105 мудрых цитат про «метафора»

105 цитат про «метафора»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Моя судьба быть ниже тебя. Это не мой выбор, это мой долг. Знаешь, каково это, не быть облаком, затмевающим солнце? Думаешь трудно быть королем? Побудь день в шкуре брата короля!

   Моя судьба быть ниже тебя. Это не мой выбор, это мой долг. Знаешь, каково это, не быть облаком, затмевающим солнце? Думаешь трудно быть королем? Побудь день в шкуре брата короля!

   — Герцог Филипп Орлеанский · сериал
2. «

   Все за что рдел Альфред — рушится... Утред, ты не можешь дать затащить тебя в тень, ты должен стать светом!

   Все за что рдел Альфред — рушится... Утред, ты не можешь дать затащить тебя в тень, ты должен стать светом!

   — отец Беокка · сериал
3. «

   — Вы заключаете союз с фашистом. Я навел справки среди худших людей в Уайт-Холле и выяснил, что вы вовсе не заключаете союз. Вы шпионите за ним. Зачем? — Сказать честно, я уже не знаю. — Вы копаетесь в своем саду, мистер Шелби? <...> Есть определенный вид сорняка, который можно сколь угодно полоть, травить, но он вырастет снова. В результате, избавиться от них можно лишь перепахав верхний слой почвы, и спалив обнажившиеся корни. Мы с вами делали это во Франции. Но когда я слышу речи этого Мосли, я вижу как ростки новой войны пробиваются у его ног. И вы видите то же, что и я. Вот почему вы против него.

   — Вы заключаете союз с фашистом. Я навел справки среди худших людей в Уайт-Холле и выяснил, что вы вовсе не заключаете союз. Вы шпионите за ним. Зачем? — Сказать честно, я уже не знаю. — Вы копаетесь в своем саду, мистер Шелби? <...> Есть определенный вид сорняка, который можно сколь угодно полоть, травить, но он вырастет снова. В результате, избавиться от них можно лишь перепахав верхний слой почвы, и спалив обнажившиеся корни. Мы с вами делали это во Франции. Но когда я слышу речи этого Мосли, я вижу как ростки новой войны пробиваются у его ног. И вы видите то же, что и я. Вот почему вы против него.

   — Уинстон Черчилль · сериал
4. «

   Мы никогда не примем Аденауэра как представителя Германии. Если снять с него штаны и посмотреть на его задницу, то можно убедиться, что Германия разделена. А если взглянуть на него спереди, то можно убедиться в том, что Германия никогда не поднимется.

   Мы никогда не примем Аденауэра как представителя Германии. Если снять с него штаны и посмотреть на его задницу, то можно убедиться, что Германия разделена. А если взглянуть на него спереди, то можно убедиться в том, что Германия никогда не поднимется.

   — Никита Сергеевич Хрущев
5. «

   — Моя мама сказала, что эта девочка, Полли Грей, никогда не простит обиду. А еще, что она любит танцевать. Потанцуем? — Я больше не танцую. — Жаль... [когда Полли уходит] А ведь мы уже танцуем.

   — Моя мама сказала, что эта девочка, Полли Грей, никогда не простит обиду. А еще, что она любит танцевать. Потанцуем? — Я больше не танцую. — Жаль... [когда Полли уходит] А ведь мы уже танцуем.

   — Лука Чангретта · сериал
6. «

   Иногда мне кажется, что Бог — это солнце, вера в него — радуга, религиозное чувство — теплый дождь, а душа человека — плодородная почва, жаждущая влаги и света. И как-то не хочется думать о миражах, пустынях и болотах.

   Иногда мне кажется, что Бог — это солнце, вера в него — радуга, религиозное чувство — теплый дождь, а душа человека — плодородная почва, жаждущая влаги и света. И как-то не хочется думать о миражах, пустынях и болотах.

   — Авессалом Подводный · книга
7. «

   — В праведной бедности есть определенная горделивость. — Как оно, жевать один хлеб? — Это лучше, чем жаренные фазаны за столом дьявола.

   — В праведной бедности есть определенная горделивость. — Как оно, жевать один хлеб? — Это лучше, чем жаренные фазаны за столом дьявола.

