125 цитат про «Жизненные цитаты про личность», проверенных временем

Тема «Жизненные цитаты про личность» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 125 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Личность, неспособная к созиданию, обязательно ищет оправдания деструктивному поведению.

   Личность, неспособная к созиданию, обязательно ищет оправдания деструктивному поведению.

   — Сергей Лукьяненко · книга
2. «

   Как ни странно, именно это невежество и придавало его личности особую, неповторимую яркость — вернее, даже не невежество, а отсутствие стандартного набора поверхностных знаний, которые позволили бы ему занять своё заурядное место в среде заурядных людей.

   Как ни странно, именно это невежество и придавало его личности особую, неповторимую яркость — вернее, даже не невежество, а отсутствие стандартного набора поверхностных знаний, которые позволили бы ему занять своё заурядное место в среде заурядных людей.

   — Робертсон Дэвис · книга
3. «

   Я — точка. Я есть, и меня нет, я начало и конец, я ­самодостаточна и полностью зависима от мира. Только точка может быть всем одновременно, и только точка способна добраться до себя Настоящей.

   Я — точка. Я есть, и меня нет, я начало и конец, я ­самодостаточна и полностью зависима от мира. Только точка может быть всем одновременно, и только точка способна добраться до себя Настоящей.

   — Дмитрий Алексеевич Калинин · книга
4. «

   Человека без стереотипов не бывает. Как музыки без темы. Но в то же время стереотипы сковывают наши мысли и поступки. Они ограничивают нашу свободу, рушат шкалу приоритетов, а порой и деформируют логику.

   Человека без стереотипов не бывает. Как музыки без темы. Но в то же время стереотипы сковывают наши мысли и поступки. Они ограничивают нашу свободу, рушат шкалу приоритетов, а порой и деформируют логику.

   — Харуки Мураками · книга
5. «

   Не на всех известных людей позволяется смотреть одинаково. Скажем, считается вполне допустимым выискивать человеческие слабости у знаменитых художников и артистов, и некоторые биографы, похоже, даже считают, что душа артиста не должна быть чужда мелких подлостей. Но в отношении великих ученых все еще действует прежний стереотип. В людях искусства мы уже научились видеть душу, прикованную к телу; литературоведу позволено говорить о гомосексуализме Оскара Уайльда, но трудно представить себе науковеда, который под тем же углом взглянул бы на создателей физики. Нам подавай непреклонных, безгрешных ученых. а исторические перемены в их биографии сводятся к перемене мест пребывания. Политик может оказаться мерзавцем, оставаясь великим политиком, но гениальный мерзавец — это внутреннее противоречие: гениальность перечеркивается подлостью. Так гласит все еще не отмененный канон.

   Не на всех известных людей позволяется смотреть одинаково. Скажем, считается вполне допустимым выискивать человеческие слабости у знаменитых художников и артистов, и некоторые биографы, похоже, даже считают, что душа артиста не должна быть чужда мелких подлостей. Но в отношении великих ученых все еще действует прежний стереотип. В людях искусства мы уже научились видеть душу, прикованную к телу; литературоведу позволено говорить о гомосексуализме Оскара Уайльда, но трудно представить себе науковеда, который под тем же углом взглянул бы на создателей физики. Нам подавай непреклонных, безгрешных ученых. а исторические перемены в их биографии сводятся к перемене мест пребывания. Политик может оказаться мерзавцем, оставаясь великим политиком, но гениальный мерзавец — это внутреннее противоречие: гениальность перечеркивается подлостью. Так гласит все еще не отмененный канон.

   — Станислав Лем · книга
6. «

   Ты не можешь изменить того, каким ты родился. Нет смысла в том, чтобы извиняться за то, кто ты есть.

   Ты не можешь изменить того, каким ты родился. Нет смысла в том, чтобы извиняться за то, кто ты есть.

   — Лилли Сато · игра
7. «

   Если ты чувствуешь, что у тебя нет никого в твоей жизни, посмотри в чёртово зеркало и знай, что у тебя есть ты.

   Если ты чувствуешь, что у тебя нет никого в твоей жизни, посмотри в чёртово зеркало и знай, что у тебя есть ты.

   — Тайлер Окли
8. «

   Я очень беззащитная. Мне все время кажется, что то, что у меня есть, я не заслуживаю. Мне часто бывает плохо от того, что мне кажется, что все надо мной мысленно насмехаются. Я часто занимаюсь самоедством. Но все эти качества не мешают мне быть счастливой. Я с ними борюсь. Я очень ранимая в душе, но могу проявлять агрессивность, ранить, могу доминировать. Я все время непредсказуема в эмоциональном плане. В общем, я такой хорошо сдерживающий себя фрик.

   Я очень беззащитная. Мне все время кажется, что то, что у меня есть, я не заслуживаю. Мне часто бывает плохо от того, что мне кажется, что все надо мной мысленно насмехаются. Я часто занимаюсь самоедством. Но все эти качества не мешают мне быть счастливой. Я с ними борюсь. Я очень ранимая в душе, но могу проявлять агрессивность, ранить, могу доминировать. Я все время непредсказуема в эмоциональном плане. В общем, я такой хорошо сдерживающий себя фрик.

