522 цитаты на тему «молитва» для поста

Собрали 522 цитаты на тему «молитва» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Я видел много зла. Я зла не боюсь, за тех, Кто причинял мне боль — я тихо помолюсь...

   Я видел много зла. Я зла не боюсь, за тех, Кто причинял мне боль — я тихо помолюсь...
2. «

   ... Когда мы говорим «Господи», мы говорим Христу: я в Тебя уверовал, я Тебе поклоняюсь; сколько умею — Тебя люблю, сколько умею — стараюсь быть верен Тебе. Ты Хозяин моей жизни не потому, что Ты Властелин, что вся власть в Твоих руках, а потому, что я из глубины моей веры или даже из поверхностной моей веры всеми силами души Тебе даю право быть Хозяином моей жизни. Будь им, Господи, потому что, пока Ты не станешь нераздельно Хозяином всей моей жизни, моя жизнь никогда не выправится, не станет достойной ни меня, ни Тебя, ни людей, которые меня любят и которые верят в меня.

   ... Когда мы говорим «Господи», мы говорим Христу: я в Тебя уверовал, я Тебе поклоняюсь; сколько умею — Тебя люблю, сколько умею — стараюсь быть верен Тебе. Ты Хозяин моей жизни не потому, что Ты Властелин, что вся власть в Твоих руках, а потому, что я из глубины моей веры или даже из поверхностной моей веры всеми силами души Тебе даю право быть Хозяином моей жизни. Будь им, Господи, потому что, пока Ты не станешь нераздельно Хозяином всей моей жизни, моя жизнь никогда не выправится, не станет достойной ни меня, ни Тебя, ни людей, которые меня любят и которые верят в меня.

   — Антоний Сурожский
3. «

   Царица небесная, не оставь меня своей милостью, пока господу богу угодно, чтобы я жил на земле, а когда я умру, ниспошли мне райское блаженство.

   Царица небесная, не оставь меня своей милостью, пока господу богу угодно, чтобы я жил на земле, а когда я умру, ниспошли мне райское блаженство.

   — Анатоль Франс · книга
4. «

   Имена как молитвы, некоторые принимаются а некоторые нет.

   Имена как молитвы, некоторые принимаются а некоторые нет.

   — Суха Тарик · сериал
5. «

   Когда человеку совсем плохо, он вспоминает молитвы, он вспоминает Бога.

   Когда человеку совсем плохо, он вспоминает молитвы, он вспоминает Бога.

   — Аристарх Ромашин · книга
6. «

   Начните с коротких молитв, но молитесь часто. Постепенно увеличивайте время, посвященное молитве, и старайтесь делать это с полной отдачей.

   Начните с коротких молитв, но молитесь часто. Постепенно увеличивайте время, посвященное молитве, и старайтесь делать это с полной отдачей.

   — Паисий Святогорец
7. «

   Молясь ко Пресвятой Богородице, братья и сестры, будем иметь твёрдую надежду на то, что и мы с вами не уйдём от Неё без милости. Именно как о Благой Заступнице достойно и праведно думать о Ней. Церковь во все века свидетельствует о неисчислимом множестве Её благодеяний. Сердце Матери Божией есть одно только милосердие, в нём нет места для суда, пусть даже и справедливого. Получив от Бога благодать молиться о падшем человеке, Богородица непрестанно молится о спасении нашего мира.

   Молясь ко Пресвятой Богородице, братья и сестры, будем иметь твёрдую надежду на то, что и мы с вами не уйдём от Неё без милости. Именно как о Благой Заступнице достойно и праведно думать о Ней. Церковь во все века свидетельствует о неисчислимом множестве Её благодеяний. Сердце Матери Божией есть одно только милосердие, в нём нет места для суда, пусть даже и справедливого. Получив от Бога благодать молиться о падшем человеке, Богородица непрестанно молится о спасении нашего мира.

