50 цитат на тему «любовь к жизни»

50 цитат про «любовь к жизни»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Солнце, мне кажется, ты устало светить, Солнце, мне кажется, ты просто устало... Ляг скорей в облака, отдохни, Я поправлю тебе одеяло.

   Солнце, мне кажется, ты устало светить, Солнце, мне кажется, ты просто устало... Ляг скорей в облака, отдохни, Я поправлю тебе одеяло.
2. «

   …Эта радость была как ощущение, что что-то меняется, что-то происходит. Возможно, это глубокое доверие динамике жизни как большой движущей силе, непременно приводящей туда, куда и нужно на самом деле, вне зависимости от того, какой путь проделан и в каких условиях. Пластичный мозг «alien in New York».

   …Эта радость была как ощущение, что что-то меняется, что-то происходит. Возможно, это глубокое доверие динамике жизни как большой движущей силе, непременно приводящей туда, куда и нужно на самом деле, вне зависимости от того, какой путь проделан и в каких условиях. Пластичный мозг «alien in New York».

   — Куда я смотрю во время грозы · книга
3. «

   Я надеюсь, что каждый рано или поздно осознает, как важно беречь внутренний мир других, не топтаться в нем в грязных ботинках, не бросать окурки, не плевать в самое дорогое. В человеке должен быть своеобразный фильтр, через который нужно пропускать все мысли, прежде чем их озвучивать. Негатив – в сторону, как кофейную гущу, а вот чистый, крепкий, бодрящий напиток положительной энергии уже можно аккуратно разливать по хрупким фарфоровым чашечкам людских душ.

   Я надеюсь, что каждый рано или поздно осознает, как важно беречь внутренний мир других, не топтаться в нем в грязных ботинках, не бросать окурки, не плевать в самое дорогое. В человеке должен быть своеобразный фильтр, через который нужно пропускать все мысли, прежде чем их озвучивать. Негатив – в сторону, как кофейную гущу, а вот чистый, крепкий, бодрящий напиток положительной энергии уже можно аккуратно разливать по хрупким фарфоровым чашечкам людских душ.

   — Александра Макарова · книга
4. «

   — Рио, как тебе удается так страстно жить?! — Неужели непонятно, Учитель? Потому что я встретила Вас. Вы подарили мне свет.

   — Рио, как тебе удается так страстно жить?! — Неужели непонятно, Учитель? Потому что я встретила Вас. Вы подарили мне свет.

   — Рио Одзава (Rio Ozawa) · фильм
5. «

   Я люблю жизнь, как птица любит воздух, рассекаемый ее легкими крыльями. Я люблю жизнь, как цветок любит солнечный луч, каплю росы, брызги дождя и собственную душистую цветочную чашечку. Я люблю жизнь, как тот, кого любят, мучают, но любят, любят. И в течение жизни, которая знала величайшие трудности, я не раз испытывал предельную боль, телесную и душевную, но никогда я не мог разлюбить жизнь, и ощущаю ее как нечто глубокое, красивое и предназначенное. И смерть была близко около меня несколько раз в жизни, но она прошла, лишь коснувшись меня и не задев.

   Я люблю жизнь, как птица любит воздух, рассекаемый ее легкими крыльями. Я люблю жизнь, как цветок любит солнечный луч, каплю росы, брызги дождя и собственную душистую цветочную чашечку. Я люблю жизнь, как тот, кого любят, мучают, но любят, любят. И в течение жизни, которая знала величайшие трудности, я не раз испытывал предельную боль, телесную и душевную, но никогда я не мог разлюбить жизнь, и ощущаю ее как нечто глубокое, красивое и предназначенное. И смерть была близко около меня несколько раз в жизни, но она прошла, лишь коснувшись меня и не задев.

   — Константин Дмитриевич Бальмонт · книга
6. «

   Если однажды вам придется выбирать между всем миром и любовью, помните: если вы выберете мир, то останетесь без любви, а если выберете любовь, то сможете завоевать весь мир.

   Если однажды вам придется выбирать между всем миром и любовью, помните: если вы выберете мир, то останетесь без любви, а если выберете любовь, то сможете завоевать весь мир.

   — Альберт Эйнштейн
7. «

   Что касается жизнелюбия: большинство людей все же – жизнелюбы, если, конечно, они в своем уме, не находятся под ударом страшного объективного горя и не собираются в ближайшее время сводить с жизнью счеты. И всех нас питает любовь к близким, к каким-то мелким личным удовольствиям: тут и планы на будущее, и тьма желаний и устремлений… Да вы и сами знаете – жизнь штука увлекательная.

