77 цитат про «мат», проверенных временем

Тема «мат» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 77 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Графиня, вы – приличная дама, материтесь по-французски.

   Графиня, вы – приличная дама, материтесь по-французски.

   — Лев Толстой · фильм
2. «

   — Х-хорошо. Расстроился ли ты, Заяц, когда приняли закон о запрете на мат? — Мне закон не писан.

   — Х-хорошо. Расстроился ли ты, Заяц, когда приняли закон о запрете на мат? — Мне закон не писан.

   — Регина Тодоренко
3. «

   — Просто ты никогда не рассказывала о своей семье. — Просто я не люблю материться.

   — Просто ты никогда не рассказывала о своей семье. — Просто я не люблю материться.

   — Света · фильм
4. «

   Язык английский — ступенька для карьеры, а матерный — лекарство для души.

   Язык английский — ступенька для карьеры, а матерный — лекарство для души.
5. «

   Многие вот так игнорируют мат, говорят: «Нет, не буду материться». А потом, хуяк ситуация, а у него и слов нет.

   Многие вот так игнорируют мат, говорят: «Нет, не буду материться». А потом, хуяк ситуация, а у него и слов нет.

   — Сергей Шнуров
6. «

   Лучше быть хорошим человеком, «ругающимся матом», чем тихой, воспитанной тварью.

   Лучше быть хорошим человеком, «ругающимся матом», чем тихой, воспитанной тварью.

   — Фаина Раневская
7. «

   Тут хорошо вовремя про Бунина ввернуть, Ивана Алексеевича, великого стилиста, который был собирателем и грамотным «пользователем» ненормативной, как жеманно сейчас выражаются, лексики. Однажды в Париже он на такси куда-то опаздывал и, сидя позади шофера, в ярости страшно матерился. Шофер, из русских офицеров, слушал-слушал, наконец оборачивается и говорит: «Ну, вот что, господин хороший! Я пять лет на флоте прослужил, но такого мне слышать еще не приходилось!» На что Бунин воскликнул: «А вы как полагали, милостивый государь! Я – почетный член Русской академии изящной словесности!»

   Тут хорошо вовремя про Бунина ввернуть, Ивана Алексеевича, великого стилиста, который был собирателем и грамотным «пользователем» ненормативной, как жеманно сейчас выражаются, лексики. Однажды в Париже он на такси куда-то опаздывал и, сидя позади шофера, в ярости страшно матерился. Шофер, из русских офицеров, слушал-слушал, наконец оборачивается и говорит: «Ну, вот что, господин хороший! Я пять лет на флоте прослужил, но такого мне слышать еще не приходилось!» На что Бунин воскликнул: «А вы как полагали, милостивый государь! Я – почетный член Русской академии изящной словесности!»

   — Дина Рубина · книга
8. «

   Я встречалась с русским хакером, но помню только ругательства.

   Я встречалась с русским хакером, но помню только ругательства.

   — Дейзи «Скай» Джонсон (Daisy «Skye» Johnson) · сериал
9. «

   Кто бы сейчас прочёл мои мысли, покраснел бы от наличия там нецензурных браных выражений.

   Кто бы сейчас прочёл мои мысли, покраснел бы от наличия там нецензурных браных выражений.

   — Мария Свешникова · книга
10. «

    Без мата в этой стране ничего не делается, ни хорошего дела, ни плохого.

    Без мата в этой стране ничего не делается, ни хорошего дела, ни плохого.

    — Андрей Белянин · книга
11. «

    Мат — это язык демонов!

    Мат — это язык демонов!
12. «

    Действительно, музей — это замечательное место для съёмки, и когда зашел разговор о Плисецкой, то я подумал, что хорошо было бы снять её в Эрмитаже. Но Майе не подходит Эрмитаж, она не женщина XVIII века, её надо снимать в другом интерьере, и тогда мне пришло в голову сделать это в Пушкинском музее. <...> Меня не так пугал разговор, как то, что я должен двигаться — по длинной лестнице о трёх маршах, долго идти с великой танцовщицей, которая движением может выразить всё, но мне помочь не может. Мгновение съёмки приближается. Наконец команда: «Мотор!» Мы пошли. Я ужасно волновался, однако чувствую, что Майя Михайловна идёт так, как надо, — она это умеет и делает лучше всех. Я уже смелее иду рядом и веду так называемую непринужденную беседу. К счастью, звук не записывался, только проход. Мы доходим до середины лестницы, и вдруг — «Стоп!» Нас остановили: из бокового входа появилась уборщица с ведром и веником. Кадр был нарушен. Нас вернули на исходную позицию, все были расстроены: съёмка начинается с накладки. Надо идти снова, теперь нам уже легче и у нас есть о чём поговорить. Майя мне рассказывает, что аналогичная история у нее была на съемках фильма в русской деревне. Режиссером был француз. Во время съемок на заднем плане появился некий незапланированный персонаж. Режиссер остановил камеру и попросил через переводчика сказать, что, мол, прошу господина на заднем плане покинуть съёмочную площадку. Переводчик через громкую связь это объявляет — ноль внимания. Режиссер вновь настоятельно просит господина покинуть площадку. Снова ноль внимания. Тем временем мы продолжаем подниматься наверх, мы уже совсем близко от камеры. Тогда переводчик берет дело на себя, и говорит: «Эй ты там, иди отсюда на…» — и это мне Майя рассказывает громко, чётко артикулируя. Я к ней поворачиваюсь и говорю: «Знаете, Майя, один процент наших зрителей — глухонемые, которые умеют читать по губам…» И под эту реплику мы вышли из кадра. Этот кадр так и поставили в передачу, и мы получили десятки писем от глухонемых: «Как вы разрешили Майе Плисецкой так выражаться на Центральном телевидении!»

