Топ-269 цитат: «наркотики»

269 цитат про «наркотики»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   — Кто ты? — Кто я? — Да. — Я тот псих, кто живет внутри тебя и будет помогать тебе эти два-три дня.

   — Кто ты? — Кто я? — Да. — Я тот псих, кто живет внутри тебя и будет помогать тебе эти два-три дня.
2. «

   Бывают мужчины, как наркотики. Выгоняешь их из своей жизни, потому что вместе невозможно, невыносимо и разрушает психику, а потом через некоторое время понимаешь, что физическая привязанность слишком велика. Потому что люди все равно животные, и секс, как не крути, играет в отношениях ключевую роль. А когда он лучший, то вообще умри все живое. И никакое взаимопонимание, общие интересы и прочий стаф не заменит этот наркотик. Это все равно, что заедать героиновую привязанность коробкой шоколадных конфет.

   Бывают мужчины, как наркотики. Выгоняешь их из своей жизни, потому что вместе невозможно, невыносимо и разрушает психику, а потом через некоторое время понимаешь, что физическая привязанность слишком велика. Потому что люди все равно животные, и секс, как не крути, играет в отношениях ключевую роль. А когда он лучший, то вообще умри все живое. И никакое взаимопонимание, общие интересы и прочий стаф не заменит этот наркотик. Это все равно, что заедать героиновую привязанность коробкой шоколадных конфет.

   — Татьяна Геворкян
3. «

   У каждого в голове ясно и отчетливо звучал громкий голос, сообщавший им, что они подсели, причем подсели серьезно, но они пытались не обращать на него внимания, однако голос упорствовал, скорее даже не голос, а чувство, проникающее в каждую клетку, — как незадолго до этого героин, к которому у них сформировалась зависимость, но они старались бороться с этим чувством с помощью другого голоса, говорившего: подумаешь фигня какая, можно в любой момент остановиться, если захотеть. Скоро они поправятся, а пока можно смотреть из такси на мерзнущих, борющихся с холодным ветром людей, пытаясь отвлечься от неприятных мыслей, думая о том, что уже скоро они почувствуют прекрасную теплую волну прихода.

   У каждого в голове ясно и отчетливо звучал громкий голос, сообщавший им, что они подсели, причем подсели серьезно, но они пытались не обращать на него внимания, однако голос упорствовал, скорее даже не голос, а чувство, проникающее в каждую клетку, — как незадолго до этого героин, к которому у них сформировалась зависимость, но они старались бороться с этим чувством с помощью другого голоса, говорившего: подумаешь фигня какая, можно в любой момент остановиться, если захотеть. Скоро они поправятся, а пока можно смотреть из такси на мерзнущих, борющихся с холодным ветром людей, пытаясь отвлечься от неприятных мыслей, думая о том, что уже скоро они почувствуют прекрасную теплую волну прихода.

   — Хьюберт Селби мл. · книга
4. «

   Мне никогда особо не нравился кокс, но очень многие, кого я знаю, тоже его не любят, но тем не менее продолжают загонять его себе в носоглотку. Просто потому, что он есть. Люди пихают в себя всякое дерьмо, которое причиняет им кучу вреда, лишь потому, что они могут себе это позволить. Наивно было бы думать, что наркотики можно как-то изъять из современного общества потребителей. Тем более что в качестве продукта они помогают определить, из кого это самое общество состоит.

   Мне никогда особо не нравился кокс, но очень многие, кого я знаю, тоже его не любят, но тем не менее продолжают загонять его себе в носоглотку. Просто потому, что он есть. Люди пихают в себя всякое дерьмо, которое причиняет им кучу вреда, лишь потому, что они могут себе это позволить. Наивно было бы думать, что наркотики можно как-то изъять из современного общества потребителей. Тем более что в качестве продукта они помогают определить, из кого это самое общество состоит.

