120 цитат про «либерализм»

120 цитат про «либерализм»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   В стране шесть лет идёт экономический спад. Пять лет падает уровень жизни населения. Странно было бы, если бы при падающем уровне жизни население шиковало. Дело в том, что у любой экономики есть некоторые ресурсы, которые можно задействовать для развития. Это сбережения населения, инвестиции внешние или внутренние, денежная система, налоговая система и так далее. В нашей же стране налоговая система и финансовая и бюджетная системы целенаправленно выстроены так, чтобы не допустить создания внутренних резервов роста.

   В стране шесть лет идёт экономический спад. Пять лет падает уровень жизни населения. Странно было бы, если бы при падающем уровне жизни население шиковало. Дело в том, что у любой экономики есть некоторые ресурсы, которые можно задействовать для развития. Это сбережения населения, инвестиции внешние или внутренние, денежная система, налоговая система и так далее. В нашей же стране налоговая система и финансовая и бюджетная системы целенаправленно выстроены так, чтобы не допустить создания внутренних резервов роста.

   — Михаил Хазин
2. «

   Мы с Кудриным едины в том, что Кудрин должен сидеть! Только Кудрин себя видит в президентском кресле, с маленькой задержкой на посту премьера, ну а я его вижу в зале суда — по итогам его деятельности. <...> Слушайте, ну не может, не может сборище антисемитов развивать государство Израиль! Объективно! Не может либерал развивать страну, не может! Никакую! Ни Соединённые Штаты Америки, ни Российскую Федерацию, потому что он презирает свой народ и ненавидит данную территорию.

   Мы с Кудриным едины в том, что Кудрин должен сидеть! Только Кудрин себя видит в президентском кресле, с маленькой задержкой на посту премьера, ну а я его вижу в зале суда — по итогам его деятельности. <...> Слушайте, ну не может, не может сборище антисемитов развивать государство Израиль! Объективно! Не может либерал развивать страну, не может! Никакую! Ни Соединённые Штаты Америки, ни Российскую Федерацию, потому что он презирает свой народ и ненавидит данную территорию.

   — Михаил Геннадьевич Делягин
3. «

   — В этом мире хоть кто-нибудь ложится спать, не приготовив на всякий случай у постели меч и лук? — Курочка в курятнике за себя не боится — пока хозяину супчика не захочется. А свободы без меча и страха не бывает. — Свобода превыше всего, Лютобор? Да ты, никак, либерал? — Ты меня словами гнусными не погань, — нахмурился волхв. — Хоть и люб ты мне стал за вёсны минувшие, а я и огневаться могу!

   — В этом мире хоть кто-нибудь ложится спать, не приготовив на всякий случай у постели меч и лук? — Курочка в курятнике за себя не боится — пока хозяину супчика не захочется. А свободы без меча и страха не бывает. — Свобода превыше всего, Лютобор? Да ты, никак, либерал? — Ты меня словами гнусными не погань, — нахмурился волхв. — Хоть и люб ты мне стал за вёсны минувшие, а я и огневаться могу!

   — Александр Прозоров · книга
4. «

   Напрасный труд — нет, их не вразумишь, — Чем либеральней, тем они пошлее, Цивилизация — для них фетиш, Но недоступна им ее идея. Как перед ней ни гнитесь, господа, Вам не снискать признанья от Европы: В ее глазах вы будете всегда Не слуги просвещенья, а холопы.

   Напрасный труд — нет, их не вразумишь, — Чем либеральней, тем они пошлее, Цивилизация — для них фетиш, Но недоступна им ее идея. Как перед ней ни гнитесь, господа, Вам не снискать признанья от Европы: В ее глазах вы будете всегда Не слуги просвещенья, а холопы.

   — Фёдор Иванович Тютчев
5. «

   Наши чувствительные демократы обыкновенно создают из народа какой-то идеал по образу и по подобию своему, и только в этом виде ему и сочувствуют, не признавая за ним никакого права быть самим собою и нисколько не чинясь с истинным образом народным, как скоро замечают в нем несходство со своим идеалом.

   Наши чувствительные демократы обыкновенно создают из народа какой-то идеал по образу и по подобию своему, и только в этом виде ему и сочувствуют, не признавая за ним никакого права быть самим собою и нисколько не чинясь с истинным образом народным, как скоро замечают в нем несходство со своим идеалом.