    Действительно, музей — это замечательное место для съёмки, и когда зашел разговор о Плисецкой, то я подумал, что хорошо было бы снять её в Эрмитаже. Но Майе не подходит Эрмитаж, она не женщина XVIII века, её надо снимать в другом интерьере, и тогда мне пришло в голову сделать это в Пушкинском музее. <...> Меня не так пугал разговор, как то, что я должен двигаться — по длинной лестнице о трёх маршах, долго идти с великой танцовщицей, которая движением может выразить всё, но мне помочь не может. Мгновение съёмки приближается. Наконец команда: «Мотор!» Мы пошли. Я ужасно волновался, однако чувствую, что Майя Михайловна идёт так, как надо, — она это умеет и делает лучше всех. Я уже смелее иду рядом и веду так называемую непринужденную беседу. К счастью, звук не записывался, только проход. Мы доходим до середины лестницы, и вдруг — «Стоп!» Нас остановили: из бокового входа появилась уборщица с ведром и веником. Кадр был нарушен. Нас вернули на исходную позицию, все были расстроены: съёмка начинается с накладки. Надо идти снова, теперь нам уже легче и у нас есть о чём поговорить. Майя мне рассказывает, что аналогичная история у нее была на съемках фильма в русской деревне. Режиссером был француз. Во время съемок на заднем плане появился некий незапланированный персонаж. Режиссер остановил камеру и попросил через переводчика сказать, что, мол, прошу господина на заднем плане покинуть съёмочную площадку. Переводчик через громкую связь это объявляет — ноль внимания. Режиссер вновь настоятельно просит господина покинуть площадку. Снова ноль внимания. Тем временем мы продолжаем подниматься наверх, мы уже совсем близко от камеры. Тогда переводчик берет дело на себя, и говорит: «Эй ты там, иди отсюда на…» — и это мне Майя рассказывает громко, чётко артикулируя. Я к ней поворачиваюсь и говорю: «Знаете, Майя, один процент наших зрителей — глухонемые, которые умеют читать по губам…» И под эту реплику мы вышли из кадра. Этот кадр так и поставили в передачу, и мы получили десятки писем от глухонемых: «Как вы разрешили Майе Плисецкой так выражаться на Центральном телевидении!»

    — Сергей Петрович Капица · книга
13. «

    …Хороших и плохих слов не бывает самих по себе. Что хорошими или плохими они становятся только в контексте высказывания и полностью зависят от мотивации их употребления, от их порядка, от интонации фразы в целом и, главное, от намерения говорящего или пишущего. В бытовой речи существует такая устойчивая формула, как «ругаться матом». Но ругаются далеко не только матом, а матом далеко не всегда ругаются.

    …Хороших и плохих слов не бывает самих по себе. Что хорошими или плохими они становятся только в контексте высказывания и полностью зависят от мотивации их употребления, от их порядка, от интонации фразы в целом и, главное, от намерения говорящего или пишущего. В бытовой речи существует такая устойчивая формула, как «ругаться матом». Но ругаются далеко не только матом, а матом далеко не всегда ругаются.

    — Лев Семёнович Рубинштейн · книга
14. «

    При этом они ругали нас не обычными безобидными ругательствами, а длинными, тщательно продуманными, всеобъемлющими проклятиями, которые охватывали весь наш жизненный путь, уводили в отдаленное будущее и затрагивали всех наших родных и все, что было связано с нами. Это были добротные, основательные ругательства.

    При этом они ругали нас не обычными безобидными ругательствами, а длинными, тщательно продуманными, всеобъемлющими проклятиями, которые охватывали весь наш жизненный путь, уводили в отдаленное будущее и затрагивали всех наших родных и все, что было связано с нами. Это были добротные, основательные ругательства.

    — Джером Клапка Джером · книга
15. «

    Матерная речь — это чаще всего острая форма выражения тупых мыслей.

    Матерная речь — это чаще всего острая форма выражения тупых мыслей.

    — Стас Янковский
16. «

    09:00. Все, сегодня не пью кофе, не ем сладкого и не матерюсь! 17:00. ... твою мать!!! Конфета в кофе упала!

    09:00. Все, сегодня не пью кофе, не ем сладкого и не матерюсь! 17:00. ... твою мать!!! Конфета в кофе упала!
17. «

    Я восхищен его жаГгоном: не сказал ни одного мата, а какая энеГгетика!

    Я восхищен его жаГгоном: не сказал ни одного мата, а какая энеГгетика!

    — Андрей Ракута · книга
18. «

    Вот только отвыкнуть бы материться — И можно сразу рожать ребёнка.

    Вот только отвыкнуть бы материться — И можно сразу рожать ребёнка.

    — Яшка Казанова
19. «

    Мат вообще в большинстве случаев действует на женщин отрезвляюще. Видимо, какая-то языческая магия в нём всё ещё сохранилась…

    Мат вообще в большинстве случаев действует на женщин отрезвляюще. Видимо, какая-то языческая магия в нём всё ещё сохранилась…

    — Андрей Белянин · книга
20. «

    Тыц пиздыц!

    Тыц пиздыц!

    — Павел Санаев · книга