581 афоризмов на тему «личность»

Собрали 581 цитата на тему «личность» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Что делать, когда разрушается вся твоя личность и все твои представления о себе? Как жить дальше, когда вдруг выясняется, что все это время ты жил неправильно?

   Что делать, когда разрушается вся твоя личность и все твои представления о себе? Как жить дальше, когда вдруг выясняется, что все это время ты жил неправильно?

   — Чак Паланик · книга
2. «

   Я же с раннего детства на дух не переношу группового сознания. Неважно, малая при этом группа или большая...

   Я же с раннего детства на дух не переношу группового сознания. Неважно, малая при этом группа или большая...

   — Харуки Мураками · книга
3. «

   Будь таким, каким хочешь казаться.

   Будь таким, каким хочешь казаться.

   — Сократ
4. «

   Если бы обезьяны, слезая с деревьев, могли бы только представить, что ожидает их на коварной земле...

   Если бы обезьяны, слезая с деревьев, могли бы только представить, что ожидает их на коварной земле...
5. «

   Самое безнадежное дело на свете — пытаться точно определить характер человека. Каждая личность — это клубок противоречий, а тем более личность одаренная.

   Самое безнадежное дело на свете — пытаться точно определить характер человека. Каждая личность — это клубок противоречий, а тем более личность одаренная.

   — Теодор Драйзер · книга
6. «

   Нормальная личность удовлетворяется миром с частичной безопасностью, в то время как невротик ищет абсолютной безопасности.

   Нормальная личность удовлетворяется миром с частичной безопасностью, в то время как невротик ищет абсолютной безопасности.

   — Виктор Франкл
7. «

   Личность закаляется в общении, а растет в одиночестве.

   Личность закаляется в общении, а растет в одиночестве.

   — Протоиерей Андрей Ткачев
8. «

   Раздробление личности обычно происходит так. В первые пять лет жизни, в период формирования личности, ребенок получает сильную душевную и (или) физическую травму. Если рассудок оказывается не в состоянии справиться с ней, он, стремясь отделить болезненное переживание от сознания в целом, самоизолируется. Он формирует вокруг тяжелых воспоминаний отдельную личность и затем предоставляет этому новому «я» травматического происхождения разбираться с упомянутым отрицательным опытом, освобождая тем самым сознание корневой личности от ужаса перед непереносимым для нее событием. В результате психологической травмы может возникнуть сколько угодно личностей.

   Раздробление личности обычно происходит так. В первые пять лет жизни, в период формирования личности, ребенок получает сильную душевную и (или) физическую травму. Если рассудок оказывается не в состоянии справиться с ней, он, стремясь отделить болезненное переживание от сознания в целом, самоизолируется. Он формирует вокруг тяжелых воспоминаний отдельную личность и затем предоставляет этому новому «я» травматического происхождения разбираться с упомянутым отрицательным опытом, освобождая тем самым сознание корневой личности от ужаса перед непереносимым для нее событием. В результате психологической травмы может возникнуть сколько угодно личностей.

   — Майкл Слэйд · книга
9. «

   Я не знаю, почему такая личность, как я, вообще существует.

   Я не знаю, почему такая личность, как я, вообще существует.

   — Чуя Накахара
10. «

    Любой скажет вам, что я человек не очень порядочный. Да я и слова-то такого не знаю. Меня всегда восхищали злодеи, изгои, сукины дети. Я не люблю гладко выбритых мальчиков с галстуками и приличной работой. Мне нравятся сумасброды, люди со сломанными зубами, помутненным рассудком и дурными привычками. Они мне интересны. Они всегда готовы на неожиданные поступки и сильные чувства. Нравятся мне и мерзкие бабы, пьяные, сквернословящие суки со спущенными чулками и грубо размалеванными рожами. Извращенцы мне интереснее, чем святоши. Я могу запросто общаться с бродягами, потому что и я – бродяга. Я не люблю законов, нравоучений, религий, правил. Я не люблю поступать в соответствии с общественными устоями.

    Любой скажет вам, что я человек не очень порядочный. Да я и слова-то такого не знаю. Меня всегда восхищали злодеи, изгои, сукины дети. Я не люблю гладко выбритых мальчиков с галстуками и приличной работой. Мне нравятся сумасброды, люди со сломанными зубами, помутненным рассудком и дурными привычками. Они мне интересны. Они всегда готовы на неожиданные поступки и сильные чувства. Нравятся мне и мерзкие бабы, пьяные, сквернословящие суки со спущенными чулками и грубо размалеванными рожами. Извращенцы мне интереснее, чем святоши. Я могу запросто общаться с бродягами, потому что и я – бродяга. Я не люблю законов, нравоучений, религий, правил. Я не люблю поступать в соответствии с общественными устоями.

    — Чарльз Буковски · книга
11. «

    У меня в группе есть девочка, которую все называют крокодилом, но не потому что она страшная, а потому что она затащила антилопу в реку и съела.

    У меня в группе есть девочка, которую все называют крокодилом, но не потому что она страшная, а потому что она затащила антилопу в реку и съела.
12. «

    Личность есть неизменность в изменении. Субъект изменения остается одним и тем же лицом. Для личности разрушительно, если она застывает, останавливается в своем развитии, не возрастает, не обогащается, не творит новой жизни. И так же разрушительно для нее, если изменение в ней есть измена, если она перестает быть самой собой, если лица человеческого больше нельзя узнать.