   — Иван Сергеевич Аксаков · книга
6. «

   ...русский либерализм не есть нападение на существующие порядки вещей, а есть нападение на самую сущность наших вещей, на самые вещи, а не на один только порядок, не на русские порядки, а на самую Россию. Мой либерал дошёл до того, что отрицает самую Россию, то есть ненавидит и бьёт свою мать. Каждый несчастный и неудачный русский факт возбуждает в нём смех и чуть не восторг. Он ненавидит народные обычаи, русскую историю, всё. Если есть для него оправдание, так разве в том, что он не понимает, что делает, и свою ненависть к России принимает за самый плодотворный либерализм <...>. Эту ненависть к России, ещё не так давно, иные либералы наши принимали чуть не за истинную любовь к отечеству и хвалились тем, что видят лучше других, в чём она должна состоять; но теперь уже стали откровеннее и даже слова «любовь к отечеству» стали стыдиться, даже понятие изгнали и устранили, как вредное и ничтожное.

   ...русский либерализм не есть нападение на существующие порядки вещей, а есть нападение на самую сущность наших вещей, на самые вещи, а не на один только порядок, не на русские порядки, а на самую Россию. Мой либерал дошёл до того, что отрицает самую Россию, то есть ненавидит и бьёт свою мать. Каждый несчастный и неудачный русский факт возбуждает в нём смех и чуть не восторг. Он ненавидит народные обычаи, русскую историю, всё. Если есть для него оправдание, так разве в том, что он не понимает, что делает, и свою ненависть к России принимает за самый плодотворный либерализм <...>. Эту ненависть к России, ещё не так давно, иные либералы наши принимали чуть не за истинную любовь к отечеству и хвалились тем, что видят лучше других, в чём она должна состоять; но теперь уже стали откровеннее и даже слова «любовь к отечеству» стали стыдиться, даже понятие изгнали и устранили, как вредное и ничтожное.

   — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
7. «

   X. и Z., очень либеральные и развитые, поженились. Вечером беседовали хорошо, потом рассердились, потом подрались. Утром совестно, удивлены оба, думают, что это произошло вследствие исключительных нервных влияний. На другую ночь опять ссора и драка. И так каждую ночь — и в конце концов увидели, что они вовсе не образованные, а дикие, как большинство.

   X. и Z., очень либеральные и развитые, поженились. Вечером беседовали хорошо, потом рассердились, потом подрались. Утром совестно, удивлены оба, думают, что это произошло вследствие исключительных нервных влияний. На другую ночь опять ссора и драка. И так каждую ночь — и в конце концов увидели, что они вовсе не образованные, а дикие, как большинство.

   — Антон Павлович Чехов · книга
8. «

   Либерализм — это не социализм и никогда им не будет... Социализм стремится искоренить богатство, либерализм — бедность. Социализм уничтожает личную заинтересованность, либерализм ее охраняет, примерив с правами общества. Социализм губит предпринимательство, либерализм лишь освобождает его от гнета привилегий... Социализм ставит во главу углу регламент, либерализм — человека. Социализм критикует капитал, либерализм — монополии.

   Либерализм — это не социализм и никогда им не будет... Социализм стремится искоренить богатство, либерализм — бедность. Социализм уничтожает личную заинтересованность, либерализм ее охраняет, примерив с правами общества. Социализм губит предпринимательство, либерализм лишь освобождает его от гнета привилегий... Социализм ставит во главу углу регламент, либерализм — человека. Социализм критикует капитал, либерализм — монополии.

   — Уинстон Черчилль
9. «

   — Давайте выпьем за любовь, — предложил Марлен. — Болезнь это, или страсть, или чувство, или явление, или игра, или фантазия, или физиология, а может, и все вместе — не важно. Важно, что она есть. Она часть нас, нашей жизни. — Вот, Володя, бери пример с Марлена. Он хоть и политик, но может говорить о вечном. А ты последнее время только о своем либерализме.

   — Давайте выпьем за любовь, — предложил Марлен. — Болезнь это, или страсть, или чувство, или явление, или игра, или фантазия, или физиология, а может, и все вместе — не важно. Важно, что она есть. Она часть нас, нашей жизни. — Вот, Володя, бери пример с Марлена. Он хоть и политик, но может говорить о вечном. А ты последнее время только о своем либерализме.