   — Ирвин Уэлш · книга
5. «

   Некоторые барыги за наркоту натурой берут — но это бизнес, это за измену бы не считалось. Секс — это бизнес.

   Некоторые барыги за наркоту натурой берут — но это бизнес, это за измену бы не считалось. Секс — это бизнес.

   — Нора Робертс · книга
6. «

   Этим вечером, пока Граф молча сидел в кресле с бархатной спинкой, разум его обращался к самым разнообразным предметам — так точно черному кораблю, по каким бы он водам ни плыл, неизменно сопутствует отраженный в волнах страшный образ, — к алхимии и поэзии Смерти, к смыслу звезд и природе видений, угнетавших его, когда в хоральные предрассветные часы опийная настойка создавала в его мозгу отзывавший призрачной красотой мир цвета сальной свечи.

   Этим вечером, пока Граф молча сидел в кресле с бархатной спинкой, разум его обращался к самым разнообразным предметам — так точно черному кораблю, по каким бы он водам ни плыл, неизменно сопутствует отраженный в волнах страшный образ, — к алхимии и поэзии Смерти, к смыслу звезд и природе видений, угнетавших его, когда в хоральные предрассветные часы опийная настойка создавала в его мозгу отзывавший призрачной красотой мир цвета сальной свечи.

   — Мервин Пик · книга
7. «

   Это такая же болезнь, как и наркотики. Настоящий игрок играет не для того, чтобы выиграть или проиграть, а ради момента, когда карты ложатся на стол или когда раскручивается рулетка. Вот тогда твое тело захватывает что-то сильнее, чем действие алкоголя. Это адреналин — невероятное и чудесное чувство.

   Это такая же болезнь, как и наркотики. Настоящий игрок играет не для того, чтобы выиграть или проиграть, а ради момента, когда карты ложатся на стол или когда раскручивается рулетка. Вот тогда твое тело захватывает что-то сильнее, чем действие алкоголя. Это адреналин — невероятное и чудесное чувство.

   — Дилан МакКей · сериал
8. «

   — У тебя сильная депрессия? — Вообще нету. — Ты симулировал рак! — Любопытно было попробовать. — Героин — тоже любопытно? — Ещё чего! Помню прошлое Рождество!

   — У тебя сильная депрессия? — Вообще нету. — Ты симулировал рак! — Любопытно было попробовать. — Героин — тоже любопытно? — Ещё чего! Помню прошлое Рождество!

   — Доктор Джеймс Уилсон · сериал
9. «

   — Уолтер, что ты делаешь? — Накачиваю гусеницу. — Накачиваешь? В смысле — ЛСД? — Да. Особая смесь. — Ясно... Знаешь, что сейчас случилось? Я осознал: когда мой отец даёт наркотики насекомым — это обычное дело...

   — Уолтер, что ты делаешь? — Накачиваю гусеницу. — Накачиваешь? В смысле — ЛСД? — Да. Особая смесь. — Ясно... Знаешь, что сейчас случилось? Я осознал: когда мой отец даёт наркотики насекомым — это обычное дело...

   — Уолтер Бишоп · сериал
10. «

    — Кем ты хочешь стать? — Из меня вышел бы неплохой фармацевт. — Ну, для этого тебе надо подучиться. Подналечь на химию. — Вот уж на химию я как только не налегал.

    — Кем ты хочешь стать? — Из меня вышел бы неплохой фармацевт. — Ну, для этого тебе надо подучиться. Подналечь на химию. — Вот уж на химию я как только не налегал.

    — Джим (Jim) · сериал
11. «

    Момент, когда колешься не для того, чтобы тебе стало хорошо, а чтобы не было плохо, наступает очень быстро.

    Момент, когда колешься не для того, чтобы тебе стало хорошо, а чтобы не было плохо, наступает очень быстро.

    — Эдит Пиаф
12. «

    «Вес», ложка, «святой источник», «красная шапочка» И вместо кроссовок... белые тапочки.

