63 цитаты на тему «Жизненные цитаты про личность»

Тема «Жизненные цитаты про личность» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 63 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Мандела, Джобс, Горбачев, Ганди или Лютер, изобретатели и великие руководители производства были детьми своего времени, а не родителями — они его не породили. Несомненно, они возглавили важные процессы и «рулили» согласно своей тактике — но если бы не они, то другие люди сделали бы то же самое и так же. Так что нам следует более сдержанно проявлять свой восторг в адрес «великих мужей» и «великих женщин», которых возводят на пьедестал. И нам стоит быть скромнее, когда речь идет о нас самих.

   Мандела, Джобс, Горбачев, Ганди или Лютер, изобретатели и великие руководители производства были детьми своего времени, а не родителями — они его не породили. Несомненно, они возглавили важные процессы и «рулили» согласно своей тактике — но если бы не они, то другие люди сделали бы то же самое и так же. Так что нам следует более сдержанно проявлять свой восторг в адрес «великих мужей» и «великих женщин», которых возводят на пьедестал. И нам стоит быть скромнее, когда речь идет о нас самих.

   — Рольф Добелли · книга
2. «

   Каждый человек есть плод воспитания, но главный воспитатель человека — он сам. А педагог открывает нужные клапаны личности, а ненужные закрывает.

   Каждый человек есть плод воспитания, но главный воспитатель человека — он сам. А педагог открывает нужные клапаны личности, а ненужные закрывает.

   — Людмила Улицкая · книга
3. «

   Мне всегда казалось, что пустые глазницы старинных особняков смотрят на меня с укором, как бы говоря «что ты с собой сделала?». Я смотрела на чёрные окна, вызывающе контрастирующие с белой лепниной, местами потрескавшейся, и снова не могла дышать. Они как символ подсознания, на антресолях которого хранится множество тайн. Мне хотелось перелезть через забор, забраться в окно первого этажа и включить свет. Через дверь было бы проще, но она заперта. Надо попробовать в окно, спрыгнуть в кромешную тьму и резким движением расправиться с ней, как будто пластырь сдираешь с разбитой коленки. Сначала можно ослепнуть, но очень скоро глаза привыкнут и увидят все как есть. Наверняка будут слезы, но потом обязательно наступит умиротворение, и я точно буду знать, что делать дальше. Жить с широко закрытыми глазами очень удобно, но прозреть – бесценно.

   Мне всегда казалось, что пустые глазницы старинных особняков смотрят на меня с укором, как бы говоря «что ты с собой сделала?». Я смотрела на чёрные окна, вызывающе контрастирующие с белой лепниной, местами потрескавшейся, и снова не могла дышать. Они как символ подсознания, на антресолях которого хранится множество тайн. Мне хотелось перелезть через забор, забраться в окно первого этажа и включить свет. Через дверь было бы проще, но она заперта. Надо попробовать в окно, спрыгнуть в кромешную тьму и резким движением расправиться с ней, как будто пластырь сдираешь с разбитой коленки. Сначала можно ослепнуть, но очень скоро глаза привыкнут и увидят все как есть. Наверняка будут слезы, но потом обязательно наступит умиротворение, и я точно буду знать, что делать дальше. Жить с широко закрытыми глазами очень удобно, но прозреть – бесценно.

   — Александра Макарова · книга
4. «

   «Ау меня есть новое название для боли». «Да? Какое же?» «Стиратель. Потому что во время приступов она стирает все, и больше ничего для тебя не существует — ни мыслей, ни чувств. Только желание избавиться от боли. А когда Стиратель становится особенно силён, то уничтожает и все, что делает нас личностями, превращая в жалкие существа с самыми примитивными инстинктами, преследующими одну-единственную цель: спастись от этого ужаса».

   «Ау меня есть новое название для боли». «Да? Какое же?» «Стиратель. Потому что во время приступов она стирает все, и больше ничего для тебя не существует — ни мыслей, ни чувств. Только желание избавиться от боли. А когда Стиратель становится особенно силён, то уничтожает и все, что делает нас личностями, превращая в жалкие существа с самыми примитивными инстинктами, преследующими одну-единственную цель: спастись от этого ужаса».