   — Меган Фокс
9. «

   Самое страшное, что ты можешь сделать, — начать себя с кем-то сравнивать.

   Самое страшное, что ты можешь сделать, — начать себя с кем-то сравнивать.

   — Михаэль Шумахер
10. «

    Все, что вы говорите определенной личности, фильтруется через ее опыт, предрассудки и предубеждения.

    Все, что вы говорите определенной личности, фильтруется через ее опыт, предрассудки и предубеждения.

    — Стив Эриксон · книга
11. «

    Лучше быть раздвоившейся личностью, чем не быть личностью вообще.

    Лучше быть раздвоившейся личностью, чем не быть личностью вообще.

    — Карл Лагерфельд
12. «

    Глубина стыда определяет высоту человеческой личности. Вот почему пастух как личность может быть выше академика.

    Глубина стыда определяет высоту человеческой личности. Вот почему пастух как личность может быть выше академика.

    — Фазиль Искандер
13. «

    История сильной личности, конечно, интересна, но куда интересней то, как эта личность стала сильной, особенно если была слабой.

    История сильной личности, конечно, интересна, но куда интересней то, как эта личность стала сильной, особенно если была слабой.

    — Фаина Раневская · книга
14. «

    Мы становимся по-настоящему зрелыми личностями только тогда, когда перестаем ныть и жаловаться на то, что в наших проблемах виновны обстоятельства или другие люди, когда начинаем искать скрытую скрытую справедливость, которая и регулирует нашу жизнь.

    Мы становимся по-настоящему зрелыми личностями только тогда, когда перестаем ныть и жаловаться на то, что в наших проблемах виновны обстоятельства или другие люди, когда начинаем искать скрытую скрытую справедливость, которая и регулирует нашу жизнь.

    — Джеймс Аллен · книга
15. «

    Личностью быть ужасно сложно.

    Личностью быть ужасно сложно.

    — Маргарет Этвуд · книга
16. «

    Личность есть боль, и борьба за реализацию личности есть страдание. Эта борьба за личность предполагает жертву, но жертва никогда не означает отказа от личности.

    Личность есть боль, и борьба за реализацию личности есть страдание. Эта борьба за личность предполагает жертву, но жертва никогда не означает отказа от личности.

    — Николай Александрович Бердяев · книга
17. «

    Мы боимся открывать тёмные стороны своей личности из риска быть отвергнутыми. Решившись поделиться тайнами с другими, мы становимся более живыми и настоящими и только тогда нас можно любить всем сердцем.

    Мы боимся открывать тёмные стороны своей личности из риска быть отвергнутыми. Решившись поделиться тайнами с другими, мы становимся более живыми и настоящими и только тогда нас можно любить всем сердцем.

    — Кристина Кашкан
18. «

    Тисячі людей навколо Але я відчуваю, що сама І знову бігаю по колу Шукаючи де б втішилась душа.

    Тисячі людей навколо Але я відчуваю, що сама І знову бігаю по колу Шукаючи де б втішилась душа.
19. «

    Мне всегда казалось, что пустые глазницы старинных особняков смотрят на меня с укором, как бы говоря «что ты с собой сделала?». Я смотрела на чёрные окна, вызывающе контрастирующие с белой лепниной, местами потрескавшейся, и снова не могла дышать. Они как символ подсознания, на антресолях которого хранится множество тайн. Мне хотелось перелезть через забор, забраться в окно первого этажа и включить свет. Через дверь было бы проще, но она заперта. Надо попробовать в окно, спрыгнуть в кромешную тьму и резким движением расправиться с ней, как будто пластырь сдираешь с разбитой коленки. Сначала можно ослепнуть, но очень скоро глаза привыкнут и увидят все как есть. Наверняка будут слезы, но потом обязательно наступит умиротворение, и я точно буду знать, что делать дальше. Жить с широко закрытыми глазами очень удобно, но прозреть – бесценно.

    Мне всегда казалось, что пустые глазницы старинных особняков смотрят на меня с укором, как бы говоря «что ты с собой сделала?». Я смотрела на чёрные окна, вызывающе контрастирующие с белой лепниной, местами потрескавшейся, и снова не могла дышать. Они как символ подсознания, на антресолях которого хранится множество тайн. Мне хотелось перелезть через забор, забраться в окно первого этажа и включить свет. Через дверь было бы проще, но она заперта. Надо попробовать в окно, спрыгнуть в кромешную тьму и резким движением расправиться с ней, как будто пластырь сдираешь с разбитой коленки. Сначала можно ослепнуть, но очень скоро глаза привыкнут и увидят все как есть. Наверняка будут слезы, но потом обязательно наступит умиротворение, и я точно буду знать, что делать дальше. Жить с широко закрытыми глазами очень удобно, но прозреть – бесценно.

    — Александра Макарова · книга
20. «

    Мы все создаем свое собственное внешнее «я» для предъявления миру, и некоторые постепенно привыкают к мысли, что они такие и есть.

    Мы все создаем свое собственное внешнее «я» для предъявления миру, и некоторые постепенно привыкают к мысли, что они такие и есть.

    — Робертсон Дэвис · книга