185 цитат: всё о «Романтичные цитаты о любви»

Собрали 185 цитат на тему «Романтичные цитаты о любви» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Скажи, а сколько пришлось скитаться, Среди туманных миров скитаться Затем, чтоб мы с тобою, мы друг друга нашли? А вдруг прикажет судьба расстаться, Опять прикажет судьба расстаться При свете звёзд на край земли?

   Скажи, а сколько пришлось скитаться, Среди туманных миров скитаться Затем, чтоб мы с тобою, мы друг друга нашли? А вдруг прикажет судьба расстаться, Опять прикажет судьба расстаться При свете звёзд на край земли?

   — принцесса Мелисента · фильм
2. «

   Ваган не написал ей ни одного письма. Вести от него приносили странники: цыгане, торговцы, циркачи, бродяги и собиратели сказок. Ваган каждому встречному путнику говорил: «Передайте Майре, что она моё солнце. Я даже вдалеке греюсь её лучами». Слова как монеты переходили от одного к другому, иногда попадали к скупцам, которые прятали их под землю. «Скажите Майре, что она всегда будет моим Захиром, моей Психеей и моим Сфинксом». Когда кончились деньги, Ваган отрывал позолоченные пуговицы от мундира и вместе с посланием жене отдавал скитальцам. В каждом оазисе женщины пустыни пришивали ему новые пуговицы ― погонщики караванов срезали их с покойников и горстями приносили в оазис. Бедуинки оставляли себе те, что с блестящими камешками. Остальные ― с орлами, звёздами, клятвами — пришивали на кафтаны гостей, пока те в мужских шатрах расплачивались за ночлег историями и новостями.

   Ваган не написал ей ни одного письма. Вести от него приносили странники: цыгане, торговцы, циркачи, бродяги и собиратели сказок. Ваган каждому встречному путнику говорил: «Передайте Майре, что она моё солнце. Я даже вдалеке греюсь её лучами». Слова как монеты переходили от одного к другому, иногда попадали к скупцам, которые прятали их под землю. «Скажите Майре, что она всегда будет моим Захиром, моей Психеей и моим Сфинксом». Когда кончились деньги, Ваган отрывал позолоченные пуговицы от мундира и вместе с посланием жене отдавал скитальцам. В каждом оазисе женщины пустыни пришивали ему новые пуговицы ― погонщики караванов срезали их с покойников и горстями приносили в оазис. Бедуинки оставляли себе те, что с блестящими камешками. Остальные ― с орлами, звёздами, клятвами — пришивали на кафтаны гостей, пока те в мужских шатрах расплачивались за ночлег историями и новостями.

   — Сказки для беспокойных · книга
3. «

   И если когда-то, спустя десять зим, ты встретишь меня в толпе, найдешь меня серым, безликим, пустым, ушедшим в чужую тень, схвати меня крепко, сожми воротник, встряхни меня за плечо, скажи, что я трус, неудачник и псих, брани меня горячо. Заставь меня вспомнить ночной океан, рассветы, ромашки, джаз. Прижми свои губы к холодным губам, заставь меня вспомнить нас.

   И если когда-то, спустя десять зим, ты встретишь меня в толпе, найдешь меня серым, безликим, пустым, ушедшим в чужую тень, схвати меня крепко, сожми воротник, встряхни меня за плечо, скажи, что я трус, неудачник и псих, брани меня горячо. Заставь меня вспомнить ночной океан, рассветы, ромашки, джаз. Прижми свои губы к холодным губам, заставь меня вспомнить нас.
4. «

   Когда иссякает тепло любви, то зажигают костры ненависти.

   Когда иссякает тепло любви, то зажигают костры ненависти.

   — Олег Сергеевич Кривченко · книга
5. «

   Чувства стали крепче валирийской стали, Мы дышали так глубоко, но в один момент перестали.

   Чувства стали крепче валирийской стали, Мы дышали так глубоко, но в один момент перестали.
6. «

   Magic moments, When two hearts are carin'! Magic moments, Memories we've been sharin'...

