270 лучших мыслей на тему «молодежь»

Тема «молодежь» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 270 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Если нужно смотреть передачи для дебилов, чтобы быть молодым, ладно, я согласен считаться стариком.

   Если нужно смотреть передачи для дебилов, чтобы быть молодым, ладно, я согласен считаться стариком.

   — Бернар Вербер · книга
2. «

   Удел молодых — борьба. Удел стариков — наблюдать и оберегать.

   Удел молодых — борьба. Удел стариков — наблюдать и оберегать.

   — Евгения Барбуца · книга
3. «

   Какой смысл в старости, если не можешь смущать молодых?

   Какой смысл в старости, если не можешь смущать молодых?

   — Лэйни Тейлор · книга
4. «

   Молодые охотно слушают дурные советы.

   Молодые охотно слушают дурные советы.

   — Луций Анней Сенека
5. «

   Если осуждать молодежь — можно стать ветошью.

   Если осуждать молодежь — можно стать ветошью.

   — Николай Цискаридзе
6. «

   В шестнадцать лет взлёты и падения так же естественны, как дыхание.

   В шестнадцать лет взлёты и падения так же естественны, как дыхание.

   — Кристен Перрин · книга
7. «

   — Это мой парень, Дерек, а это его парень, Бен. — Стой, не поняла. А как это? — В смысле? — Кто есть кто? — Дерек голубой. Но со мной он как натурал, но для Бена он как голубой, а Бен для Дерека тоже гей. А я ненавижу Бена. Не так уж и сложно. — Ну да. Такое дело с молодежью — я их не понимаю...

   — Это мой парень, Дерек, а это его парень, Бен. — Стой, не поняла. А как это? — В смысле? — Кто есть кто? — Дерек голубой. Но со мной он как натурал, но для Бена он как голубой, а Бен для Дерека тоже гей. А я ненавижу Бена. Не так уж и сложно. — Ну да. Такое дело с молодежью — я их не понимаю...

   — Лесли Ноуп · сериал
8. «

   Как и во всех нормальных семьях, в нашей импульсивная и пылкая молодежь восстает против ценностей старшего поколения.

   Как и во всех нормальных семьях, в нашей импульсивная и пылкая молодежь восстает против ценностей старшего поколения.

   — Елизавета II
9. «

   Молодых людей должно в строгом повиновении держать, а то они, пожалуй, от всякой юбки с ума сходят. Ибо молодые люди глупы.

   Молодых людей должно в строгом повиновении держать, а то они, пожалуй, от всякой юбки с ума сходят. Ибо молодые люди глупы.

   — Иван Сергеевич Тургенев · книга
10. «

    Скажите мне, а что такое честь И с чем ее сегодня можно съесть? А может, да простят меня, невежду, Ее на теле носят как одежду? Скажите мне, коль это не секрет, Что, честь имеет вкус, объем и цвет? А может, кто-то знает ей и цену? <...> Сегодня в мире юношей не счесть, Которые не знают слова «честь»!

    Скажите мне, а что такое честь И с чем ее сегодня можно съесть? А может, да простят меня, невежду, Ее на теле носят как одежду? Скажите мне, коль это не секрет, Что, честь имеет вкус, объем и цвет? А может, кто-то знает ей и цену? <...> Сегодня в мире юношей не счесть, Которые не знают слова «честь»!

    — Леонид Филатов · книга
11. «

    Ходит молва, что один армянин Залак – развращённей Всех вместе взятых эфебов: живёт, мол, с влюблённым трибуном. Только взгляни, что делают связи: заложником прибыл – Здесь человеком стал; удалось бы остаться подольше В городе мальчику, – а уж ему покровитель найдётся; Скинут штаны, побросают кинжалы, уздечки и плети: Так в Артаксату несут молодёжи столичные нравы.

    Ходит молва, что один армянин Залак – развращённей Всех вместе взятых эфебов: живёт, мол, с влюблённым трибуном. Только взгляни, что делают связи: заложником прибыл – Здесь человеком стал; удалось бы остаться подольше В городе мальчику, – а уж ему покровитель найдётся; Скинут штаны, побросают кинжалы, уздечки и плети: Так в Артаксату несут молодёжи столичные нравы.

    — Децим Юний Ювенал · книга
12. «

    В наше время детей балуют чуть ли не всю жизнь, потакают всем их прихотям. И не в одной-единственной семье: так же растут дети соседей и соседей соседей. Всюду одно и то же. Все растут в уверенности, что они особые, лучше всех, и пытаются доказать это самим себе, совершить что-нибудь, чтобы оправдать свое право на исключительность. А если им не удается обрести это «что-нибудь»? Тогда у них остается только непомерное самомнение. Они растут, как луковицы цветов на гидропонике, плавая в бесцветной, прозрачной среде нигилизма. Вокруг такой луковицы нет ничего — ничего, что дало бы им ощущение реальности. Все их материальные потребности удовлетворяются. Они швыряются деньгами и жаждут развлечений. Но, упиваясь развлечениями, они предпочитают забыть о том, что у них за душой нет ничего, кроме непомерно раздутого самомнения. Оно питается соками их искусственного мира, пускает корни, и эти корни разрастаются вглубь и вширь, пока не превращаются в настоящие дикие заросли, где всякий дальнейший рост невозможен. Куда бы ни отправлялись эти юнцы, разросшиеся корни гордыни и тщеславия всюду с ними, занимая несравнимо больше места, чем та луковица, из которой они проросли. Они уже ничего не могут с собой поделать и лениво плывут по течению.