    «Вес», ложка, «святой источник», «красная шапочка» И вместо кроссовок... белые тапочки.
13. «

    — У Барриса есть клевый способ провоза наркотиков через границу. Знаешь, на таможне всегда спрашивают, что вы везете. А сказать «наркотики» нельзя, потому что… — Ну, ну! — Так вот. Берешь огромный кусок гашиша и вырезаешь из него фигуру человека. Потом выдалбливаешь нишу и помещаешь заводной моторчик, как в часах, и еще маленький магнитофон. Сам стоишь в очереди сзади и, когда приходит пора, заводишь ключ. Эта штука подходит к таможеннику, и тот спрашивает: «Что везете?». А кусок гашиша отвечает: «Ничего», — и шагает дальше. Пока не кончится завод, по ту сторону границы. — Вместо пружины можно поставить батарею на фотоэлементах, и тогда он может шагать хоть целый год. Или вечно. — Какой толк? В конце концов он дойдет до Тихого океана. Или до Атлантического. И вообще сорвется с края земли… — Вообрази стойбище эскимосов и шестифутовую глыбу гашиша стоимостью… сколько такая может стоить? — Около миллиарда долларов. — Больше, два миллиарда. Эти эскимосы обгладывают шкуры, и вырезают по кости, и вдруг на них надвигается глыба гашиша стоимостью два миллиарда долларов, которая шагает по снегу и без конца талдычит: «Ничего… ничего… ничего…» — То-то эскимосы обалдеют! — Что ты! Легенды пойдут! — Можешь себе представить? Сидит старый хрыч и рассказывает внукам: «Своими глазами видел, как из пурги возникла шестифутовая глыба гашиша стоимостью два миллиарда долларов и прошагала вот в том направлении, приговаривая: «Ничего, ничего, ничего». Да внуки упекут его в психушку! — Не, слухи всегда разрастаются. Через сто лет рассказывать будут так: «Во времена моих предков девяностофутовая глыба высокопробнейшего афганского гашиша стоимостью восемь триллионов долларов вдруг как выскочит на нас, изрыгая огонь, да как заорет: «Умри, эскимосская собака!» Мы бились и бились с ней нашими копьями, и наконец она издохла.

    — У Барриса есть клевый способ провоза наркотиков через границу. Знаешь, на таможне всегда спрашивают, что вы везете. А сказать «наркотики» нельзя, потому что… — Ну, ну! — Так вот. Берешь огромный кусок гашиша и вырезаешь из него фигуру человека. Потом выдалбливаешь нишу и помещаешь заводной моторчик, как в часах, и еще маленький магнитофон. Сам стоишь в очереди сзади и, когда приходит пора, заводишь ключ. Эта штука подходит к таможеннику, и тот спрашивает: «Что везете?». А кусок гашиша отвечает: «Ничего», — и шагает дальше. Пока не кончится завод, по ту сторону границы. — Вместо пружины можно поставить батарею на фотоэлементах, и тогда он может шагать хоть целый год. Или вечно. — Какой толк? В конце концов он дойдет до Тихого океана. Или до Атлантического. И вообще сорвется с края земли… — Вообрази стойбище эскимосов и шестифутовую глыбу гашиша стоимостью… сколько такая может стоить? — Около миллиарда долларов. — Больше, два миллиарда. Эти эскимосы обгладывают шкуры, и вырезают по кости, и вдруг на них надвигается глыба гашиша стоимостью два миллиарда долларов, которая шагает по снегу и без конца талдычит: «Ничего… ничего… ничего…» — То-то эскимосы обалдеют! — Что ты! Легенды пойдут! — Можешь себе представить? Сидит старый хрыч и рассказывает внукам: «Своими глазами видел, как из пурги возникла шестифутовая глыба гашиша стоимостью два миллиарда долларов и прошагала вот в том направлении, приговаривая: «Ничего, ничего, ничего». Да внуки упекут его в психушку! — Не, слухи всегда разрастаются. Через сто лет рассказывать будут так: «Во времена моих предков девяностофутовая глыба высокопробнейшего афганского гашиша стоимостью восемь триллионов долларов вдруг как выскочит на нас, изрыгая огонь, да как заорет: «Умри, эскимосская собака!» Мы бились и бились с ней нашими копьями, и наконец она издохла.

