312 глубоких цитат про «море»

312 цитат про «море»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   И, взойдя на трепещущий мостик, Вспоминает покинутый порт, Отряхая ударами трости Клочья пены с высоких ботфорт.

   И, взойдя на трепещущий мостик, Вспоминает покинутый порт, Отряхая ударами трости Клочья пены с высоких ботфорт.

   — Николай Степанович Гумилёв
2. «

   Звезды смотрят строго в полуночный час, Лунная дорога выбирает нас, Манит бригантину в море красота, Мальчика мужчиной делает мечта!

   Звезды смотрят строго в полуночный час, Лунная дорога выбирает нас, Манит бригантину в море красота, Мальчика мужчиной делает мечта!

   — Джим Хокинс
3. «

   Вы никогда не получите всего удовольствия от этого мира, пока само море не заструится в ваших венах, пока вы не облачитесь в небеса и не увенчаете голову звездами.

   Вы никогда не получите всего удовольствия от этого мира, пока само море не заструится в ваших венах, пока вы не облачитесь в небеса и не увенчаете голову звездами.

   — Томас Траэрн
4. «

   У мечты нет срока. Когда придет время, она обязательно исполнится.

   У мечты нет срока. Когда придет время, она обязательно исполнится.

   — Валентина Маршалович · книга
5. «

   Ветер – он-то уж наверняка нам друг, – подумал он, а потом добавил: – Впрочем, не всегда. И огромное море – оно тоже полно и наших друзей, и наших врагов.

   Ветер – он-то уж наверняка нам друг, – подумал он, а потом добавил: – Впрочем, не всегда. И огромное море – оно тоже полно и наших друзей, и наших врагов.

   — Эрнест Хемингуэй · книга
6. «

   О, море, море, Преданным скалам Ты ненадолго Подаришь прибой. Море, возьми меня В дальние дали Парусом алым Вместе с собой.

   О, море, море, Преданным скалам Ты ненадолго Подаришь прибой. Море, возьми меня В дальние дали Парусом алым Вместе с собой.
7. «

   Море моё, пошторми чуть-чуть, Чтоб захватило дух. Я по волнам выбираю путь, Тут уж одно из двух: Либо бояться штормов и волн, Либо пуститься вдаль, Морю довериться всей душой, Сбросив с себя печаль.

   Море моё, пошторми чуть-чуть, Чтоб захватило дух. Я по волнам выбираю путь, Тут уж одно из двух: Либо бояться штормов и волн, Либо пуститься вдаль, Морю довериться всей душой, Сбросив с себя печаль.
8. «

   И никто не знает, какие кошмары скрываются за этой ровной морской гладью.

   И никто не знает, какие кошмары скрываются за этой ровной морской гладью.

   — Глубокое синее море (Deep Blue Sea) (1999) · фильм
9. «

   Те, кто начинает новый день со встречи с морем, не могут быть злыми или несчастными. И какое это море — летнее или зимнее, — не имеет значения. Когда видишь, как просыпается солнце, как мягко потягивается вода, жмурясь от первых лучей, понимаешь, что совершенно не важно, на чём спать, что у тебя есть и куда нужно спешить после того, как проснёшься. Главное — дождаться утра, чтобы открыть глаза и обнять взглядом море.

   Те, кто начинает новый день со встречи с морем, не могут быть злыми или несчастными. И какое это море — летнее или зимнее, — не имеет значения. Когда видишь, как просыпается солнце, как мягко потягивается вода, жмурясь от первых лучей, понимаешь, что совершенно не важно, на чём спать, что у тебя есть и куда нужно спешить после того, как проснёшься. Главное — дождаться утра, чтобы открыть глаза и обнять взглядом море.

   — Эльчин Сафарли · книга
10. «

    Море — ведь тоже молитвенник, оно свидетельствует о Боге.

    Море — ведь тоже молитвенник, оно свидетельствует о Боге.

    — Жан-Поль Сартр · книга
11. «

    Когда ветер заглушает нашу песню, Тогда команда действует, как целый механизм, Тогда есть шанс вдохнуть береговой бриз. Ты соскользнул, тебя ловит рука товарища, Своих заслуг тут не считал никто никогда еще. Шторм играет нами своей гигантской лапой, Швырнуло так, что чуть не вылетели все мы за борт.

    Когда ветер заглушает нашу песню, Тогда команда действует, как целый механизм, Тогда есть шанс вдохнуть береговой бриз. Ты соскользнул, тебя ловит рука товарища, Своих заслуг тут не считал никто никогда еще. Шторм играет нами своей гигантской лапой, Швырнуло так, что чуть не вылетели все мы за борт.
12. «

    Горячие волны лизали округлые скалы, песчаный пляж принимал чужеземцев в объятия, мартышки в лесу кричали, как бабы на воскресном базаре. Это был красивейший из земных городов — Рио.

    Горячие волны лизали округлые скалы, песчаный пляж принимал чужеземцев в объятия, мартышки в лесу кричали, как бабы на воскресном базаре. Это был красивейший из земных городов — Рио.

    — Мария Фариса · книга
13. «

    Когда же волны по брегам Ревут, кипят и пеной плещут, И гром гремит по небесам, И молнии во мраке блещут; Я удаляюсь от морей В гостеприимные дубровы; Земля мне кажется верней.