   — Кристофер Паолини · книга
5. «

   Если ты чувствуешь, что у тебя нет никого в твоей жизни, посмотри в чёртово зеркало и знай, что у тебя есть ты.

   Если ты чувствуешь, что у тебя нет никого в твоей жизни, посмотри в чёртово зеркало и знай, что у тебя есть ты.

   — Тайлер Окли
6. «

   Я всегда испытываю легкое замешательство, когда приходится говорить о себе. Сбивает с толку классический парадокс самой постановки вопроса — «Что есть я?». Когда я рассказываю о себе, то как рассказчик, естественно, провожу ревизию себя как объекта рассказа. То есть я выбираю: о чем говорить, о чем нет, даю себе определения, и получается нечто, обструганное со всех сторон. Вот и спрашивается, сколько в таком «я» остается объективной правды от меня настоящего?

   Я всегда испытываю легкое замешательство, когда приходится говорить о себе. Сбивает с толку классический парадокс самой постановки вопроса — «Что есть я?». Когда я рассказываю о себе, то как рассказчик, естественно, провожу ревизию себя как объекта рассказа. То есть я выбираю: о чем говорить, о чем нет, даю себе определения, и получается нечто, обструганное со всех сторон. Вот и спрашивается, сколько в таком «я» остается объективной правды от меня настоящего?

   — Харуки Мураками · книга
7. «

   Я помню одного своего родственника, который говорил: «Пушкин? Бабник, развратник, царю писал, унижался, денег просил... Гоголь? Онанист, церковник, подхалим... Чайковский? Педераст, барин, жил за счёт любовницы... Пастернак? Жид не жид, всё равно дерьмо». Нападение на личность — вот ещё одно подлое дело мещанина.

   Я помню одного своего родственника, который говорил: «Пушкин? Бабник, развратник, царю писал, унижался, денег просил... Гоголь? Онанист, церковник, подхалим... Чайковский? Педераст, барин, жил за счёт любовницы... Пастернак? Жид не жид, всё равно дерьмо». Нападение на личность — вот ещё одно подлое дело мещанина.

   — Ролан Быков · книга
8. «

   У каждой личности свой тюнинг и акустика — стараемся, чтоб и внутри, и с виду вкусненько.

   У каждой личности свой тюнинг и акустика — стараемся, чтоб и внутри, и с виду вкусненько.
9. «

   Ценность личности, конечно, в том, что очень часто к ней прилагается предназначение.

   Ценность личности, конечно, в том, что очень часто к ней прилагается предназначение.

   — Ричард Э. Грант
10. «

    Тисячі людей навколо Але я відчуваю, що сама І знову бігаю по колу Шукаючи де б втішилась душа.

    Тисячі людей навколо Але я відчуваю, що сама І знову бігаю по колу Шукаючи де б втішилась душа.
11. «

    Награда за тренировки — не победы! Это то, кем ты становишься!

    Награда за тренировки — не победы! Это то, кем ты становишься!
12. «

    Как только личность радостно оторвётся от общества, в лоне которого увидела свет, как только она противопоставит себя сантиментам и излияниям этого общества, так сразу же её манера мыслить становится самобытной, независимой, сложной, искренней — и вызывает подозрения, и провоцирует преследования, и сбивает с толку, и не приносит ни малейшей пользы коллективу.

    Как только личность радостно оторвётся от общества, в лоне которого увидела свет, как только она противопоставит себя сантиментам и излияниям этого общества, так сразу же её манера мыслить становится самобытной, независимой, сложной, искренней — и вызывает подозрения, и провоцирует преследования, и сбивает с толку, и не приносит ни малейшей пользы коллективу.

    — Паскаль Киньяр · книга
13. «

    Что же за существо такое человек, ничего в нём нет постоянного. Что из этого множества состояний мне называть «я»? Наверное, ничего.

    Что же за существо такое человек, ничего в нём нет постоянного. Что из этого множества состояний мне называть «я»? Наверное, ничего.