   Что касается жизнелюбия: большинство людей все же – жизнелюбы, если, конечно, они в своем уме, не находятся под ударом страшного объективного горя и не собираются в ближайшее время сводить с жизнью счеты. И всех нас питает любовь к близким, к каким-то мелким личным удовольствиям: тут и планы на будущее, и тьма желаний и устремлений… Да вы и сами знаете – жизнь штука увлекательная.

   — Дина Рубина · книга
8. «

   И в далеком прошлом, когда народы были теснее ввязаны с христианством, а своих владык называли помазанниками Божиими, все было точно так же, как сегодня, когда очевиден отход от христианства. Мне кажется, человек обречен делать больше зла, чем добра. Любовь к ближнему — это высочайший идеал на земле.

   И в далеком прошлом, когда народы были теснее ввязаны с христианством, а своих владык называли помазанниками Божиими, все было точно так же, как сегодня, когда очевиден отход от христианства. Мне кажется, человек обречен делать больше зла, чем добра. Любовь к ближнему — это высочайший идеал на земле.

   — Владислав Шпильман · книга
9. «

   Каждый цветок станет страницей Священного Писания, если душа научится любить.

   Каждый цветок станет страницей Священного Писания, если душа научится любить.

   — Сан Лайт · книга
10. «

    Большинство заводит детей, когда спадает их собственный энтузиазм по отношению к жизни. Ребёнок позволяет нам снова пережить радостное возбуждение, которое мы когда-то чувствовали из-за… да из-за всего! А через поколение наш энтузиазм подпитывают внуки. Воспроизводство — этакая инъекция омоложения, которая не даёт людям утратить любовь к жизни.

    Большинство заводит детей, когда спадает их собственный энтузиазм по отношению к жизни. Ребёнок позволяет нам снова пережить радостное возбуждение, которое мы когда-то чувствовали из-за… да из-за всего! А через поколение наш энтузиазм подпитывают внуки. Воспроизводство — этакая инъекция омоложения, которая не даёт людям утратить любовь к жизни.

    — Чак Паланик · книга
11. «

    Если я не стою, ничего не стою - Так тому и быть. Нечего терять мне, на кого менять мне, Нечего забыть. Может я не прав, не прав, не прав. Не туда зашел. Я люблю тебя, жизнь, я люблю тебя и Это хорошо!

    Если я не стою, ничего не стою - Так тому и быть. Нечего терять мне, на кого менять мне, Нечего забыть. Может я не прав, не прав, не прав. Не туда зашел. Я люблю тебя, жизнь, я люблю тебя и Это хорошо!
12. «

    Петь и танцевать, оберегать хороших людей и помогать им просто так. Жить, любить свою дорогу, каждый шаг по ней...

    Петь и танцевать, оберегать хороших людей и помогать им просто так. Жить, любить свою дорогу, каждый шаг по ней...

    — Мария Фариса
13. «

    Они были домом друг друга. Они были друг другу крепостью, защищающей самое алое. Два змея в своем бессмертье коллекционирующие драгоценные блестяшки прекрасных моментов, но имеющие по-настоящему лишь одно сокровище – уязвимость брата. И оба бесстрашны, оба требуют с себя бесстрашия, но, когда они вместе, оно случается с ними столь непринужденно – потому что самое алое отдано в верные, горячие, золотые ладони существа, что будет с тобой сквозь концы концов и начала начал – брата, что идет за тобой шаг в шаг дальше предела.

    Они были домом друг друга. Они были друг другу крепостью, защищающей самое алое. Два змея в своем бессмертье коллекционирующие драгоценные блестяшки прекрасных моментов, но имеющие по-настоящему лишь одно сокровище – уязвимость брата. И оба бесстрашны, оба требуют с себя бесстрашия, но, когда они вместе, оно случается с ними столь непринужденно – потому что самое алое отдано в верные, горячие, золотые ладони существа, что будет с тобой сквозь концы концов и начала начал – брата, что идет за тобой шаг в шаг дальше предела.

    — Франц Вертфоллен · книга
14. «

    Погода была неожиданно солнечная, обещающая, что через месяц-полтора можно будет уже ждать первого тепла, первых вернувшихся птиц. Людям, живущим в наших краях, привычно состояние ожидание тепла и перемен к лучшему, пусть и не навсегда. И я такая же, я здесь родилась, здесь и буду жить всю жизнь. Мне нравится резкая смен времен года, нравится холодная долгая зима, нравится осень, уносящая все краски и радости лета, нравится долгий, неторопливый приход весны, нравится короткое яркое лето... Я люблю эту землю, я сделала для себя такой вывод. «Потому что иной не видал», — как писал Мандельштам? Не знаю... Может быть, поэтому. А может быть, потому что родная. Жаль, что со мной никто никогда об этом не разговаривал.