   — Иеромонах Валериан (Кузьменко)
8. «

   Никогда не смей говорить о ком плохо. Каждый человек стоит перед Богом. Господь знает, как управить его жизнь. И кто мы такие, чтобы осуждать. У нас язык – дракон. Мы все время болтаем лишнее. Сердце – лев. Оно вечно гневается, рычит. Ноги – зайцы: то от послушания бегают, то от хороших дел. Руки – грабли: всё хотим себе загрести. А глаза – ястребы: всё мы видеть желаем, любопытство не дает нам покоя. Молись и трудись, да на Бога положись!

   Никогда не смей говорить о ком плохо. Каждый человек стоит перед Богом. Господь знает, как управить его жизнь. И кто мы такие, чтобы осуждать. У нас язык – дракон. Мы все время болтаем лишнее. Сердце – лев. Оно вечно гневается, рычит. Ноги – зайцы: то от послушания бегают, то от хороших дел. Руки – грабли: всё хотим себе загрести. А глаза – ястребы: всё мы видеть желаем, любопытство не дает нам покоя. Молись и трудись, да на Бога положись!

   — Старица Сепфора
9. «

   Не осуди раба своего. Несть человека безгрешного перед судом твоим, не разрешишь ли от всех грехов его. Да не будет суров твой приговор. Помощи у тебя молю и в руки твои, господь, предаю дух мой.

   Не осуди раба своего. Несть человека безгрешного перед судом твоим, не разрешишь ли от всех грехов его. Да не будет суров твой приговор. Помощи у тебя молю и в руки твои, господь, предаю дух мой.

   — Ярослав Гашек · книга
10. «

    — Слова должны идти от сердца. — Я только одно твержу: боже, пусть он поправится, пусть он поправится! — Это и есть твоя молитва? — Может быть, мне нужно говорить слова из Библии? — Лучше, чем своими словами, не скажешь.

    — Слова должны идти от сердца. — Я только одно твержу: боже, пусть он поправится, пусть он поправится! — Это и есть твоя молитва? — Может быть, мне нужно говорить слова из Библии? — Лучше, чем своими словами, не скажешь.

    — Священник · фильм
11. «

    Молитва не в том только состоит, чтобы стоять и кланяться телом пред Богом и написанные молитвы читать, можно и без этого в любое время и в любом месте умом и духом молиться. Можешь на ходу, во время еды, лежа, в пути, за трапезой сидя, дело делая, при людях и в уединении к Богу ум и сердце обращать и так милости и помощи у Него просить. Бог везде и в любом месте есть, и всегда двери к Нему открыты, и подход к Нему прост, не так, как к человеку; и везде, и всегда по Своему человеколюбию Он готов нас слушать, и нам помогать.

    Молитва не в том только состоит, чтобы стоять и кланяться телом пред Богом и написанные молитвы читать, можно и без этого в любое время и в любом месте умом и духом молиться. Можешь на ходу, во время еды, лежа, в пути, за трапезой сидя, дело делая, при людях и в уединении к Богу ум и сердце обращать и так милости и помощи у Него просить. Бог везде и в любом месте есть, и всегда двери к Нему открыты, и подход к Нему прост, не так, как к человеку; и везде, и всегда по Своему человеколюбию Он готов нас слушать, и нам помогать.

    — Святитель Тихон Задонский
12. «

    Лишь одно, перед чем я навеки без сил, — Страх последней разлуки. Я услышу холодное веянье крыл... Я не вынесу муки.

    Лишь одно, перед чем я навеки без сил, — Страх последней разлуки. Я услышу холодное веянье крыл... Я не вынесу муки.