   — Борис Пугачев · книга
10. «

    Когда мы молимся, то признаем свое поражение. В либеральном обществе нет места молитвам. Более того, молиться-то некому.

    Когда мы молимся, то признаем свое поражение. В либеральном обществе нет места молитвам. Более того, молиться-то некому.

    — Энтони Бёрджесс · книга
11. «

    Заявление, подобное тому, что сделал Быков — это педерастия духа в прямом смысле слова; это извращение; это прибивание своих мудей к Красной площади в виде творческого акта. <...> На самом деле — это внедрение в сознание извращения. Он говорит, что любит Родину по-настоящему только тот, кто её ненавидит. Это и есть извращение. Если ты ненавидишь свою Родину лютой, пещерной, абсолютно зоологической ненавистью — вот ты патриот, а тот, кто её любит — тот подонок. Русский, который любит свою Родину — он подонок, а русофоб — который, ненавидит русского — он патриот. Это чистейшей воды извращение. И это извращение они и выдают за якобы прогрессивную точку зрения.

    Заявление, подобное тому, что сделал Быков — это педерастия духа в прямом смысле слова; это извращение; это прибивание своих мудей к Красной площади в виде творческого акта. <...> На самом деле — это внедрение в сознание извращения. Он говорит, что любит Родину по-настоящему только тот, кто её ненавидит. Это и есть извращение. Если ты ненавидишь свою Родину лютой, пещерной, абсолютно зоологической ненавистью — вот ты патриот, а тот, кто её любит — тот подонок. Русский, который любит свою Родину — он подонок, а русофоб — который, ненавидит русского — он патриот. Это чистейшей воды извращение. И это извращение они и выдают за якобы прогрессивную точку зрения.

    — Сергей Александрович Михеев
12. «

    Единственный либерал, которому я доверяю, — это богатый старый либерал. Почему? Он достаточно стар, чтобы понимать, что он говорит, и достаточно богат, чтобы платить за то, что он сказал.

    Единственный либерал, которому я доверяю, — это богатый старый либерал. Почему? Он достаточно стар, чтобы понимать, что он говорит, и достаточно богат, чтобы платить за то, что он сказал.

    — Майкл Блумберг
13. «

    Гуманизм близоруко путает добро и зло, либерализм — осознанно.

    Гуманизм близоруко путает добро и зло, либерализм — осознанно.

    — Олег Сергеевич Кривченко · книга
14. «

    ...обитатели Сети разделены на два жёстких лагеря. Сейчас полутонов почти нет. Раньше они были. Либералы были более радикальные, ближе к власти, центристы, соответственно. Патриоты были квасными, мальчики с кашей в бороде, а были такие достаточно умеренно консервативные и так далее. Сейчас мир чёрно-белый. Сетевой. Я подчёркиваю, потому что, знаете, я в период всех Болотных, Сахаровых вывела формулу для себя, и ещё ни разу эта формула меня не подвела: открываешь Facebook — есть революция, закрываешь — нет революции.

    ...обитатели Сети разделены на два жёстких лагеря. Сейчас полутонов почти нет. Раньше они были. Либералы были более радикальные, ближе к власти, центристы, соответственно. Патриоты были квасными, мальчики с кашей в бороде, а были такие достаточно умеренно консервативные и так далее. Сейчас мир чёрно-белый. Сетевой. Я подчёркиваю, потому что, знаете, я в период всех Болотных, Сахаровых вывела формулу для себя, и ещё ни разу эта формула меня не подвела: открываешь Facebook — есть революция, закрываешь — нет революции.

    — Марина Юденич
15. «

    Чем легкомысленнее — тем либеральнее. Такое уж правило. Легкомыслие иногда осложняется учёностью, талантом, остроумием. Блеском — слишком часто. Но если в зерне лежит легкомыслие, то все эти таланты склоняются к либерализму. Что такое легкомыслие? Человек без тяжести на спине. Без страдания. Без вкуса к религии и к государству.