    — Святослав Элис · книга
14. «

    Смерть — это личное дело каждого, и она порождает печаль, отчаяние, жгучие муки или холодную философию.

    Смерть — это личное дело каждого, и она порождает печаль, отчаяние, жгучие муки или холодную философию.

    — Джон Стейнбек · книга
15. «

    Наши личности являются частью окружающего нас мира, и их тайна так же безгранична.

    Наши личности являются частью окружающего нас мира, и их тайна так же безгранична.

    — Карл Густав Юнг
16. «

    Я обращаюсь к вам, священные воины новой жизни! Действительно ли мы уверены в правильности того, что делаем? Никто не вправе решать за других, ради чего они должны жить, — потому что в лучших из нас есть то, что стоит над всеми государствами и коллективами. Я говорю о разуме человека и его ценностях. Вглядитесь я себя бесстрашно и честно, но ни мне, ни кому другому ничего не говорите, просто-напросто задайте себе один вопрос: «Для чего я живу?» Признайтесь, что вы живете только для себя. Называйте это целью, любовью, делом, идеалом, наконец. Но все эти цели и идеалы — ваши, лично ваши, и ничьи другие. Каждого честного человека можно назвать эгоистом. Тот, кто живет не для самого себя, — вообще не живет. Вы не сможете изменить этого, потому что с самого рождения единственной и совершенной целью для человека является он сам. Ни законы, ни партия, ни ГПУ никогда не смогут подавить в человеке его собственное «я». Вам не удастся поработить человеческий разум, вы только разрушите его. Вы уже сделали попытку и посмотрите, что получилось. Взгляните на тех, кого вы породили, кому позволили восторжествовать. Отбросьте самое лучшее, что есть в человеке, — и вы увидите, что останется. Неужели нам нужны искалеченные и обезображивающие других пресмыкающиеся уроды?

    Я обращаюсь к вам, священные воины новой жизни! Действительно ли мы уверены в правильности того, что делаем? Никто не вправе решать за других, ради чего они должны жить, — потому что в лучших из нас есть то, что стоит над всеми государствами и коллективами. Я говорю о разуме человека и его ценностях. Вглядитесь я себя бесстрашно и честно, но ни мне, ни кому другому ничего не говорите, просто-напросто задайте себе один вопрос: «Для чего я живу?» Признайтесь, что вы живете только для себя. Называйте это целью, любовью, делом, идеалом, наконец. Но все эти цели и идеалы — ваши, лично ваши, и ничьи другие. Каждого честного человека можно назвать эгоистом. Тот, кто живет не для самого себя, — вообще не живет. Вы не сможете изменить этого, потому что с самого рождения единственной и совершенной целью для человека является он сам. Ни законы, ни партия, ни ГПУ никогда не смогут подавить в человеке его собственное «я». Вам не удастся поработить человеческий разум, вы только разрушите его. Вы уже сделали попытку и посмотрите, что получилось. Взгляните на тех, кого вы породили, кому позволили восторжествовать. Отбросьте самое лучшее, что есть в человеке, — и вы увидите, что останется. Неужели нам нужны искалеченные и обезображивающие других пресмыкающиеся уроды?

    — Айн Рэнд · книга
17. «

    Ты не можешь изменить того, каким ты родился. Нет смысла в том, чтобы извиняться за то, кто ты есть.

    Ты не можешь изменить того, каким ты родился. Нет смысла в том, чтобы извиняться за то, кто ты есть.

    — Лилли Сато · игра
18. «

    Не стоит переходить на личности, иначе личность может очень даже пострадать.

    Не стоит переходить на личности, иначе личность может очень даже пострадать.

    — Елена Звездная · книга
19. «

    Каждый живой, каждый настоящий — вселенски, безобразно одинок. Только косоротая чернь бывает «вместе».

    Каждый живой, каждый настоящий — вселенски, безобразно одинок. Только косоротая чернь бывает «вместе».

    — Егор Летов
20. «

    Маску надеваю лишь в маскарад, а не хожу с нею перед людьми каждодневно.

    Маску надеваю лишь в маскарад, а не хожу с нею перед людьми каждодневно.

    — Фёдор Михайлович Достоевский · книга