    — Зинаида Николаевна Гиппиус
13. «

    Каждое утро повторяю как молитву, взываю к тому лучшему, что есть во мне: «Мне послан ребенок; это дорогой мой гость; я благодарен ему за то, что он есть. Он так же призван к жизни, как и я, это нас объединяет – мы живые люди. Он такой же, как и я, он – человек, и не будущий человек, а сегодняшний, и потому он другой, как и все люди; я его принимаю, как всякого другого человека. Я принимаю ребенка… Я принимаю его, я охраняю его детство, я понимаю, терплю, принимаю, прощаю. Я не применяю силу к нему, не угнетаю его своей силой, потому что я его люблю. Я люблю его, и я благодарен ему за то, что он есть, и за то, что я могу его любить, и тем самым я возвышаюсь в духе своем».

    Каждое утро повторяю как молитву, взываю к тому лучшему, что есть во мне: «Мне послан ребенок; это дорогой мой гость; я благодарен ему за то, что он есть. Он так же призван к жизни, как и я, это нас объединяет – мы живые люди. Он такой же, как и я, он – человек, и не будущий человек, а сегодняшний, и потому он другой, как и все люди; я его принимаю, как всякого другого человека. Я принимаю ребенка… Я принимаю его, я охраняю его детство, я понимаю, терплю, принимаю, прощаю. Я не применяю силу к нему, не угнетаю его своей силой, потому что я его люблю. Я люблю его, и я благодарен ему за то, что он есть, и за то, что я могу его любить, и тем самым я возвышаюсь в духе своем».

    — Симон Соловейчик · книга
14. «

    Она побежала вперед, что было мочи, навстречу ей несся целый полк снежных хлопьев. Это были передовые отряды войска Снежной королевы. Герда начала читать «Отче наш» было так холодно, что дыхание девочки сейчас же превращалось в густой туман. Туман этот все сгущался и сгущался, но вот из него начали выделяться маленькие, светлые ангелочки, которые, ступив на землю, вырастали в больших грозных ангелов со шлемами на головах и копьями и щитами в руках. Число их все прибывало, и когда Герда окончила молитву, вокруг нее образовался уже целый легион. Ангелы приняли снежных страшилищ на копья, и те рассыпались на тысячи снежинок.

    Она побежала вперед, что было мочи, навстречу ей несся целый полк снежных хлопьев. Это были передовые отряды войска Снежной королевы. Герда начала читать «Отче наш» было так холодно, что дыхание девочки сейчас же превращалось в густой туман. Туман этот все сгущался и сгущался, но вот из него начали выделяться маленькие, светлые ангелочки, которые, ступив на землю, вырастали в больших грозных ангелов со шлемами на головах и копьями и щитами в руках. Число их все прибывало, и когда Герда окончила молитву, вокруг нее образовался уже целый легион. Ангелы приняли снежных страшилищ на копья, и те рассыпались на тысячи снежинок.

    — Ганс Кристиан Андерсен · книга
15. «

    Молитва — это радость, которую не стоит делить ни с кем другим.

    Молитва — это радость, которую не стоит делить ни с кем другим.

    — Дэн Браун · книга
16. «

    Молитва должна оставаться без ответа, иначе она перестает быть молитвой и становится перепиской.

    Молитва должна оставаться без ответа, иначе она перестает быть молитвой и становится перепиской.

    — Оскар Уайльд
17. «

    И до смерти я любила в церковь ходить! Точно, бывало, я в рай войду, и не вижу никого, и время не помню, и не слышу, когда служба кончится. Точно как все это в одну секунду было. Маменька говорила, что все, бывало, смотрят на меня, что со мной делается! А знаешь: в солнечный день из купола такой светлый столб вниз идет, и в этом столбе ходит дым, точно облака, и вижу я, бывало, будто ангелы в этом столбе летают и поют. А то, бывало, девушка, ночью встану — у нас тоже везде лампадки горели — да где-нибудь в уголке и молюсь до утра. Или рано утром в сад уйду, еще только солнышко восходит, упаду на колена, молюсь и плачу, и сама не знаю, о чем молюсь и о чем плачу; так меня и найдут. И об чем я молилась тогда, чего просила — не знаю; ничего мне не надобно, всего у меня было довольно.

