327 цитат «Ироничные цитаты о любви» на каждый день

327 цитат про «Ироничные цитаты о любви»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Если возбуждение — механизм, которым забавлялся наш Создатель, то любовь, напротив, принадлежит только нам, с ее помощью мы ускользаем от Создателя. Любовь — это наша свобода. Любовь лежит по ту сторону «Es muss sein!». Но даже это не полная правда. Хотя любовь есть нечто иное, чем часовой механизм секса, которым забавлялся Создатель, она все же связана с этим механизмом. Она связана с ним так же, как и нежная нагая женщина с маятником огромных часов.

   Если возбуждение — механизм, которым забавлялся наш Создатель, то любовь, напротив, принадлежит только нам, с ее помощью мы ускользаем от Создателя. Любовь — это наша свобода. Любовь лежит по ту сторону «Es muss sein!». Но даже это не полная правда. Хотя любовь есть нечто иное, чем часовой механизм секса, которым забавлялся Создатель, она все же связана с этим механизмом. Она связана с ним так же, как и нежная нагая женщина с маятником огромных часов.

   — Милан Кундера · книга
2. «

   — Как же сильно она его любила! Пожертвовала всем — герцогом, своими дворцами, лошадьми и гончими... — И ради чего? Ради двух недель бесстыдной страсти! — Двух незабываемых недель! — Скандал был чудовищный. И закончилось всё ужасно. — Но это того стоило! Какая женщина может просить большего? Они погребены под той лавиной и навсегда остались в объятьях друг друга! — Чепуха! Летом они оттают и точка! — Папа, почему ты такой бессердечный? Неужели ты совсем не способен на сочувствие? — Способен! Я сочувствую и герцогу, и лошадям, и гончим...

   — Как же сильно она его любила! Пожертвовала всем — герцогом, своими дворцами, лошадьми и гончими... — И ради чего? Ради двух недель бесстыдной страсти! — Двух незабываемых недель! — Скандал был чудовищный. И закончилось всё ужасно. — Но это того стоило! Какая женщина может просить большего? Они погребены под той лавиной и навсегда остались в объятьях друг друга! — Чепуха! Летом они оттают и точка! — Папа, почему ты такой бессердечный? Неужели ты совсем не способен на сочувствие? — Способен! Я сочувствую и герцогу, и лошадям, и гончим...

   — Ариана Шавесс · фильм
3. «

   Как легко понять любовь, почувствовать её – нужно просто решиться умереть. Умереть для всех принципов и мнений, комплексов и страхов. Это очень просто: нужно просто разрешить себе умереть в том, кого любишь.

   Как легко понять любовь, почувствовать её – нужно просто решиться умереть. Умереть для всех принципов и мнений, комплексов и страхов. Это очень просто: нужно просто разрешить себе умереть в том, кого любишь.

   — Женщина – рептилия
4. «

   Когда Любовь ушла, жил с Верой, а тешил себя Надеждой.

   Когда Любовь ушла, жил с Верой, а тешил себя Надеждой.

   — Виктор Губарев
5. «

   Иногда ты влюбляешься в свое дополнение. В качества, которых у тебя нет. Иногда ты влюбляешься в свою копию. Второе очень опасно. Вдруг твой избранник ставит в душе бутылку с шампунем не туда, куда ты привык.

   Иногда ты влюбляешься в свое дополнение. В качества, которых у тебя нет. Иногда ты влюбляешься в свою копию. Второе очень опасно. Вдруг твой избранник ставит в душе бутылку с шампунем не туда, куда ты привык.

   — Владимир Дараган · книга
6. «

   Женщины часто пытаются покончить с собой из-за любви, но обычно так, чтобы в этом не преуспеть.

   Женщины часто пытаются покончить с собой из-за любви, но обычно так, чтобы в этом не преуспеть.

