212 цитат про «насмешки»

Собрали 212 цитат на тему «насмешки» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Не смейся над стариком: сам им станешь.

   Не смейся над стариком: сам им станешь.

   — Китайские пословицы и поговорки
2. «

   Всем глупцам не терпится осмеять кого-нибудь.

   Всем глупцам не терпится осмеять кого-нибудь.

   — Александр Поуп
3. «

   Даже этот серьезный человек, которого он очень уважал, смеется над ним.

   Даже этот серьезный человек, которого он очень уважал, смеется над ним.

   — Виктор Курочкин · книга
4. «

   Чтобы избавиться от насмешливых взглядов, у меня есть прием — смотреть людям прямо в глаза.

   Чтобы избавиться от насмешливых взглядов, у меня есть прием — смотреть людям прямо в глаза.

   — Константин Георгиевич Паустовский · книга
5. «

   Трудно повиноваться человеку, которого осмеиваешь за выпивкой.

   Трудно повиноваться человеку, которого осмеиваешь за выпивкой.

   — Джордж Мартин · книга
6. «

   — Доброе утро, класс — а теперь повторите за мной. — Доброе утро, класс — а теперь повторите за мной. — Садитесь. — Так мы уже сидим. — Прекра-а-асно. Все на месте. Теперь же, в начале урока, я хотела бы задать вопрос всем тем, кто начал этот — понятное дело — прискорбный день, как представитель современной молодёжи. Что для вас в этом мире является наиболее важным? Да, вы, самые слабые звенья нашего общества. Да, ты у стены. — Не знаю. — Правильно. Ни на один вопрос чётко и ясно ответить не можете, но кайфуете от заигрывания со своими похотливыми животными инстинктами. Такой вы видите юность. Убедить нас в обратном не в состоянии. Не прошло и недели с той минуты, как мне вверили этот класс и я просто хочу сказать — я научу вас всему, что нужно знать. Сегодня же на уроке.

   — Доброе утро, класс — а теперь повторите за мной. — Доброе утро, класс — а теперь повторите за мной. — Садитесь. — Так мы уже сидим. — Прекра-а-асно. Все на месте. Теперь же, в начале урока, я хотела бы задать вопрос всем тем, кто начал этот — понятное дело — прискорбный день, как представитель современной молодёжи. Что для вас в этом мире является наиболее важным? Да, вы, самые слабые звенья нашего общества. Да, ты у стены. — Не знаю. — Правильно. Ни на один вопрос чётко и ясно ответить не можете, но кайфуете от заигрывания со своими похотливыми животными инстинктами. Такой вы видите юность. Убедить нас в обратном не в состоянии. Не прошло и недели с той минуты, как мне вверили этот класс и я просто хочу сказать — я научу вас всему, что нужно знать. Сегодня же на уроке.

   — Харукаро Харука (Haruhara Haruko) · аниме
7. «

   Люди любят высмеивать то, чего не понимают...

   Люди любят высмеивать то, чего не понимают...

   — Уильям Сомерсет Моэм · книга
8. «

   — Все шутки шутишь, сынок? — Ну, если вам смешно, значит, да.

   — Все шутки шутишь, сынок? — Ну, если вам смешно, значит, да.

   — Ирвин Уэлш · книга
9. «

   Смеётся над конём тот, кто не осмелился смеяться над его хозяином!

   Смеётся над конём тот, кто не осмелился смеяться над его хозяином!

   — Александр Дюма · книга
10. «

    — В прошлый раз старичок вышел на сцену, забыл все слова и его закидали тухлыми яйцами... Я обхохоталась! Замечательно было.

    — В прошлый раз старичок вышел на сцену, забыл все слова и его закидали тухлыми яйцами... Я обхохоталась! Замечательно было.

    — Фиби Буффе · сериал
11. «

    Our friends would all make fun of us and we'll just laugh along because we know That none of them have felt this way.

    Our friends would all make fun of us and we'll just laugh along because we know That none of them have felt this way.
12. «

    — Но если бы мама слышала, что за похабщину ты распеваешь здесь, в замке, твои уши приколотили бы на ворота для украшения. Джерни подёргал себя за левое ухо. — Неважное украшение! Мои бедные уши давно испорчены скверной музыкой, которую извлекает из бализета один бездарный мальчишка.

    — Но если бы мама слышала, что за похабщину ты распеваешь здесь, в замке, твои уши приколотили бы на ворота для украшения. Джерни подёргал себя за левое ухо. — Неважное украшение! Мои бедные уши давно испорчены скверной музыкой, которую извлекает из бализета один бездарный мальчишка.

    — Фрэнк Герберт · книга
13. «

    — По-моему, снаряды нужно было ловить… — Знаю. Попробую с лентой. — По-моему, ты не должна в ней запутываться. — Заткнись. — По-моему, обруч не должен ломаться. — А-а-а! Не могу больше! — По-моему, тебе… очень не хватает грации.

    — По-моему, снаряды нужно было ловить… — Знаю. Попробую с лентой. — По-моему, ты не должна в ней запутываться. — Заткнись. — По-моему, обруч не должен ломаться. — А-а-а! Не могу больше! — По-моему, тебе… очень не хватает грации.