    Чем легкомысленнее — тем либеральнее. Такое уж правило. Легкомыслие иногда осложняется учёностью, талантом, остроумием. Блеском — слишком часто. Но если в зерне лежит легкомыслие, то все эти таланты склоняются к либерализму. Что такое легкомыслие? Человек без тяжести на спине. Без страдания. Без вкуса к религии и к государству.

    — Василий Розанов · книга
16. «

    Теперь в большом ходу слово либерализм. Всякий старается отдать дань либерализму, всякий желает казаться как можно более либеральным.

    Теперь в большом ходу слово либерализм. Всякий старается отдать дань либерализму, всякий желает казаться как можно более либеральным.

    — Михаил Никифорович Катков · книга
17. «

    Мой либерал дошёл до того, что отрицает самую Россию, то есть ненавидит и бьёт свою мать. Каждый несчастный и неудачный русский факт возбуждает в нём смех и чуть не восторг. Он ненавидит народные обычаи, русскую историю, всё. Если есть для него оправдание, так разве в том, что он не понимает, что делает, и свою ненависть к России принимает за самый плодотворный либерализм.

    Мой либерал дошёл до того, что отрицает самую Россию, то есть ненавидит и бьёт свою мать. Каждый несчастный и неудачный русский факт возбуждает в нём смех и чуть не восторг. Он ненавидит народные обычаи, русскую историю, всё. Если есть для него оправдание, так разве в том, что он не понимает, что делает, и свою ненависть к России принимает за самый плодотворный либерализм.

    — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
18. «

    Появилось понятие «левый либерал» — оксюморон. Либо ты левый и ждешь, что государство будет регулировать рынок, корежа его законы, и перераспределять доходы в пользу бедных — они тоже люди и имеют право на свободу не работать, но кушать. Либо ты либерал, для кого свобода – это право конкурировать за успех неравенства, без социальной неприязни к богатым.

    Появилось понятие «левый либерал» — оксюморон. Либо ты левый и ждешь, что государство будет регулировать рынок, корежа его законы, и перераспределять доходы в пользу бедных — они тоже люди и имеют право на свободу не работать, но кушать. Либо ты либерал, для кого свобода – это право конкурировать за успех неравенства, без социальной неприязни к богатым.

    — Елена Котова
19. «

    Министры наши… не задавались бы несбыточными фантазиями и паршивым либерализмом.

    Министры наши… не задавались бы несбыточными фантазиями и паршивым либерализмом.

    — Александр III
20. «

    — Может ли русский мужик против образованного человека чувство иметь? По необразованности своей он никакого чувства не может иметь. Я с самого сыздетства, как услышу, бывало, «с малыим», так точно на стену бы бросился. Я всю Россию ненавижу, Марья Кондратьевна. — Когда бы вы были военным юнкерочком али гусариком молоденьким, вы бы не так говорили, а саблю бы вынули и всю Россию стали бы защищать. — Я не только не желаю быть военным гусариком, Марья Кондратьевна, но желаю, напротив, уничтожения всех солдат-с. — А когда неприятель придет, кто же нас защищать будет? — Да и не надо вовсе-с. В двенадцатом году было на Россию великое нашествие императора Наполеона французского первого, отца нынешнему, и хорошо, кабы нас тогда покорили эти самые французы: умная нация покорила бы весьма глупую-с и присоединила к себе. Совсем даже были бы другие порядки-с.

    — Может ли русский мужик против образованного человека чувство иметь? По необразованности своей он никакого чувства не может иметь. Я с самого сыздетства, как услышу, бывало, «с малыим», так точно на стену бы бросился. Я всю Россию ненавижу, Марья Кондратьевна. — Когда бы вы были военным юнкерочком али гусариком молоденьким, вы бы не так говорили, а саблю бы вынули и всю Россию стали бы защищать. — Я не только не желаю быть военным гусариком, Марья Кондратьевна, но желаю, напротив, уничтожения всех солдат-с. — А когда неприятель придет, кто же нас защищать будет? — Да и не надо вовсе-с. В двенадцатом году было на Россию великое нашествие императора Наполеона французского первого, отца нынешнему, и хорошо, кабы нас тогда покорили эти самые французы: умная нация покорила бы весьма глупую-с и присоединила к себе. Совсем даже были бы другие порядки-с.

    — Фёдор Михайлович Достоевский · книга