   — Уильям Сомерсет Моэм · книга
7. «

   Марианна запустила пальцы в мои волосы и стала накручивать их на пальцы. Я попросил её перестать, но она не перестала. Сказала, что, если женщина любит, она всегда так делает (именно так). Значит, ты меня любишь? — спросил я. Она всегда меня любила, сказала она. А разве я не замечал? Значит, нам хорошо вместе? — продолжал я. Мы любим друг друга? Да, а разве нет? — удивилась Марианна. Она с самого начала так считает. Однако я настолько незрелый, сказала она, что мне постоянно требуются внешние подтверждения любви. Надо только быть вместе и поменьше задумываться, остальное само придет, считала она.

   Марианна запустила пальцы в мои волосы и стала накручивать их на пальцы. Я попросил её перестать, но она не перестала. Сказала, что, если женщина любит, она всегда так делает (именно так). Значит, ты меня любишь? — спросил я. Она всегда меня любила, сказала она. А разве я не замечал? Значит, нам хорошо вместе? — продолжал я. Мы любим друг друга? Да, а разве нет? — удивилась Марианна. Она с самого начала так считает. Однако я настолько незрелый, сказала она, что мне постоянно требуются внешние подтверждения любви. Надо только быть вместе и поменьше задумываться, остальное само придет, считала она.

   — Эрленд Лу · книга
8. «

   Постоянство — это химера любви.

   Постоянство — это химера любви.

   — Люк де Клапье де Вовенарг
9. «

   Черт побери, возможно, то, что я принимала за любовь, было всего-навсего физической реакцией на член определенной длины, толщины и кривизны. Вот это номер, а?

   Черт побери, возможно, то, что я принимала за любовь, было всего-навсего физической реакцией на член определенной длины, толщины и кривизны. Вот это номер, а?

   — Марта Кетро · книга
10. «

    — А по-моему, люди главным образом о ней и говорят. Возьми любой фильм, любую популярную песню, любую телепрограмму. Любовь, любовь, любовь. Занимайтесь любовью, а не чаепитием. Всё, что нам нужно — это любовь. Любовь — огромная страна. Любовь загубит мир. — Ну, это всё равно, что заявить, будто они постоянно говорят о вере, потому что то и дело повторяют «Боже мой!» и «Иисусе!».

    — А по-моему, люди главным образом о ней и говорят. Возьми любой фильм, любую популярную песню, любую телепрограмму. Любовь, любовь, любовь. Занимайтесь любовью, а не чаепитием. Всё, что нам нужно — это любовь. Любовь — огромная страна. Любовь загубит мир. — Ну, это всё равно, что заявить, будто они постоянно говорят о вере, потому что то и дело повторяют «Боже мой!» и «Иисусе!».

    — Стивен Фрай · книга
11. «

    Петер, я вас тоже люблю! А теперь убирайтесь к черту!

    Петер, я вас тоже люблю! А теперь убирайтесь к черту!

    — Юлия Кёстер · фильм
12. «

    – В любовном деле у меня полет фантазии не ограничен! – Боюсь представить, на что способна фантазия демона... – На многое, – заверили меня.

    – В любовном деле у меня полет фантазии не ограничен! – Боюсь представить, на что способна фантазия демона... – На многое, – заверили меня.

    — Екатерина Севастьянова · книга
13. «

    «Ты обращаешься со мной так, словно я какой-то там», — говорил он. А она, рассмеявшись смехом вольной самки, отвечала: «Наоборот, словно тебя никакого тут».

    «Ты обращаешься со мной так, словно я какой-то там», — говорил он. А она, рассмеявшись смехом вольной самки, отвечала: «Наоборот, словно тебя никакого тут».

    — Габриэль Гарсиа Маркес · книга
14. «

    Найти достойную квартиру в Нью-Йорке... так же сложно, как и достойного спутника.

    Найти достойную квартиру в Нью-Йорке... так же сложно, как и достойного спутника.