    В наше время детей балуют чуть ли не всю жизнь, потакают всем их прихотям. И не в одной-единственной семье: так же растут дети соседей и соседей соседей. Всюду одно и то же. Все растут в уверенности, что они особые, лучше всех, и пытаются доказать это самим себе, совершить что-нибудь, чтобы оправдать свое право на исключительность. А если им не удается обрести это «что-нибудь»? Тогда у них остается только непомерное самомнение. Они растут, как луковицы цветов на гидропонике, плавая в бесцветной, прозрачной среде нигилизма. Вокруг такой луковицы нет ничего — ничего, что дало бы им ощущение реальности. Все их материальные потребности удовлетворяются. Они швыряются деньгами и жаждут развлечений. Но, упиваясь развлечениями, они предпочитают забыть о том, что у них за душой нет ничего, кроме непомерно раздутого самомнения. Оно питается соками их искусственного мира, пускает корни, и эти корни разрастаются вглубь и вширь, пока не превращаются в настоящие дикие заросли, где всякий дальнейший рост невозможен. Куда бы ни отправлялись эти юнцы, разросшиеся корни гордыни и тщеславия всюду с ними, занимая несравнимо больше места, чем та луковица, из которой они проросли. Они уже ничего не могут с собой поделать и лениво плывут по течению.

    — Миюки Миябэ · книга
13. «

    В приходящей нам на смену молодёжи нет ни капли сострадания. Они не любят людей. Нет, любят, конечно, но только родных, близких; но людей вообще, людей, как идею, как понятие — нет. У них нет привязанности ни к кому, кроме самих себя, а сострадать человеческой расе, не питая к ней родственных чувств, невозможно.

    В приходящей нам на смену молодёжи нет ни капли сострадания. Они не любят людей. Нет, любят, конечно, но только родных, близких; но людей вообще, людей, как идею, как понятие — нет. У них нет привязанности ни к кому, кроме самих себя, а сострадать человеческой расе, не питая к ней родственных чувств, невозможно.

    — Фэнни Флэгг · книга
14. «

    ...что скажешь о физиономиях молодых? У них такое выражение, словно они взломали заветную шкатулку с сексом и обнаружили, что её содержимое давно покрылось плесенью. Секс должен быть подобен королевскому столу, а не свинячьему корыту.

    ...что скажешь о физиономиях молодых? У них такое выражение, словно они взломали заветную шкатулку с сексом и обнаружили, что её содержимое давно покрылось плесенью. Секс должен быть подобен королевскому столу, а не свинячьему корыту.

    — Лоренс Даррелл · книга
15. «

    Формирование идеалов молодежи все более и более стало зависеть от кино, радиовещания, популярной литературы, рекламы. У многих родителей стала ослабевать уверенность и твердость — качества, в которых они нуждаются более, чем когда-либо, так как им все труднее воспитывать своих детей в наше такое неустойчивое время.

    Формирование идеалов молодежи все более и более стало зависеть от кино, радиовещания, популярной литературы, рекламы. У многих родителей стала ослабевать уверенность и твердость — качества, в которых они нуждаются более, чем когда-либо, так как им все труднее воспитывать своих детей в наше такое неустойчивое время.

    — Бенджамин Спок · книга
16. «

    Если вам понадобится подвергнуть молодого человека тяжелому и мучительному наказанию, возьмите с него слово, что он в течение года будет вести дневник.

    Если вам понадобится подвергнуть молодого человека тяжелому и мучительному наказанию, возьмите с него слово, что он в течение года будет вести дневник.

    — Марк Твен
17. «

    – Что вообще с тобой такое? Почему ты такой… – Какой такой? Ну какой? Такой долбанутый. Жаргон молодых в любой стране. Слова между ними будто рана.

    – Что вообще с тобой такое? Почему ты такой… – Какой такой? Ну какой? Такой долбанутый. Жаргон молодых в любой стране. Слова между ними будто рана.

    — Маркус Зусак · книга
18. «

    «Мы соль земли». — Да, горькая соль из аптеки. От которой несёт спереди и сзади. («наша молодежь») Да: устроить по-новому и по-своему отечество — мечта их, но, когда до «дела» доходит, — ничего более сложного, чем прорезать билеты в вагонах, не умеют. «Щёлк»: щипцы сделали две дырочки, — и студент после такой «удачи» вручает пассажиру его билет.

    «Мы соль земли». — Да, горькая соль из аптеки. От которой несёт спереди и сзади. («наша молодежь») Да: устроить по-новому и по-своему отечество — мечта их, но, когда до «дела» доходит, — ничего более сложного, чем прорезать билеты в вагонах, не умеют. «Щёлк»: щипцы сделали две дырочки, — и студент после такой «удачи» вручает пассажиру его билет.

    — Василий Розанов · книга
19. «

    Лично я не понимаю эту моду. Лучше бы молодёжь, вместо того, чтобы одеваться словно творение, сама что-нибудь творила и создавала. Способность к творчеству дана всем с рождения.

    Лично я не понимаю эту моду. Лучше бы молодёжь, вместо того, чтобы одеваться словно творение, сама что-нибудь творила и создавала. Способность к творчеству дана всем с рождения.

    — Привратник Пит · игра
20. «

    Молодежь есть жизненные гарантии Германии, которая жизнь Германии в настоящем и дальнейшая жизнь нашего народа в будущем.

    Молодежь есть жизненные гарантии Германии, которая жизнь Германии в настоящем и дальнейшая жизнь нашего народа в будущем.

    — Адольф Гитлер