    И до смерти я любила в церковь ходить! Точно, бывало, я в рай войду, и не вижу никого, и время не помню, и не слышу, когда служба кончится. Точно как все это в одну секунду было. Маменька говорила, что все, бывало, смотрят на меня, что со мной делается! А знаешь: в солнечный день из купола такой светлый столб вниз идет, и в этом столбе ходит дым, точно облака, и вижу я, бывало, будто ангелы в этом столбе летают и поют. А то, бывало, девушка, ночью встану — у нас тоже везде лампадки горели — да где-нибудь в уголке и молюсь до утра. Или рано утром в сад уйду, еще только солнышко восходит, упаду на колена, молюсь и плачу, и сама не знаю, о чем молюсь и о чем плачу; так меня и найдут. И об чем я молилась тогда, чего просила — не знаю; ничего мне не надобно, всего у меня было довольно.

    — Александр Николаевич Островский · книга
18. «

    Молитвы живых об усопших и совершаемые об их упокоении службы — это последняя возможность получить помощь, которую даёт усопшим Бог — до Второго Пришествия. После конечного Суда возможности получить помощь у них уже не будет. Подобно тому как, навещая заключённых, мы приносим им прохладительные напитки и тому подобное и облегчаем тем самым их страдания, так же мы облегчаем страдания усопших молитвами и милостынями, которые совершаем об упокоении их душ. Мы, живущие на земле, имеем запас времени на покаяние, тогда как несчастные усопшие уже не могут сами улучшить своё положение, но ждут помощи от нас. Поэтому мы обязаны помогать им своей молитвой. Бог хочет помочь усопшим, потому что Ему больно за них, однако Он не делает этого, потому что у Него есть благородство. Он не хочет дать диаволу права сказать: «Как же Ты спасаешь этого грешника, ведь он совсем не трудился?». Однако, молясь за усопших, мы даём Богу «право» на вмешательство. В большее «умиление» Бога приводят наши молитвы об усопших, чем о живых. Поэтому наша Церковь и установила освящение заупокойного колива, заупокойные службы, панихиды. Заупокойные службы — это самый лучший адвокат о душах усопших.

    Молитвы живых об усопших и совершаемые об их упокоении службы — это последняя возможность получить помощь, которую даёт усопшим Бог — до Второго Пришествия. После конечного Суда возможности получить помощь у них уже не будет. Подобно тому как, навещая заключённых, мы приносим им прохладительные напитки и тому подобное и облегчаем тем самым их страдания, так же мы облегчаем страдания усопших молитвами и милостынями, которые совершаем об упокоении их душ. Мы, живущие на земле, имеем запас времени на покаяние, тогда как несчастные усопшие уже не могут сами улучшить своё положение, но ждут помощи от нас. Поэтому мы обязаны помогать им своей молитвой. Бог хочет помочь усопшим, потому что Ему больно за них, однако Он не делает этого, потому что у Него есть благородство. Он не хочет дать диаволу права сказать: «Как же Ты спасаешь этого грешника, ведь он совсем не трудился?». Однако, молясь за усопших, мы даём Богу «право» на вмешательство. В большее «умиление» Бога приводят наши молитвы об усопших, чем о живых. Поэтому наша Церковь и установила освящение заупокойного колива, заупокойные службы, панихиды. Заупокойные службы — это самый лучший адвокат о душах усопших.

    — Паисий Святогорец
19. «

    Истинный пост — это смирение сердца, добрые дела и молитва. Без этого пост становится диетой.

    Истинный пост — это смирение сердца, добрые дела и молитва. Без этого пост становится диетой.

    — Лука (Войно-Ясенецкий)
20. «

    Как умеешь, так и молись.

    Как умеешь, так и молись.

    — Архимандрит Павел (Павел Александрович Груздев)