    — Аканэ Тендо · аниме
14. «

    Среди нас танцует только Георг, я никогда не танцую, а сижу в углу и прусь с тех, кто не умеет танцевать

    Среди нас танцует только Георг, я никогда не танцую, а сижу в углу и прусь с тех, кто не умеет танцевать

    — Билл Каулитц
15. «

    — Я забыл вернуть тебе самое главное — твой Инкантос. — В последний раз я помню, что он был побольше. — Карманное издание.

    — Я забыл вернуть тебе самое главное — твой Инкантос. — В последний раз я помню, что он был побольше. — Карманное издание.

    — Бальтазар Блейк · фильм
16. «

    Потом он перестал быть серьёзным и стал чрезвычайно весёлым, начав высмеивать нас и нашу военную гордость, наших великих героев, нерушимую славу, могущественных царей, древних аристократов, освящённую веками историю — он смеялся и смеялся, пока нам не стало тошно от этого смеха; наконец он немного успокоился и сказал: «Хотя, по большому счёту, это не смешно, здесь присутствует своего рода сантимент, если вспомнить, как коротки ваши дни, как инфантильна ваша показная пышность, какими тенями вы являетесь!»

    Потом он перестал быть серьёзным и стал чрезвычайно весёлым, начав высмеивать нас и нашу военную гордость, наших великих героев, нерушимую славу, могущественных царей, древних аристократов, освящённую веками историю — он смеялся и смеялся, пока нам не стало тошно от этого смеха; наконец он немного успокоился и сказал: «Хотя, по большому счёту, это не смешно, здесь присутствует своего рода сантимент, если вспомнить, как коротки ваши дни, как инфантильна ваша показная пышность, какими тенями вы являетесь!»

    — Марк Твен · книга
17. «

    Я узнал, что был прав, а все остальные не правы, когда мне было девять и я учился в четвертом классе. В тот год появился Бак Роджерс, и это была любовь с первого взгляда. Я собирал вырезки из газет и сходил по ним с ума. Друзья этого не понимали. Друзья смеялись. Я разорвал свои комиксы с Баком Роджерсом. Месяц я ходил в школу совершенно убитый и опустошенный. Однажды я горько расплакался и спросил себя, почему мне так плохо и пусто. И сам же себе и ответил: из-за Бака Роджерса. Он исчез, и жизнь больше не стоила того, чтобы жить. Следующая моя мысль была: они мне не друзья — те, кто заставил меня разорвать комиксы, а вместе с тем разорвать пополам и жизнь — они мне враги. Я снова стал собирать Бака Роджерса. И с тех пор живу счастливо. Именно с этого и началась моя карьера писателя-фантаста. Я больше никогда не слушал тех, кто насмехался над моим увлечением космическими полетами, цирками или гориллами. Если что-то подобное происходило, я забирал своих динозавров и выходил из комнаты.

    Я узнал, что был прав, а все остальные не правы, когда мне было девять и я учился в четвертом классе. В тот год появился Бак Роджерс, и это была любовь с первого взгляда. Я собирал вырезки из газет и сходил по ним с ума. Друзья этого не понимали. Друзья смеялись. Я разорвал свои комиксы с Баком Роджерсом. Месяц я ходил в школу совершенно убитый и опустошенный. Однажды я горько расплакался и спросил себя, почему мне так плохо и пусто. И сам же себе и ответил: из-за Бака Роджерса. Он исчез, и жизнь больше не стоила того, чтобы жить. Следующая моя мысль была: они мне не друзья — те, кто заставил меня разорвать комиксы, а вместе с тем разорвать пополам и жизнь — они мне враги. Я снова стал собирать Бака Роджерса. И с тех пор живу счастливо. Именно с этого и началась моя карьера писателя-фантаста. Я больше никогда не слушал тех, кто насмехался над моим увлечением космическими полетами, цирками или гориллами. Если что-то подобное происходило, я забирал своих динозавров и выходил из комнаты.

    — Рэй Брэдбери · книга
18. «

    — Ты наступил на что острое, Фенрис? — Нет. — Пальцы дверью прищемил? — Нет. — Ударился головой о притолоку? — С какой целью ты все это спрашиваешь? — Просто интересно, почему ты все время такой злой. — Мне кажется, он себя этими шипами нарочно колет. — Возможно, из-за глупых подколов.

    — Ты наступил на что острое, Фенрис? — Нет. — Пальцы дверью прищемил? — Нет. — Ударился головой о притолоку? — С какой целью ты все это спрашиваешь? — Просто интересно, почему ты все время такой злой. — Мне кажется, он себя этими шипами нарочно колет. — Возможно, из-за глупых подколов.

    — Мерриль · игра
19. «

    Для того, чтобы подчинить себе общество, достаточно уметь с одинаковой ловкостью пользоваться похвалой и насмешкой.

    Для того, чтобы подчинить себе общество, достаточно уметь с одинаковой ловкостью пользоваться похвалой и насмешкой.

    — Шодерло де Лакло · книга
20. «

    ... Подростки до смерти боятся стать предметом насмешек. А люди, не подверженные подобному страху, — много ли таких найдется в мире взрослых? — имеют для них непререкаемый авторитет.

    ... Подростки до смерти боятся стать предметом насмешек. А люди, не подверженные подобному страху, — много ли таких найдется в мире взрослых? — имеют для них непререкаемый авторитет.

    — Джоан Роулинг · книга