Подборка «крайности» — 37 цитат

Собрали 37 цитат на тему «крайности» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Неужели весь мир состоит из двух типов людей — Наставников и подчинённых, тех, кто мудро увещевает, и тех, кто радостно повинуется? И вся жизнь — всего-то метание между двумя крайностями, из роли в роль, из рабства в рабство? Ребёнок — родитель, начальник — подчинённый... ха, привет, Эрик Берн, ты в чём-то поумнее Фрейда... секс меркнет перед сладкой жаждой власти и радостной дрожью подчинения... меркнет или становится ещё одним полем битвы за две единственно возможные роли...

   Неужели весь мир состоит из двух типов людей — Наставников и подчинённых, тех, кто мудро увещевает, и тех, кто радостно повинуется? И вся жизнь — всего-то метание между двумя крайностями, из роли в роль, из рабства в рабство? Ребёнок — родитель, начальник — подчинённый... ха, привет, Эрик Берн, ты в чём-то поумнее Фрейда... секс меркнет перед сладкой жаждой власти и радостной дрожью подчинения... меркнет или становится ещё одним полем битвы за две единственно возможные роли...

   — Сергей Лукьяненко · книга
2. «

   Всякое начало, доведенное односторонней последовательностью до каких-нибудь крайних выводов, не только может стать убийственным, но даже и самоубийственным. Так, например, если бы идею личной свободы довести до всех крайних выводов, то она могла бы, через посредство крайней анархии, довести до крайне деспотического коммунизма, до юридического постоянного насилия всех над каждым или, с другой стороны, до личного рабства. Дайте право людям везде продавать или отдавать себя в вечный пожизненный наем из-за спокойствия, пропитания, за долги и т. п., и вы увидите, сколько и в наше время нашлось бы крепостных рабов или полурабов, по воле.

   Всякое начало, доведенное односторонней последовательностью до каких-нибудь крайних выводов, не только может стать убийственным, но даже и самоубийственным. Так, например, если бы идею личной свободы довести до всех крайних выводов, то она могла бы, через посредство крайней анархии, довести до крайне деспотического коммунизма, до юридического постоянного насилия всех над каждым или, с другой стороны, до личного рабства. Дайте право людям везде продавать или отдавать себя в вечный пожизненный наем из-за спокойствия, пропитания, за долги и т. п., и вы увидите, сколько и в наше время нашлось бы крепостных рабов или полурабов, по воле.

   — Константин Николаевич Леонтьев
3. «

   Идти на крайности ради любимых людей — это в нашем стиле.

   Идти на крайности ради любимых людей — это в нашем стиле.

   — Элизабет Зальцман · сериал
4. «

   Мудрец избегает всякой крайности.

   Мудрец избегает всякой крайности.

   — Лао-Цзы
5. «

   Каждая вещь, доведенная до предела, становится невыносимо тягостной, если не канцерогенной.

   Каждая вещь, доведенная до предела, становится невыносимо тягостной, если не канцерогенной.

   — Урсула Ле Гуин
6. «

   Путь крайности ведет ко дворцу мудрости.

   Путь крайности ведет ко дворцу мудрости.

   — Уильям Блейк · книга
7. «

   В крайности всегда есть доля безобразия.

   В крайности всегда есть доля безобразия.

   — Валентин Пикуль · книга
8. «

   Я не знаю, как это — жить спокойно. В грусти — я не плачу, я истекаю. В счастье — я не улыбаюсь, я сияю. В злости — я не кричу, я пылаю. Польза крайностей лишь в том, что моя любовь дарует им крылья, и все же так ли это хорошо? Ведь они всегда улетают. Видел бы ты меня, когда душа моя изнывает — я не огорчаюсь, я разбиваюсь вдребезги.

   Я не знаю, как это — жить спокойно. В грусти — я не плачу, я истекаю. В счастье — я не улыбаюсь, я сияю. В злости — я не кричу, я пылаю. Польза крайностей лишь в том, что моя любовь дарует им крылья, и все же так ли это хорошо? Ведь они всегда улетают. Видел бы ты меня, когда душа моя изнывает — я не огорчаюсь, я разбиваюсь вдребезги.

   — Рупи Каур · книга
9. «

   Загнанный в угол противник способен на неожиданные поступки, так что до крайности лучше не доводить.

   Загнанный в угол противник способен на неожиданные поступки, так что до крайности лучше не доводить.

