110 цитат по теме «Трогательные цитаты о любви» без воды

Тема «Трогательные цитаты о любви» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 110 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Я тебе в этой жизни обязан За мальчишку, за много вперед Я к тебе так сильно привязан Что ни что нас уже не порвёт.

   Я тебе в этой жизни обязан За мальчишку, за много вперед Я к тебе так сильно привязан Что ни что нас уже не порвёт.

   — Евгений Александрович Горюнов
2. «

   Любить лишь можно только раз, Вот оттого ты мне чужая...

   Любить лишь можно только раз, Вот оттого ты мне чужая...

   — Сергей Александрович Есенин
3. «

   I don't wanna look at anything else now that I saw you I don't wanna think of anything else now that I thought of you I've been sleeping so long in a 20-year dark night And now I see daylight, I only see daylight.

   I don't wanna look at anything else now that I saw you I don't wanna think of anything else now that I thought of you I've been sleeping so long in a 20-year dark night And now I see daylight, I only see daylight.
4. «

   – Люди любят друг друга, а потом перестают. Отчего? – Это от глупости. А мы с тобой люди умные.

   – Люди любят друг друга, а потом перестают. Отчего? – Это от глупости. А мы с тобой люди умные.

   — Зося Кнушевицкая · фильм
5. «

   – Ты когда-нибудь задумывалась, о чём «Сказка о рыбаке и рыбке»? – спросил меня Тимур. – А чего же тут задумываться? – удивилась я. – Это сказка о жадности и алчности. Этой же старухе всё было мало и мало… Я подняла голову и посмотрела на Тимура. В тусклом подъездном свете его лицо казалось смуглым и усталым. Макеев улыбнулся. – Ты только представь, как сильно старик любил свою сварливую, жадную старуху, что готов был ради неё на всё? Нет, Наташа, это сказка о любви. Я замолчала. Никогда не задумывалась о смысле сказки с этой точки зрения. Хотя, с другой стороны, почему бы и нет? Сколько дед прожил со своею старухою? И всё равно любил её, несмотря ни на что. – Никогда об этом не думала, – честно сказала я. – А ты всё объясняешь любовью? – Нет. Я вижу её только там, где она есть.

   – Ты когда-нибудь задумывалась, о чём «Сказка о рыбаке и рыбке»? – спросил меня Тимур. – А чего же тут задумываться? – удивилась я. – Это сказка о жадности и алчности. Этой же старухе всё было мало и мало… Я подняла голову и посмотрела на Тимура. В тусклом подъездном свете его лицо казалось смуглым и усталым. Макеев улыбнулся. – Ты только представь, как сильно старик любил свою сварливую, жадную старуху, что готов был ради неё на всё? Нет, Наташа, это сказка о любви. Я замолчала. Никогда не задумывалась о смысле сказки с этой точки зрения. Хотя, с другой стороны, почему бы и нет? Сколько дед прожил со своею старухою? И всё равно любил её, несмотря ни на что. – Никогда об этом не думала, – честно сказала я. – А ты всё объясняешь любовью? – Нет. Я вижу её только там, где она есть.

   — Ася Лавринович · книга
6. «

   Ты так и не услышала от меня, насколько красив твой смех. Не узнала, как ярко блестят твои глаза, когда ты загораешься новой идеей. Я так и не сказал, что во время боя с мутантами шепчу не молитву… а твоё имя.

   Ты так и не услышала от меня, насколько красив твой смех. Не узнала, как ярко блестят твои глаза, когда ты загораешься новой идеей. Я так и не сказал, что во время боя с мутантами шепчу не молитву… а твоё имя.

   — Матей · игра
7. «

   Нет ничего более подлинно художественного, чем любить людей.

   Нет ничего более подлинно художественного, чем любить людей.

   — Винсент Ван Гог
8. «

   Уве, по общему мнению, видел всё в чёрно-белом цвете. Она раскрасила его мир. Дала ему остальные краски.

   Уве, по общему мнению, видел всё в чёрно-белом цвете. Она раскрасила его мир. Дала ему остальные краски.

   — Фредрик Бакман · книга
9. «

   After all, I fell in love a long time ago. In one like you.

   After all, I fell in love a long time ago. In one like you.
10. «

    Здесь без тебя так пусто, я разрываюсь в клочья Так по тебе тоскую, не подобрать слова.

    Здесь без тебя так пусто, я разрываюсь в клочья Так по тебе тоскую, не подобрать слова.
11. «

    Вы пришли слишком поздно. Да, вы опоздали, Евгений. <...> Я Вас люблю, но я другому отдана..

    Вы пришли слишком поздно. Да, вы опоздали, Евгений. <...> Я Вас люблю, но я другому отдана..

    — Татьяна Ларина · фильм
12. «

    Я не собака и не змея, чтобы кусать, когда научился любить.

    Я не собака и не змея, чтобы кусать, когда научился любить.

    — Джозеф Редьярд Киплинг · книга
13. «

    Рурк: — Что вы с ней сделали? Где Дейден? Селена: — Кто это — Дейден? Дейден: — Гамильтон... Гамильтон. Это я... Твоя Дейден. Селена: — О! Прелесно! Моя машина убийца — твоя возлюбленная... Дейден: — Избавь меня... Если любил... Убей меня... Пока я не потеряла контроль...