   — Маргарет Уэллс · сериал
8. «

   …Метафора — опасная вещь. С метафорами шутки плохи. Даже из единственной метафоры может родиться любовь.

   …Метафора — опасная вещь. С метафорами шутки плохи. Даже из единственной метафоры может родиться любовь.

   — Милан Кундера · книга
9. «

   Следи за дорогой, Ломан. Если все время смотреть только в зеркало заднего вида — случится авария.

   Следи за дорогой, Ломан. Если все время смотреть только в зеркало заднего вида — случится авария.

   — Харли Сантос · сериал
10. «

    Если подкармливаешь чудовище, молись, чтобы оно не стало больше тебя.

    Если подкармливаешь чудовище, молись, чтобы оно не стало больше тебя.

    — Харли Сантос · сериал
11. «

    — Они считают, что вы прилагаете недостаточно усилий для защиты их интересов от Терезы Колвин. — Передай им, что иногда лучше использовать скальпель, чем вилы. — Им плевать, какой инструмент вы используете, лишь бы ее сердце было вырезано.

    — Они считают, что вы прилагаете недостаточно усилий для защиты их интересов от Терезы Колвин. — Передай им, что иногда лучше использовать скальпель, чем вилы. — Им плевать, какой инструмент вы используете, лишь бы ее сердце было вырезано.

    — Эллис Хиккс · сериал
12. «

    — Ну и? Как тебе жизнь социалиста? — Видишь бокал? Пузырьки поднимаются вверх, у каждого одинаковый шанс подняться. — Своеобразна форма социализма. — А бутылка... если выдернуть пробку — назад уже не вставить.

    — Ну и? Как тебе жизнь социалиста? — Видишь бокал? Пузырьки поднимаются вверх, у каждого одинаковый шанс подняться. — Своеобразна форма социализма. — А бутылка... если выдернуть пробку — назад уже не вставить.

    — Джесси Иден · сериал
13. «

    — У вас такие огромные бородавки? Надо показать их врачу и удалить! — Я уже пытался их удалить, но эти упрямые засранцы снова отрастают. Их надо немного приукрасить, может, приделать перья или, не знаю, набить тату. Что-нибудь веселенькое, цветочки там...

    — У вас такие огромные бородавки? Надо показать их врачу и удалить! — Я уже пытался их удалить, но эти упрямые засранцы снова отрастают. Их надо немного приукрасить, может, приделать перья или, не знаю, набить тату. Что-нибудь веселенькое, цветочки там...

    — Доктор Арн · сериал
14. «

    При жизни она была рекой. Смерть иссушила эту реку до размеров ручейка. Но после десяти проведенных в пустыне лет любой, почувствовав вкус воды, будет рыдать от счастья.

    При жизни она была рекой. Смерть иссушила эту реку до размеров ручейка. Но после десяти проведенных в пустыне лет любой, почувствовав вкус воды, будет рыдать от счастья.

    — Ричард Байерс · книга
15. «

    Доверься женщине и остается лишь надеяться, что ветер никогда не переменится.

    Доверься женщине и остается лишь надеяться, что ветер никогда не переменится.

    — Великий Хан · фильм
16. «

    — Слушай, время-то еще совсем детское, может ты зайдешь ко мне на «кофе»? — Ну не знаю, как-то поздновато для кофе, не находишь? — Ты и правда подумал, что «кофе» — значит кофе? Это так мило! Ладно, заходи, у меня кажется есть без кофеина. — Стюарт, значит я действительно услышал твой голос, у тебя есть минутка? — Шелдон, вообще-то мы тут немного заняты. — А чем вы заняты? — Мы будем пить кофе. — А не поздновато ли для кофе? — Да не проблема, у нее есть без кофеина. — Я пойду пока его поищу... <...> Я нашла кофе без кофеина! — О, здорово. — А мне чаю травяного, пожалуйста.