    — Филип К. Дик · книга
14. «

    Любовь — самый пагубный наркотик из всех известных.

    Любовь — самый пагубный наркотик из всех известных.

    — Стивен Кинг · книга
15. «

    Ты попала в страшный плен: Все вокруг мираж. Не уйти, не встать с колен, Не отпустит грозный страж.

    Ты попала в страшный плен: Все вокруг мираж. Не уйти, не встать с колен, Не отпустит грозный страж.
16. «

    Cocaine is a sensational drug. There is no more efficient product for delivering pleasure for your cash than cocaine: not fast cars, not expensive clothes, not speedboats. Nothing will make you feel as good. The moment you shove it up your nose it races into your bloodstream, heads directly into the pleasure center of your brain, kicks down the door, jams your Fun Throttle farwards into 'way too fast' and dumps the clutch. Cocaine doesn`t bother about looking, smelling or tasting good. It doesn`t have flashy packing. It doesn`t need to.

    Cocaine is a sensational drug. There is no more efficient product for delivering pleasure for your cash than cocaine: not fast cars, not expensive clothes, not speedboats. Nothing will make you feel as good. The moment you shove it up your nose it races into your bloodstream, heads directly into the pleasure center of your brain, kicks down the door, jams your Fun Throttle farwards into 'way too fast' and dumps the clutch. Cocaine doesn`t bother about looking, smelling or tasting good. It doesn`t have flashy packing. It doesn`t need to.

    — Доминик Стритфилд · книга
17. «

    Когда я слышу, как какая-нибудь знаменитость говорит: «Дорога к успеху была без наркотиков, бла-бла-бла», мне хочется спросить: «Эй, они помогали тебе выживать, разве нет? Если бы вы не употребляли их, то, может, и не создали бы своих творений»... Я бы хотел показать людям, что можно пережить это и не возвращаться к подобным вещам. Я больше не бегу от реальности с помощью наркотиков и секса, потому что достиг такой точки, где уже не могу бежать. Некуда бежать. Я смотрю своей жизни прямо в лицо.

    Когда я слышу, как какая-нибудь знаменитость говорит: «Дорога к успеху была без наркотиков, бла-бла-бла», мне хочется спросить: «Эй, они помогали тебе выживать, разве нет? Если бы вы не употребляли их, то, может, и не создали бы своих творений»... Я бы хотел показать людям, что можно пережить это и не возвращаться к подобным вещам. Я больше не бегу от реальности с помощью наркотиков и секса, потому что достиг такой точки, где уже не могу бежать. Некуда бежать. Я смотрю своей жизни прямо в лицо.

    — Эксл Роуз
18. «

    Наркотики хороши, чтобы убежать от реальности, но реальность так богата и хороша, зачем от неё убегать?

    Наркотики хороши, чтобы убежать от реальности, но реальность так богата и хороша, зачем от неё убегать?

    — Джеральдина Чаплин
19. «

    — Кто-то еще не ширяется кроме меня? — Я таких не знаю!

    — Кто-то еще не ширяется кроме меня? — Я таких не знаю!

    — Кристиана Фельшеринов · фильм
20. «

    Я признаю, что наркотики — это нехорошо, но кошмар, в который превращает жизнь любовь... О нём даже подумать страшно.

    Я признаю, что наркотики — это нехорошо, но кошмар, в который превращает жизнь любовь... О нём даже подумать страшно.

    — Ирвин Уэлш · книга