    Когда же волны по брегам Ревут, кипят и пеной плещут, И гром гремит по небесам, И молнии во мраке блещут; Я удаляюсь от морей В гостеприимные дубровы; Земля мне кажется верней.

    — Виктор Кунин · книга
14. «

    Но рядом с морем сужаются масштабы любого горя, размываются границы — это величие поглощает все вокруг. И вдруг, очутившись в этой бездне, забываешься, становишься другим.

    Но рядом с морем сужаются масштабы любого горя, размываются границы — это величие поглощает все вокруг. И вдруг, очутившись в этой бездне, забываешься, становишься другим.

    — Эльчин Сафарли · книга
15. «

    Каждый из нас, как глубокое синее море. Все ответы уже внутри и сокровища спрятаны в глубине. Но, то костюм водолаза велик или мал, то пиратские корабли ищут чтобы стащить. То тупые, но громкие чайки внушают, что ты лишь лужица в этом мире, что есть моря побольше, посинее, потеплее, что ты неправильно солнце отражаешь от своей глади и волнуешься зря, вон река чайкиной подруги не волновалась, так в нее уже пять раз вытекли и два раза вытекли. А ты очерти морским ёжиком личные границы, приложи ракушку личного мнения к уху и слушай себя, а всех кто против пошли на... ху...дожественные сборы тупых, но громких чаек.

    Каждый из нас, как глубокое синее море. Все ответы уже внутри и сокровища спрятаны в глубине. Но, то костюм водолаза велик или мал, то пиратские корабли ищут чтобы стащить. То тупые, но громкие чайки внушают, что ты лишь лужица в этом мире, что есть моря побольше, посинее, потеплее, что ты неправильно солнце отражаешь от своей глади и волнуешься зря, вон река чайкиной подруги не волновалась, так в нее уже пять раз вытекли и два раза вытекли. А ты очерти морским ёжиком личные границы, приложи ракушку личного мнения к уху и слушай себя, а всех кто против пошли на... ху...дожественные сборы тупых, но громких чаек.

    — Анна Токмакова
16. «

    Море — это кровь и слёзы. Это труд, боль, отвага и постоянное чувство, что смерть дышит в затылок.

    Море — это кровь и слёзы. Это труд, боль, отвага и постоянное чувство, что смерть дышит в затылок.

    — Шимус · игра
17. «

    Открыв слегка глаза, он увидел себя сидящим на чем-то каменном. Вокруг него что-то шумело. Когда он открыл, как следует, глаза, он увидел, что шумит море, и что даже больше того, — волна покачивается у самых его ног, и что, короче говоря, он сидит на самом конце мола, и что под ним голубое сверкающее море, а сзади — красивый город на горах.

    Открыв слегка глаза, он увидел себя сидящим на чем-то каменном. Вокруг него что-то шумело. Когда он открыл, как следует, глаза, он увидел, что шумит море, и что даже больше того, — волна покачивается у самых его ног, и что, короче говоря, он сидит на самом конце мола, и что под ним голубое сверкающее море, а сзади — красивый город на горах.

    — Михаил Булгаков · книга
18. «

    Женщина яблоко ела. Летело над крышами время. Весна на ногах своих длинных бежала, смеясь, как девчонка. Женщина яблоко ела. У ног её море рождалось. Солнце её золотило, заставляя светиться тело. От волос её воздух струился. А земля была — зелень и розы. Синевы победное знамя против смерти весна поднимала. Женщина яблоко ела. Весна величавым жестом раскрывала ладонь: кружились в лазури цветы и рыбы. Ревел, подбираясь ближе в венке из лимонных листьев, ветер быком незримым. Мирт пылал, как белое пламя. И южное море сияло, словно лицо любимой. Женщина яблоко ела. Мерцали звезды Гомера. Летело над крышами время. Резвились в воде дельфины. Женщина яблоко ела.

    Женщина яблоко ела. Летело над крышами время. Весна на ногах своих длинных бежала, смеясь, как девчонка. Женщина яблоко ела. У ног её море рождалось. Солнце её золотило, заставляя светиться тело. От волос её воздух струился. А земля была — зелень и розы. Синевы победное знамя против смерти весна поднимала. Женщина яблоко ела. Весна величавым жестом раскрывала ладонь: кружились в лазури цветы и рыбы. Ревел, подбираясь ближе в венке из лимонных листьев, ветер быком незримым. Мирт пылал, как белое пламя. И южное море сияло, словно лицо любимой. Женщина яблоко ела. Мерцали звезды Гомера. Летело над крышами время. Резвились в воде дельфины. Женщина яблоко ела.

    — Эдуардо Карранса
19. «

    Ты, моряк, красивый сам собою, Тебе от роду двадцать лет. Полюби меня, моряк, душою. Что ты скажешь мне в ответ?

    Ты, моряк, красивый сам собою, Тебе от роду двадцать лет. Полюби меня, моряк, душою. Что ты скажешь мне в ответ?
20. «

    Приятно любоваться волной, разбивающейся о берег, но слишком много волн могут вызвать морскую болезнь.

    Приятно любоваться волной, разбивающейся о берег, но слишком много волн могут вызвать морскую болезнь.

    — Стивен Кинг · книга