    — Слушай, время-то еще совсем детское, может ты зайдешь ко мне на «кофе»? — Ну не знаю, как-то поздновато для кофе, не находишь? — Ты и правда подумал, что «кофе» — значит кофе? Это так мило! Ладно, заходи, у меня кажется есть без кофеина. — Стюарт, значит я действительно услышал твой голос, у тебя есть минутка? — Шелдон, вообще-то мы тут немного заняты. — А чем вы заняты? — Мы будем пить кофе. — А не поздновато ли для кофе? — Да не проблема, у нее есть без кофеина. — Я пойду пока его поищу... <...> Я нашла кофе без кофеина! — О, здорово. — А мне чаю травяного, пожалуйста.

    — Пенни · сериал
17. «

    Чаще всего убивает не пожар, а дым, которым люди задыхаются.

    Чаще всего убивает не пожар, а дым, которым люди задыхаются.

    — Дэнис Уолтерс · сериал
18. «

    – Рассказывай, Лютик, – нетерпеливо бросил ведьмак. – Не торчать же тут до вечера. Бард ухватил пальцами гриф лютни, резко ударил по струнам. – Как предпочитаете, стихотворной речью или нормальной? – Нормальной. – Извольте. – Лютик тем не менее не отложил лютни. – Послушайте же, благородные господа, что случилось неделю тому непоодаль города вольного, Голопольем наречённого. Так вот, ранним утром, едва поднимающееся солнышко зарумянило висящие над полями и лугами покровы туманов… – Ведь решили – нормальной! – напомнил Геральт. – А разве нет? Ну ладно, ладно. Понимаю. Кратко, без метафор.

    – Рассказывай, Лютик, – нетерпеливо бросил ведьмак. – Не торчать же тут до вечера. Бард ухватил пальцами гриф лютни, резко ударил по струнам. – Как предпочитаете, стихотворной речью или нормальной? – Нормальной. – Извольте. – Лютик тем не менее не отложил лютни. – Послушайте же, благородные господа, что случилось неделю тому непоодаль города вольного, Голопольем наречённого. Так вот, ранним утром, едва поднимающееся солнышко зарумянило висящие над полями и лугами покровы туманов… – Ведь решили – нормальной! – напомнил Геральт. – А разве нет? Ну ладно, ладно. Понимаю. Кратко, без метафор.

    — Анджей Сапковский · книга
19. «

    Рассеялся свет и заполнил собой Немое пространство великой пустыни. Расплавился солнца шар золотой, И вспыхнул песок под небесною синью.

    Рассеялся свет и заполнил собой Немое пространство великой пустыни. Расплавился солнца шар золотой, И вспыхнул песок под небесною синью.

    — Ованес Шираз
20. «

    А вот упорству его можно было только позавидовать: сколько бы он ни натыкался на миску с водой или неправильно рассчитывал высоту, запрыгивая на стул, сколько бы ни бился о ножку стола, позабыв о ней, он продолжал идти вперед. Казалось, он твердил себе: «Там, по другую сторону преграды, есть такое место, куда я должен обязательно попасть — там ждут меня подвиги, которые без меня никто не сможет совершить». В поисках этого места и метался наш герой. Мало того, он еще и придумывал собственных героев и слагал свои мифы о богах. Зачем? Затем, что мифы для того и нужны — объяснить необъяснимое. Он был Одиссеем. И он же был слепым рассказчиком, который выдумал Одиссея, а жизнь ему представлялась бескрайним эпосом потому, что границ он попросту не видел.

    А вот упорству его можно было только позавидовать: сколько бы он ни натыкался на миску с водой или неправильно рассчитывал высоту, запрыгивая на стул, сколько бы ни бился о ножку стола, позабыв о ней, он продолжал идти вперед. Казалось, он твердил себе: «Там, по другую сторону преграды, есть такое место, куда я должен обязательно попасть — там ждут меня подвиги, которые без меня никто не сможет совершить». В поисках этого места и метался наш герой. Мало того, он еще и придумывал собственных героев и слагал свои мифы о богах. Зачем? Затем, что мифы для того и нужны — объяснить необъяснимое. Он был Одиссеем. И он же был слепым рассказчиком, который выдумал Одиссея, а жизнь ему представлялась бескрайним эпосом потому, что границ он попросту не видел.

    — Гвен Купер · книга