Мерриль

— Варрик, я знаю, что ты состоишь в Торговой гильдии, но никогда не видела твоего магазина. — Видишь ли, Маргаритка, мы торговцы иного рода. — Какого? — Дом Тетрасов вкладывает деньги в... да ты все равно не поймешь ничего в этих финансовых дебрях, верно? — Не пойму. Но в любом случае обещаю внимательно слушать! — Хорошо. Словом, у нас много магазинов. Но они невидимые. Их видят только гномы и счетоводы.

— Слушай, а как кунари чешут голову? Им же рога мешают? — Почему ты решила, что я это знаю? — Потому что ты много всего знаешь! Интересно, они трутся головой о деревья, как галлы? — Я бы не пожалела золотого, чтобы на это посмотреть.

— Сэр Ланселап… а кто посвящал его в рыцари? — Это серьезный вопрос? — У него был маленький мечик или только когти? А на голове что? Наверняка была лихая шапочка с пером! — Может, хватит смеяться над моим котом? — Что… значит, не было шапочки?

Он очень мил. Правда, бесит иногда и липнет как банный лист, но в целом мил.

— Ты наступил на что острое, Фенрис? — Нет. — Пальцы дверью прищемил? — Нет. — Ударился головой о притолоку? — С какой целью ты все это спрашиваешь? — Просто интересно, почему ты все время такой злой. — Мне кажется, он себя этими шипами нарочно колет. — Возможно, из-за глупых подколов.

— Это твое зеркало... Что оно делает? — Стоит у меня дома и наводит жуть. — Но оно же магическое, верно? Значит, может делать... какие-то магические штуки. Оно опасно? — Ну... оно может на кого-то упасть. Но толкнуть придется сильно. Оно тяжелое. — Мерриль, скажи, жителям Киркволла что-то грозит или нет? — А! Нет, только тем, кто сидит прямо под ним.

— А у твоего лука есть имя? — Боюсь, я не в силах соперничать с нашим дорогим гномом в...привязанности к своему оружию. — Ты мог бы назвать его Филомелой! — Это еще с какой стати? — Да потому что он напоминает мне одну женщину из эльфинажа. Такой же тощий, колкий и вечно чем-то в людей швыряется.

— Почему зеркало? — Не понимаю твоего вопроса. — Если твои сородичи решили сделать волшебную штуку, чтобы говорить друг с другом на расстоянии, почему они выбрали именно зеркало? Неужели эльфы так часто беседуют со своим отражением? — Полагаю, древним эльфам казалось глупым беседовать с вазой или платяным шкафом.

— Знаешь, ты можешь взять другого котенка. На рынке в нижнем городе есть кошка с котятами. Их как раз уже можно отнять от груди. — Тебе безразличны храмовники, кунари, политики, но кошечек ты замечаешь? — Храмовники, кунари и политики не мяукают и не чешутся о твою ногу, когда ты покупаешь еду. — А девочки среди них есть? Хочу кошечку. Полосатую.

— Ты действительно не любишь Глубинные тропы? — А кто в здравом уме их любит? Дыра, кишащая порождениями тьмы, и конца им не видно. — Но живут же гномы на Глубинных тропах, правда? Наверное, не так все плохо. — Гномы — психи. — Это он верно говорит, Маргаритка.

— Как тебе удается не заблудиться? — Вообще-то иногда бывает. — Я до сих пор этого не видела! Мы все идем за тобой, и по тебе всегда видно, что ты знаешь, куда идешь. — Разве? А как же тот раз, когда я три часа нарезала круги по Рваному берегу? — А! Я думала, ты просто на пейзаж любуешься! По крайней мере, день был погожий!

— Авелин? Помнишь, ты просила говорить тебе, если я замечу что-то необычное? Ну так вот, мы уже в девятый раз проходим эту треснувшую плитку на полу. — Мы ходим кругами, а ты только сейчас мне говоришь? — Я не была уверена. Вдруг у них здесь много одинаково треснувших плиток?

— Как грустно вышло с твоим братом, Варрик. А еще какие-нибудь родные у тебя есть? — У меня родных – что блох у крысы, Маргаритка. — Ты хочешь сказать, что их так много? Или что они так же надоедают? — И то, и другое.

— Что? Ну что ты на меня так смотришь? — Ты влюбился. — Вовсе нет. — Ты смотришь на Хоук грустными щенячьими глазами всякий раз, как она отворачивается. — У меня не щенячьи глаза. — Да ладно, все в порядке. Даже тебе иногда можно побыть счастливым. Ты от этого не умрешь. Но вот лицо от широкой улыбки может и треснуть, так что осторожнее.

— Какое тебе раздолье, Авелин! Тут преступников больше, чем я за всю жизнь видела! — Не то чтобы «раздолье»... Но отчасти похоже на конфетную лавку с кучей злодеев.

— Тебе его не хватает? Ну, Ферелдена? — Иногда. — Помнишь ежевику? Здесь она не растёт. А ещё там были певчие птички с чёрными шапочками. — Мне больше не хватает лая собак. — Да! Здесь на меня лают только люди. Это совсем не так мило.