   — Алла Матвеева · книга
10. «

    «Я вам говорю, черт возьми!» «Что доказывало, какую ценность имело это „я“? – стал думать Оливейра. – Какое всеведение утверждало это „я“ великих мира сего?» В пятнадцать лет он понял, что «я знаю только одно, что ничего не знаю»; и совершенно неизбежным представлялся ему воспоследовавший за этим откровением яд цикуты, нельзя же, в самом деле, бросать людям такой вызов безнаказанно, я вам говорю. Позднее он имел удовольствие убедиться, что и на высшие формы культуры оказывают воздействие авторитет и влияние, а также доверие, которое вызывает начитанность и ум, – то же самое «я вам говорю», но только замаскированное и неопознанное даже теми, кто их произносил; оно могло звучать как «я всегда полагал», или «если я в чем-нибудь и уверен», или «очевидно, что» и почти никогда не уравновешивалось бесстрастным суждением, содержавшим противоположную точку зрения. Словно бы род человеческий бдительно следил за индивидуумом, не позволяя ему чрезмерно продвигаться по пути терпимости, разумных сомнений, колебаний в чувствах. В определенный момент рождались и мозоль, и склероз, и определение: черное или белое, радикал или консерватор, гомо– или гетеро-сексуальный, образное или абстрактное, «Сан-Лоренсо» или «Бока-юниорс», мясное или вегетарианское, коммерция или поэзия.

    «Я вам говорю, черт возьми!» «Что доказывало, какую ценность имело это „я“? – стал думать Оливейра. – Какое всеведение утверждало это „я“ великих мира сего?» В пятнадцать лет он понял, что «я знаю только одно, что ничего не знаю»; и совершенно неизбежным представлялся ему воспоследовавший за этим откровением яд цикуты, нельзя же, в самом деле, бросать людям такой вызов безнаказанно, я вам говорю. Позднее он имел удовольствие убедиться, что и на высшие формы культуры оказывают воздействие авторитет и влияние, а также доверие, которое вызывает начитанность и ум, – то же самое «я вам говорю», но только замаскированное и неопознанное даже теми, кто их произносил; оно могло звучать как «я всегда полагал», или «если я в чем-нибудь и уверен», или «очевидно, что» и почти никогда не уравновешивалось бесстрастным суждением, содержавшим противоположную точку зрения. Словно бы род человеческий бдительно следил за индивидуумом, не позволяя ему чрезмерно продвигаться по пути терпимости, разумных сомнений, колебаний в чувствах. В определенный момент рождались и мозоль, и склероз, и определение: черное или белое, радикал или консерватор, гомо– или гетеро-сексуальный, образное или абстрактное, «Сан-Лоренсо» или «Бока-юниорс», мясное или вегетарианское, коммерция или поэзия.

    — Хулио Кортасар · книга
11. «

    Разве не ясно, что мы приступаем к людям, не владея искусством их распознавать? Ведь кто владеет этим искусством по-настоящему, тот рассудит, что и очень хороших и очень плохих людей немного, а посредственных — без числа.

    Разве не ясно, что мы приступаем к людям, не владея искусством их распознавать? Ведь кто владеет этим искусством по-настоящему, тот рассудит, что и очень хороших и очень плохих людей немного, а посредственных — без числа.

    — Платон · книга
12. «

    Крайности сходятся и часто сливаются так, что их трудно различить.

    Крайности сходятся и часто сливаются так, что их трудно различить.

    — Рафаэль Сабатини · книга
13. «

    Нет ничего плохого в крайностях, это значит лишь, что две точки отстоят друг от друга настолько, насколько возможно.

    Нет ничего плохого в крайностях, это значит лишь, что две точки отстоят друг от друга настолько, насколько возможно.

    — Лобсанг Рампа · книга
14. «

    Достигни рая до того, как дьявол узнает о твоей смерти.

    Достигни рая до того, как дьявол узнает о твоей смерти.
15. «

    Черта между адом и раем тонка, как канат циркового акробата. Порой легкого дуновения ветра достаточно, чтобы потерять равновесие и упасть в объятия одной из крайностей.

    Черта между адом и раем тонка, как канат циркового акробата. Порой легкого дуновения ветра достаточно, чтобы потерять равновесие и упасть в объятия одной из крайностей.

    — Ника Остожева · книга
16. «

    В крайностях нет середины. Мрак должен быть мраком, свет — светом.

    В крайностях нет середины. Мрак должен быть мраком, свет — светом.

    — Дмитрий Емец · книга
17. «

    О погоде в горах: «На солнце – нестерпимая жара, в тени – адский холод».

    О погоде в горах: «На солнце – нестерпимая жара, в тени – адский холод».

    — Морис Эрцог · книга
18. «

    Крайности — это границы, за которыми кончается жизнь, и страсть к экстремизму, в искусстве и политике, суть замаскированная жажда смерти.

    Крайности — это границы, за которыми кончается жизнь, и страсть к экстремизму, в искусстве и политике, суть замаскированная жажда смерти.

    — Милан Кундера · книга
19. «

    Человек должен избегать крайностей, тогда он и будет идти по верному пути.

    Человек должен избегать крайностей, тогда он и будет идти по верному пути.

    — Сиддхартха Гаутама (Будда)
20. «

    Я никогда не откажусь от мысли, что только борьба крайностей в нас самих, борьба противоречий, пристрастий, неприятий и прочих ужасов может дать крошечное представление о том, что есть жизнь.

    Я никогда не откажусь от мысли, что только борьба крайностей в нас самих, борьба противоречий, пристрастий, неприятий и прочих ужасов может дать крошечное представление о том, что есть жизнь.

    — Франсуаза Саган · книга