   Magic moments, When two hearts are carin'! Magic moments, Memories we've been sharin'...
7. «

   — Ты пахнешь утренним солнцем, — вместо пожелания доброго утра сказала я. — Как это? — с сонной улыбкой спросил он. — Приятно, — ответила я. — Приятнее всего. Для меня ничего нет приятнее утреннего солнца. И тебя.

   — Ты пахнешь утренним солнцем, — вместо пожелания доброго утра сказала я. — Как это? — с сонной улыбкой спросил он. — Приятно, — ответила я. — Приятнее всего. Для меня ничего нет приятнее утреннего солнца. И тебя.

   — Анастасия Головачева · книга
8. «

   — Я устала ждать его любви. — Я уверен, он любит тебя! — Возможно, но разве это имеет значение, если не проявлять эту любовь?

   — Я устала ждать его любви. — Я уверен, он любит тебя! — Возможно, но разве это имеет значение, если не проявлять эту любовь?

   — Закари Скар · фильм
9. «

   Придет день, когда ты будешь жалеть, о том, что сделал. Куда ни глянешь, ты будешь видеть меня, Серкан Болат.

   Придет день, когда ты будешь жалеть, о том, что сделал. Куда ни глянешь, ты будешь видеть меня, Серкан Болат.

   — Эда Йылдыз · сериал
10. «

    — Товарищ Максимов, вы по ошибке два раза «люблю» написали. — Почему по ошибке? Это моей жене.

    — Товарищ Максимов, вы по ошибке два раза «люблю» написали. — Почему по ошибке? Это моей жене.

    — телефонистка на почте · фильм
11. «

    Нейтири: — Теперь ты Оматикайя. Можешь сделать лук из Дерева Дома и… выбрать женщину… У нас много славных женщин… Нинат — лучше всех поёт… Джейк Салли: — Мне не нужна Нинат. Нейтири: — Пейрал — хорошая охотница… Джейк Салли: — Да, хорошая. Я знаю… Но я уже выбрал… Теперь она должна выбрать меня. Нейтири: — Она уже выбрала.

    Нейтири: — Теперь ты Оматикайя. Можешь сделать лук из Дерева Дома и… выбрать женщину… У нас много славных женщин… Нинат — лучше всех поёт… Джейк Салли: — Мне не нужна Нинат. Нейтири: — Пейрал — хорошая охотница… Джейк Салли: — Да, хорошая. Я знаю… Но я уже выбрал… Теперь она должна выбрать меня. Нейтири: — Она уже выбрала.

    — Нейтири · фильм
12. «

    Я люблю тебя, даже когда ты больная и ужасно выглядишь.

    Я люблю тебя, даже когда ты больная и ужасно выглядишь.

    — Джейми (писатель) · фильм
13. «

    Пой же, пой. На проклятой гитаре Пальцы пляшут твои вполукруг. Захлебнуться бы в этом угаре, Мой последний, единственный друг. Не гляди на ее запястья И с плечей её льющийся шёлк. Я искал в этой женщине счастья, А нечаянно гибель нашел. Я не знал, что любовь — зараза, Я не знал, что любовь — чума. Подошла и прищуренным глазом Хулигана свела с ума. Пой, мой друг. Навевай мне снова Нашу прежнюю буйную рань. Пусть целует она другова, Молодая, красивая дрянь. Ах, постой. Я её не ругаю. Ах, постой. Я её не кляну. Дай тебе про себя я сыграю Под басовую эту струну. Льётся дней моих розовый купол. В сердце снов золотых сума. Много девушек я перещупал, Много женщин в углу прижимал. Да! есть горькая правда земли, Подсмотрел я ребяческим оком: Лижут в очередь кобели Истекающую суку соком. Так чего ж мне ее ревновать. Так чего ж мне болеть такому. Наша жизнь — простыня да кровать. Наша жизнь — поцелуй да в омут. Пой же, пой! В роковом размахе Этих рук роковая беда. Только знаешь, пошли их на хер… Не умру я, мой друг, никогда.

