а потом однажды зимним утром плетётесь по холоду четыре километра, чтобы купить пачку сигарет, или, например, любите мужчину, заводите с ним двоих детей, и потом однажды зимним утром узнаёте, что он от вас уходит, потому что полюбил другую. Говорит, что ему жаль, что он ошибался. Как по телефону: «Извините, я ошибся номером». Пожалуйста, пожалуйста. Мыльный пузырь!
— Карозо, выпьешь? — Когда я уезжал их Штатов, я обещал жене не пить и не знать женщин до возвращения к ней. — Это прекрасно. — Наливай. Только не много, а то у меня сегодня свидание.
— Алёшка тебя сильно любит, по-настоящему... Ой, прости, Катенька! Прости, Катенька! Не нужно было ничего говорить! Катя! — Говори, Тонечка, говори... Всё равно ничего не поправишь... Мне казалось, что он такой хороший, непохожий на всех других. Мне казалось, что он так любит меня, я верила ему и жалела его. Одинокий, непонятый... Колчаны скифов, Толстой, Станиславский... Господи, какая я была дура! — Не надо, Катенька. Не надо. — Тонечка, ведь это я сама его выдумала!
Мы можем изменить нашу жизнь только в ту мимолетную вечность, которую мы называем «сейчас». Но достаточно пройти хоть одной секунде, и выбор буду делать уже не я, а тот другой.