    — Кэрри Брэдшоу · фильм
15. «

    – А любовь? Оливия остановилась на полпути к кухне и повернулась: – Что – любовь? <...> – Вы в нее не верите? – Не так, как другие верят в Бога или добрых фей. Больше похоже на статью в «Нэшнл инкуайрер»: огромный заголовок и скучнейшая история.

    – А любовь? Оливия остановилась на полпути к кухне и повернулась: – Что – любовь? <...> – Вы в нее не верите? – Не так, как другие верят в Бога или добрых фей. Больше похоже на статью в «Нэшнл инкуайрер»: огромный заголовок и скучнейшая история.

    — Джанет Фитч · книга
16. «

    — Видимо, сердцу не прикажешь. — Члену тоже не особо прикажешь.

    — Видимо, сердцу не прикажешь. — Члену тоже не особо прикажешь.

    — Рональд Зеллман · сериал
17. «

    Любовь — это взрывающаяся сигара, которой все мы жадно затягиваемся.

    Любовь — это взрывающаяся сигара, которой все мы жадно затягиваемся.

    — Линда Барри
18. «

    — Доверься мне, — перебил Мэдок. — Ты меня любишь? Я кивнула, словно ребенок, желающий отведать мороженого. — Да. — В смысле, любишь так сильно, что не смогла бы меня убить, если б я превратился в зомби?– продолжал допытываться он с озорным выражением на лице. — Да. — Я засмеялась.

    — Доверься мне, — перебил Мэдок. — Ты меня любишь? Я кивнула, словно ребенок, желающий отведать мороженого. — Да. — В смысле, любишь так сильно, что не смогла бы меня убить, если б я превратился в зомби?– продолжал допытываться он с озорным выражением на лице. — Да. — Я засмеялась.

    — Пенелопа Дуглас · книга
19. «

    — Я же вижу, что нравлюсь ему. Но почему тогда он избегает меня? — посмотрела пристально Фортуна на Роберто, будто от этого зависело, увидит он ее или нет. — Ты слишком женственна, — выпустил Роберто изо рта облако белого дыма. — Разве это плохо? — Нет, не плохо. Но у него нет столько мужества.

    — Я же вижу, что нравлюсь ему. Но почему тогда он избегает меня? — посмотрела пристально Фортуна на Роберто, будто от этого зависело, увидит он ее или нет. — Ты слишком женственна, — выпустил Роберто изо рта облако белого дыма. — Разве это плохо? — Нет, не плохо. Но у него нет столько мужества.

    — Ринат Валиуллин · книга
20. «

    Лают бешено собаки В затухающую даль, Я пришёл к вам в чёрном фраке, Элегантный, как рояль. Было холодно и мокро, Жались тени по углам, Проливали слёзы стекла, Как герои мелодрам. Вы сидели на диване, Походили на портрет. Молча я сжимал в кармане Леденящий пистолет. Расположен книзу дулом Сквозь карман он мог стрелять, Я всё думал, думал, думал — Убивать, не убивать? И от сырости осенней Дрожи я сдержать не мог, Вы упали на колени У моих красивых ног. Выстрел, дым, сверкнуло пламя, Ничего уже не жаль. Я лежал к дверям ногами — Элегантный, как рояль.

    Лают бешено собаки В затухающую даль, Я пришёл к вам в чёрном фраке, Элегантный, как рояль. Было холодно и мокро, Жались тени по углам, Проливали слёзы стекла, Как герои мелодрам. Вы сидели на диване, Походили на портрет. Молча я сжимал в кармане Леденящий пистолет. Расположен книзу дулом Сквозь карман он мог стрелять, Я всё думал, думал, думал — Убивать, не убивать? И от сырости осенней Дрожи я сдержать не мог, Вы упали на колени У моих красивых ног. Выстрел, дым, сверкнуло пламя, Ничего уже не жаль. Я лежал к дверям ногами — Элегантный, как рояль.

    — Геннадий Шпаликов