    Рурк: — Что вы с ней сделали? Где Дейден? Селена: — Кто это — Дейден? Дейден: — Гамильтон... Гамильтон. Это я... Твоя Дейден. Селена: — О! Прелесно! Моя машина убийца — твоя возлюбленная... Дейден: — Избавь меня... Если любил... Убей меня... Пока я не потеряла контроль...

    — Рурк · игра
14. «

    Уходя от нее к лифту, я подумал о том, что никогда прежде не встречал такого совершенного противника. Безошибочно заточенного под все мои слабости.

    Уходя от нее к лифту, я подумал о том, что никогда прежде не встречал такого совершенного противника. Безошибочно заточенного под все мои слабости.

    — Катерина Юн · книга
15. «

    Глупенькая… думаешь, ты забрала у меня свободу? Нет. Ты подарила мне крылья. Один твой взгляд дарит мне столько счастья, что я не нашёл бы за годы скитаний.

    Глупенькая… думаешь, ты забрала у меня свободу? Нет. Ты подарила мне крылья. Один твой взгляд дарит мне столько счастья, что я не нашёл бы за годы скитаний.

    — Калеб Арно · игра
16. «

    Впрочем, есть и гордость — гордость, что он всё сделал сам. Что у дочери столько упорства и любопытства. Быть отцом такого сильного существа — значит учиться смирению. Как будто ты — лишь тоненький проводок для чего-то куда более значительного. Так он и ощущает себя сейчас, стоя на коленях рядом с ванной и ополаскивая дочери волосы: словно любовь к ней рвётся за пределы его тела. Стены могут рухнуть, даже целый город, а яркость этого чувства не померкнет.

    Впрочем, есть и гордость — гордость, что он всё сделал сам. Что у дочери столько упорства и любопытства. Быть отцом такого сильного существа — значит учиться смирению. Как будто ты — лишь тоненький проводок для чего-то куда более значительного. Так он и ощущает себя сейчас, стоя на коленях рядом с ванной и ополаскивая дочери волосы: словно любовь к ней рвётся за пределы его тела. Стены могут рухнуть, даже целый город, а яркость этого чувства не померкнет.

    — Энтони Дорр · книга
17. «

    — Кто обидел тебя? Скажи, на куски разорву. — Меня бы лучше разорвал. Хоть тогда я покой обрету. — Разве можно так? Сердце кровью обливается. Мне больно, когда ты пальчик поранишь.

    — Кто обидел тебя? Скажи, на куски разорву. — Меня бы лучше разорвал. Хоть тогда я покой обрету. — Разве можно так? Сердце кровью обливается. Мне больно, когда ты пальчик поранишь.

    — Гюль-ага · сериал
18. «

    Мои мысли всегда сплетаются к тебе, словно птицы, которые спешат на юг поближе к солнцу. И я всегда стремлюсь быть рядом.

    Мои мысли всегда сплетаются к тебе, словно птицы, которые спешат на юг поближе к солнцу. И я всегда стремлюсь быть рядом.

    — Куана · игра
19. «

    Со временем боль отступает, словно приходит наркоз, и ты понимаешь, какое же это счастье — прожить жизнь с любимым человеком. Ты прорастаешь в него, ты ощущаешь его муку, его надрыв. Ты платишь за него, но зато ты уже больше никогда не останешься одна. Даже если поначалу боль потери кажется невыносимой. Любовь спасает даже после смерти.

    Со временем боль отступает, словно приходит наркоз, и ты понимаешь, какое же это счастье — прожить жизнь с любимым человеком. Ты прорастаешь в него, ты ощущаешь его муку, его надрыв. Ты платишь за него, но зато ты уже больше никогда не останешься одна. Даже если поначалу боль потери кажется невыносимой. Любовь спасает даже после смерти.

    — Антонина Шуранова
20. «

    … для Сони Уве не был ни угловатым, ни угрюмым, ни резким. В её глазах он остался тем, кто подарил ей чуть примятые розовые цветы, когда они впервые пошли в ресторан. И ещё она запомнила кургузый отцовский пиджачок, который топорщился на его широких, чуть сутулых плечах. И ту пылкость, с какой он защищал справедливость, порядочность и кропотливый труд, мир, в котором белое должно быть белым. Не ради наград и дипломов, не ради одобрительного похлопывания по спине. Не так уж много осталось на свете таких мужчин, решила Соня. И потому ухватилась за него. Ну, не писал он ей стихов, не пел серенад, не осыпал дорогими подарками. Но кто бы другой столько месяцев изо дня в день по стольку часов катался не в ту сторону, просто чтобы сидеть рядом с ней и слушать, что она говорит.

    … для Сони Уве не был ни угловатым, ни угрюмым, ни резким. В её глазах он остался тем, кто подарил ей чуть примятые розовые цветы, когда они впервые пошли в ресторан. И ещё она запомнила кургузый отцовский пиджачок, который топорщился на его широких, чуть сутулых плечах. И ту пылкость, с какой он защищал справедливость, порядочность и кропотливый труд, мир, в котором белое должно быть белым. Не ради наград и дипломов, не ради одобрительного похлопывания по спине. Не так уж много осталось на свете таких мужчин, решила Соня. И потому ухватилась за него. Ну, не писал он ей стихов, не пел серенад, не осыпал дорогими подарками. Но кто бы другой столько месяцев изо дня в день по стольку часов катался не в ту сторону, просто чтобы сидеть рядом с ней и слушать, что она говорит.

    — Фредрик Бакман · книга