    Погода была неожиданно солнечная, обещающая, что через месяц-полтора можно будет уже ждать первого тепла, первых вернувшихся птиц. Людям, живущим в наших краях, привычно состояние ожидание тепла и перемен к лучшему, пусть и не навсегда. И я такая же, я здесь родилась, здесь и буду жить всю жизнь. Мне нравится резкая смен времен года, нравится холодная долгая зима, нравится осень, уносящая все краски и радости лета, нравится долгий, неторопливый приход весны, нравится короткое яркое лето... Я люблю эту землю, я сделала для себя такой вывод. «Потому что иной не видал», — как писал Мандельштам? Не знаю... Может быть, поэтому. А может быть, потому что родная. Жаль, что со мной никто никогда об этом не разговаривал.

    — Наталия Терентьева · книга
15. «

    Я люблю свою профессию, но если бы ее у меня отняли, я с удовольствием занялся бы чем-нибудь еще. Поработал бы в театре или сидел бы дома и писал. А может, просто бездельничал бы, и тоже с удовольствием. Вставал бы утром, гулял, шел в музей или в кино, потом возвращался бы к себе, общался с женой, смотрел бейсбол по телевизору. Не так уж плохо, верно?

    Я люблю свою профессию, но если бы ее у меня отняли, я с удовольствием занялся бы чем-нибудь еще. Поработал бы в театре или сидел бы дома и писал. А может, просто бездельничал бы, и тоже с удовольствием. Вставал бы утром, гулял, шел в музей или в кино, потом возвращался бы к себе, общался с женой, смотрел бейсбол по телевизору. Не так уж плохо, верно?

    — Вуди Аллен
16. «

    Я была несчастлива не потому, что не имела нормального заработка в своей жизни, не потому, что у меня не было мужчины, — деньги приходят к тебе, если ты не сидишь сложа руки, мужчины тоже приходят, если ты пока ещё молода и хороша собой. Но есть нечто, действующее не извне, а изнутри тебя. Это особое состояние души — оно либо твой самый лучший друг, какой выручит из любой напасти, либо твой наихудший враг, какой только и ждёт, чтобы в очередной раз выбросить тебя за борт в бушующее море. Я была несчастлива потому, что не любила свою жизнь, себя в ней, весь мой мир, в котором несвобода, несчастье, неблагополучие — как норма. Живи и страдай, ибо вот: жизнь и есть страдание сама по себе, ярмо, которое нужно пронести до конца. А там, на небесах, всё будет хорошо. Если только Господь не упечёт тебя в ад за твои земные грешки.

    Я была несчастлива не потому, что не имела нормального заработка в своей жизни, не потому, что у меня не было мужчины, — деньги приходят к тебе, если ты не сидишь сложа руки, мужчины тоже приходят, если ты пока ещё молода и хороша собой. Но есть нечто, действующее не извне, а изнутри тебя. Это особое состояние души — оно либо твой самый лучший друг, какой выручит из любой напасти, либо твой наихудший враг, какой только и ждёт, чтобы в очередной раз выбросить тебя за борт в бушующее море. Я была несчастлива потому, что не любила свою жизнь, себя в ней, весь мой мир, в котором несвобода, несчастье, неблагополучие — как норма. Живи и страдай, ибо вот: жизнь и есть страдание сама по себе, ярмо, которое нужно пронести до конца. А там, на небесах, всё будет хорошо. Если только Господь не упечёт тебя в ад за твои земные грешки.

    — Генрих и Ксения Корн · книга
17. «

    Вся экстремальная активность – это дань уважения жизни. Ведь, как можно сказать своей жизни «я люблю тебя», если всю её вылежал на диване?

    Вся экстремальная активность – это дань уважения жизни. Ведь, как можно сказать своей жизни «я люблю тебя», если всю её вылежал на диване?

    — Дэн Осман
18. «

    Рассуждать о страхе смерти, пока куришь эти сиги, Но я благодарен Богу, что я ща не в той Вселенной, где мы все погибли.

    Рассуждать о страхе смерти, пока куришь эти сиги, Но я благодарен Богу, что я ща не в той Вселенной, где мы все погибли.
19. «

    Живи, пока играет музыка, танцуй, Свободной птицей по миру лети.

    Живи, пока играет музыка, танцуй, Свободной птицей по миру лети.
20. «

    Где брать силы, чтобы пережить все? Друг в друге. В этом небе, одном на всех. В Боге, даже если в него невозможно до конца поверить. В летнем бесконечном вечере, когда долго-долго еще виден свет давно скрывшегося за горизонтом солнца.

    Где брать силы, чтобы пережить все? Друг в друге. В этом небе, одном на всех. В Боге, даже если в него невозможно до конца поверить. В летнем бесконечном вечере, когда долго-долго еще виден свет давно скрывшегося за горизонтом солнца.

    — Наталия Терентьева · книга