    Пой же, пой. На проклятой гитаре Пальцы пляшут твои вполукруг. Захлебнуться бы в этом угаре, Мой последний, единственный друг. Не гляди на ее запястья И с плечей её льющийся шёлк. Я искал в этой женщине счастья, А нечаянно гибель нашел. Я не знал, что любовь — зараза, Я не знал, что любовь — чума. Подошла и прищуренным глазом Хулигана свела с ума. Пой, мой друг. Навевай мне снова Нашу прежнюю буйную рань. Пусть целует она другова, Молодая, красивая дрянь. Ах, постой. Я её не ругаю. Ах, постой. Я её не кляну. Дай тебе про себя я сыграю Под басовую эту струну. Льётся дней моих розовый купол. В сердце снов золотых сума. Много девушек я перещупал, Много женщин в углу прижимал. Да! есть горькая правда земли, Подсмотрел я ребяческим оком: Лижут в очередь кобели Истекающую суку соком. Так чего ж мне ее ревновать. Так чего ж мне болеть такому. Наша жизнь — простыня да кровать. Наша жизнь — поцелуй да в омут. Пой же, пой! В роковом размахе Этих рук роковая беда. Только знаешь, пошли их на хер… Не умру я, мой друг, никогда.

    — Сергей Александрович Есенин
14. «

    А знаешь, что меня больше всего пугает? Желание отдавать, я хочу отдать тебе все, даже не знаю, что именно, но я хочу, чтобы ты все забрал.

    А знаешь, что меня больше всего пугает? Желание отдавать, я хочу отдать тебе все, даже не знаю, что именно, но я хочу, чтобы ты все забрал.

    — Ниа (носитель синдрома «SOS») · фильм
15. «

    — Я люблю тебя, Пенни! Я всегда любил тебя! Прости. Я люблю тебя! — Я люблю тебя!

    — Я люблю тебя, Пенни! Я всегда любил тебя! Прости. Я люблю тебя! — Я люблю тебя!

    — Десмонд Хьюм · сериал
16. «

    You're the one that I want Oo-oo-oo, honey The one that I want Oo-oo-oo, honey The one that I want Oo-oo-oo, the one I need

    You're the one that I want Oo-oo-oo, honey The one that I want Oo-oo-oo, honey The one that I want Oo-oo-oo, the one I need
17. «

    — Чак Басс романтик! Кто бы знал? — Теперь ты знаешь. Это главное.

    — Чак Басс романтик! Кто бы знал? — Теперь ты знаешь. Это главное.

    — Блэр Уолдорф (Blair Waldorf) · сериал
18. «

    Я с тобой — герой! Я с тобой — ковбой! Я с тобой, — я твой! Защитить смогу тебя, Я смогу ты верь, всё смогу теперь, Ты поверь в меня. Тома, я люблю тебя! Тома, Тома — выходи из дома, Тома, Тома — я страдаю, Тома... Тома, Тома — выходи из дома, Тома, Тома — я страдаю, Тома...

    Я с тобой — герой! Я с тобой — ковбой! Я с тобой, — я твой! Защитить смогу тебя, Я смогу ты верь, всё смогу теперь, Ты поверь в меня. Тома, я люблю тебя! Тома, Тома — выходи из дома, Тома, Тома — я страдаю, Тома... Тома, Тома — выходи из дома, Тома, Тома — я страдаю, Тома...
19. «

    Милая, давай не пойдём домой. Как в первый раз, будем слушать прибой И словно капли сливаться с водой. Ты моя соль, моя сладкая соль.

    Милая, давай не пойдём домой. Как в первый раз, будем слушать прибой И словно капли сливаться с водой. Ты моя соль, моя сладкая соль.
20. «

    Она клала голову ему на грудь, и они вели тихую беседу о любви и смерти. В мыслях и речах, даже в желаниях своих и надеждах оба невольно всё более отдалялись от жизни и утрачивали чувство действительности. Оба походили на людей, которые, отчалив на судне от суши, теряют из вида берег и медленно погружаются в бесконечность.

    Она клала голову ему на грудь, и они вели тихую беседу о любви и смерти. В мыслях и речах, даже в желаниях своих и надеждах оба невольно всё более отдалялись от жизни и утрачивали чувство действительности. Оба походили на людей, которые, отчалив на судне от суши, теряют из вида берег и медленно погружаются в бесконечность.

    — Генрик Сенкевич · книга