Джим Хокинс

— А что это за чёрная метка, капитан? — Чёрная метка? Это вроде повестки... Приглашение к дьяволу.

— А вы видели морского дьявола? — Видел. Только неясно. А вот мой друг Сэнди Габборт видел его точно. Было это накануне Рождества. И мы уже дней семнадцать как вышли из Клайда. И нам тяжеленько доставалось. Шли мы на север. И всё время дул хороший ветер. Но однажды... все снасти вдруг странно стали звенеть, как целый бесовский хор, так, что кровь стыла в жилах. А Сэнди стоял у стакселя, и мы не могли его видеть у грот-мачты, где мы крепили паруса. И вдруг Сэнди как закричит! Мы все бросились к нему. А он только и успел сказать: «Там, у бушприта, из воды вынырнул морской дьявол...» Через полчаса Сэнди помер. А море сразу успокоилось. — А на что он был похож? — На что он был похож? Не дай Бог нам всем узнать это.

Из двадцати шести человек мы пока могли положиться только на семерых. И один из этих семерых был я, мальчик. Если считать только взрослых, нас было шестеро против девятнадцати.

— Это я обрубил у шхуны якорный канат и отвёл «Испаньолу» в такое потайное место, где вам её никогда не найти. — А куда делся О'Брайен? — О'Брайена убил Хэндс. — А Хэндс? — Умер от испуга. — А кто же его напугал? — Я. — Ничего не понимаю. Ты напугал О'Брайена и увел Хэндса в такое потайное место, где мы его никогда не найдём — это я понял. Но кто отправил на тот свет бедного Джека с отравленной стрелкой в голове? Если ты убийца Джека, то я попугай Сильвера! Пиастры... пиастры... пиастры..

— Тогда я попытаюсь занять место капитана, когда мы выйдем в море. (смеются) — Эй юнга, иди-ка сюда. У меня на борту нет бездельников. <...> — Черт возьми, почему капитан наорал на меня? — Ну такой он наш капитан. А вообще я не знаю, почему он так раскричался на тебя. ... Нет, дружок, капитан очень мудрый человек, очень! Жаль, что безграмотные моряки не могут вскрыть ему голову и посмотреть, что у него там.

Я не стану описывать подробности нашего путешествия. Оно было очень удачно. Корабль оказался образцовым, команда состояла из опытных моряков, капитан превосходно знал своё дело. Но прежде чем мы достигли Острова Сокровищ, случились события, о которых стоит упомянуть.

Впервые я испытал радость исследователя неведомых стран. Остров был необитаем.

Оказалось, что любопытство мое было сильнее страха. Как проклинал я трусость наших соседей! Как сердился я на свою бедную мать и за ее честность, и за ее жадность, за ее прошлую смелость и за ее теперешнюю слабость!

Вы можете убить тело, но не дух.

Звезды смотрят строго в полуночный час, Лунная дорога выбирает нас, Манит бригантину в море красота, Мальчика мужчиной делает мечта!

На этого Бена Ганна можно положиться? — спросил он. — Не знаю, сэр, — ответил я. — Я не совсем уверен, что голова у него в порядке. — Если не совсем уверен, значит, в порядке, — сказал доктор. — Когда человек три года грыз ногти на необитаемом острове, Джим, он не может выглядеть таким же нормальным, как ты или я. Так уж устроены люди.

Звезд на небе много, но одна подчас, Лунная дорога выбирает нас, Все сомненья — тина, ты — один из ста, Мальчика мужчиной делает мечта!

Морские бандиты бесчувственны, как море, по которому они плавают.

Вы никогда не можете заранее сказать, что подействует на суеверных людей.

Похожая история случалась, и не раз, И каждого из нас вёл за собой ветер морской, И парусами полными качались облака, Там, где встает заря, мы бросим якоря!

Вокруг моей поясницы обвязали веревку и я послушно поплелся за поваром. Меня вели, как дрессированного медведя.