    Личность есть неизменность в изменении. Субъект изменения остается одним и тем же лицом. Для личности разрушительно, если она застывает, останавливается в своем развитии, не возрастает, не обогащается, не творит новой жизни. И так же разрушительно для нее, если изменение в ней есть измена, если она перестает быть самой собой, если лица человеческого больше нельзя узнать.

    — Николай Александрович Бердяев · книга
13. «

    Если искусство чему-то и учит (и художника — в первую голову), то именно частности человеческого существования. Будучи наиболее древней — и наиболее буквальной — формой частного предпринимательства, оно вольно или невольно поощряет в человеке именно его ощущение индивидуальности, уникальности, отдельности — превращая его из общественного животного в личность. Многое можно разделить: хлеб, ложе, убеждения, возлюбленную — но не стихотворение, скажем, Райнера Марии Рильке. Произведения искусства, литературы в особенности и стихотворение в частности обращаются к человеку тет-а-тет, вступая с ним в прямые, без посредников, отношения. За это-то и недолюбливают искусство вообще, литературу в особенности и поэзию в частности ревнители всеобщего блага, повелители масс, глашатаи исторической необходимости. Ибо там, где прошло искусство, где прочитано стихотворение, они обнаруживают на месте ожидаемого согласия и единодушия — равнодушие и разноголосие, на месте решимости к действию — невнимание и брезгливость. Иными словами, в нолики, которыми ревнители общего блага и повелители масс норовят оперировать, искусство вписывает «точку-точку-запятую с минусом», превращая каждый нолик в пусть не всегда привлекательную, но человеческую рожицу.

    Если искусство чему-то и учит (и художника — в первую голову), то именно частности человеческого существования. Будучи наиболее древней — и наиболее буквальной — формой частного предпринимательства, оно вольно или невольно поощряет в человеке именно его ощущение индивидуальности, уникальности, отдельности — превращая его из общественного животного в личность. Многое можно разделить: хлеб, ложе, убеждения, возлюбленную — но не стихотворение, скажем, Райнера Марии Рильке. Произведения искусства, литературы в особенности и стихотворение в частности обращаются к человеку тет-а-тет, вступая с ним в прямые, без посредников, отношения. За это-то и недолюбливают искусство вообще, литературу в особенности и поэзию в частности ревнители всеобщего блага, повелители масс, глашатаи исторической необходимости. Ибо там, где прошло искусство, где прочитано стихотворение, они обнаруживают на месте ожидаемого согласия и единодушия — равнодушие и разноголосие, на месте решимости к действию — невнимание и брезгливость. Иными словами, в нолики, которыми ревнители общего блага и повелители масс норовят оперировать, искусство вписывает «точку-точку-запятую с минусом», превращая каждый нолик в пусть не всегда привлекательную, но человеческую рожицу.

    — Иосиф Александрович Бродский · книга
14. «

    Неправильный не я. Неправильный весь этот мир.

    Неправильный не я. Неправильный весь этот мир.

    — Канеки Кен / Хайсе Сасаки · аниме
15. «

    Какой бы интересной ни была для человека его собственная личность, он всегда наткнётся на границы самопознания. А чтобы преодолеть эти границы, надо, по-моему, произвести самооценку. Это требует смелости.

    Какой бы интересной ни была для человека его собственная личность, он всегда наткнётся на границы самопознания. А чтобы преодолеть эти границы, надо, по-моему, произвести самооценку. Это требует смелости.

    — Януш Леон Вишневский · книга
16. «

    Даже у самых выдающихся людей на свете есть пределы личных возможностей.

    Даже у самых выдающихся людей на свете есть пределы личных возможностей.

    — Харуки Мураками · книга
17. «

    Я изначально рождена гордой птицей с огромными крыльями, просто периодически мне их подрезали. Какой бы великолепной не была женщина, всегда найдется умелый манипулятор, способный внушить ей, что она курица. Поэтому время от времени нужно внимательно всматриваться в зеркало, чтобы понять кто ты на самом деле.

    Я изначально рождена гордой птицей с огромными крыльями, просто периодически мне их подрезали. Какой бы великолепной не была женщина, всегда найдется умелый манипулятор, способный внушить ей, что она курица. Поэтому время от времени нужно внимательно всматриваться в зеркало, чтобы понять кто ты на самом деле.

    — Александра Макарова · книга
18. «

    Не грубейте душой и не будьте покорны судьбе, — Оставайтесь, ребята, людьми, становясь моряками; Становясь капитаном — храните матроса в себе!

    Не грубейте душой и не будьте покорны судьбе, — Оставайтесь, ребята, людьми, становясь моряками; Становясь капитаном — храните матроса в себе!
19. «

    Самой главной нашей привычкой должна стать привычка быть самими собой.

    Самой главной нашей привычкой должна стать привычка быть самими собой.

    — Джо Диспенза
20. «

    Чтобы существовать как личность, надо уметь провести границы и сказать чему-то «нет».

    Чтобы существовать как личность, надо уметь провести границы и сказать чему-то «нет».

    — Айрис Мёрдок · книга