Топ-777 цитат: «наука»

Тема «наука» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 777 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Наука, в которую мы верим, заранее и задолго готовит нас к грядущим чудесам, и психологический шок возникает у нас только тогда, когда мы сталкиваемся с непредсказанным.

   Наука, в которую мы верим, заранее и задолго готовит нас к грядущим чудесам, и психологический шок возникает у нас только тогда, когда мы сталкиваемся с непредсказанным.

   — Борис Стругацкий · книга
2. «

   Для счастья важнее то, как часто мы испытываем приятное чувство, или, как говорят психологи, «положительный аффект», а не то, насколько сильно это чувство. Иными словами, хорошая новость — это прежде всего хорошая новость; насколько она хороша, уже не так важно. Значит, чтобы жить счастливо, нужно получать свои маленькие «положительные аффекты» как можно более регулярно. Множество просто хороших новостей лучше, чем одна отличная новость.

   Для счастья важнее то, как часто мы испытываем приятное чувство, или, как говорят психологи, «положительный аффект», а не то, насколько сильно это чувство. Иными словами, хорошая новость — это прежде всего хорошая новость; насколько она хороша, уже не так важно. Значит, чтобы жить счастливо, нужно получать свои маленькие «положительные аффекты» как можно более регулярно. Множество просто хороших новостей лучше, чем одна отличная новость.

   — Нассим Николас Талеб · книга
3. «

   Наука — это очень деликатная вещь. Грубо — вы можете поймать человека, обучить его чему-то, например в кавалерии — обучить сидеть на коне. Здесь же — тяжелое и сложное дело. Вы учите человека много лет, и только после этого он начинает работать, и вдруг становится ясно, что он никуда не годится. Или наоборот. Это первое. Здесь выборка другая, и деликатная. Государство это не ломало. И эта сфера сохранилась. И второе. Вам нужна сначала идеология научная. Нужны масштабные проекты, приоритеты, и что вы будете делать. У нас это есть. Некоторое время назад президент утвердил стратегию научно-технологического развития. Утверждение этой стратегии фактически приравняло науку к обороне, к стратегии национальной безопасности.

   Наука — это очень деликатная вещь. Грубо — вы можете поймать человека, обучить его чему-то, например в кавалерии — обучить сидеть на коне. Здесь же — тяжелое и сложное дело. Вы учите человека много лет, и только после этого он начинает работать, и вдруг становится ясно, что он никуда не годится. Или наоборот. Это первое. Здесь выборка другая, и деликатная. Государство это не ломало. И эта сфера сохранилась. И второе. Вам нужна сначала идеология научная. Нужны масштабные проекты, приоритеты, и что вы будете делать. У нас это есть. Некоторое время назад президент утвердил стратегию научно-технологического развития. Утверждение этой стратегии фактически приравняло науку к обороне, к стратегии национальной безопасности.

   — Михаил Валентинович Ковальчук
4. «

   Открытия приходят лишь к тем, кто подготовлен к их пониманию.

   Открытия приходят лишь к тем, кто подготовлен к их пониманию.

   — Луи Пастер
5. «

   Озарения окончательно укрепили меня во мнении о том, что наука должна служить человечеству в целом, а не держателям патентов. По каким-то неведомым мне причинам Бог выбрал меня в качестве посредника между Ним и людьми. И мой долг передать людям то, что я получил свыше.

   Озарения окончательно укрепили меня во мнении о том, что наука должна служить человечеству в целом, а не держателям патентов. По каким-то неведомым мне причинам Бог выбрал меня в качестве посредника между Ним и людьми. И мой долг передать людям то, что я получил свыше.

   — Никола Тесла · книга
6. «

   Вечная трагедия науки: уродливые факты убивают красивые гипотезы.

   Вечная трагедия науки: уродливые факты убивают красивые гипотезы.

   — Томас Генри Хаксли (Гексли)
7. «

   Мотивация ученого приближается к религиозному типу мотивации и даже совпадает с ним. Она не экономическая.

   Мотивация ученого приближается к религиозному типу мотивации и даже совпадает с ним. Она не экономическая.

   — Тимофей Николаевич Сергейцев
8. «

   Шеллинг — поэт науки, скажет затем Герцен, но это не вполне точно: Шеллинг не воспел науку, а впервые открыл ее поэтическую суть. Ибо наука — тоже откровение, субъективность, личностность, вдохновенность, заинтересованность, заражение, борьба идей.

   Шеллинг — поэт науки, скажет затем Герцен, но это не вполне точно: Шеллинг не воспел науку, а впервые открыл ее поэтическую суть. Ибо наука — тоже откровение, субъективность, личностность, вдохновенность, заинтересованность, заражение, борьба идей.

   — Игорь Иванович Гарин · книга
9. «

   Церковь протягивает вам руку так же, как и всем остальным людям. Но чем сильнее мы к вам тянемся, тем резче вы нас отталкиваете. Предъявите нам доказательства существования Бога, говорите вы. А я вам отвечу: возьмите свои телескопы, взгляните на небо и скажите мне, как все это могло возникнуть без вмешательства свыше! — На глазах камерария появились слезы. — Вы спрашиваете, как выглядит Бог. Мой ответ останется прежним. Неужели вы не видите Бога в вашей науке? Как же вы можете его там не видеть? Вы не устаете заявлять, что малейшее изменение гравитации или веса атомов превратит великолепные тела в безжизненную туманность. Неужели вы не замечаете во всем этом руки Творца? Неужели вы предпочитаете верить в то, что на нашу долю просто выпала удачная карта? Одна из многих миллиардов? Неужели мы достигли такого уровня нравственного банкротства, что предпочитаем верить в математическую невозможность, отрицая саму вероятность существования превосходящей нас Силы.

   Церковь протягивает вам руку так же, как и всем остальным людям. Но чем сильнее мы к вам тянемся, тем резче вы нас отталкиваете. Предъявите нам доказательства существования Бога, говорите вы. А я вам отвечу: возьмите свои телескопы, взгляните на небо и скажите мне, как все это могло возникнуть без вмешательства свыше! — На глазах камерария появились слезы. — Вы спрашиваете, как выглядит Бог. Мой ответ останется прежним. Неужели вы не видите Бога в вашей науке? Как же вы можете его там не видеть? Вы не устаете заявлять, что малейшее изменение гравитации или веса атомов превратит великолепные тела в безжизненную туманность. Неужели вы не замечаете во всем этом руки Творца? Неужели вы предпочитаете верить в то, что на нашу долю просто выпала удачная карта? Одна из многих миллиардов? Неужели мы достигли такого уровня нравственного банкротства, что предпочитаем верить в математическую невозможность, отрицая саму вероятность существования превосходящей нас Силы.

   — Дэн Браун · книга
10. «

    — Это невозможно! — Это наука!

    — Это невозможно! — Это наука!

    — Марти МакФлай · фильм
11. «

    Наука может быть создана только теми, кто насквозь пропитан стремлением к истине и пониманию. Но источник этого чувства берёт начало из области религии. Оттуда же — вера в возможность того, что правила этого мира рациональны, то есть постижимы для разума. Я не могу представить настоящего учёного без крепкой веры в это. Образно ситуацию можно описать так: наука без религии — хромая, а религия без науки — слепа.

    Наука может быть создана только теми, кто насквозь пропитан стремлением к истине и пониманию. Но источник этого чувства берёт начало из области религии. Оттуда же — вера в возможность того, что правила этого мира рациональны, то есть постижимы для разума. Я не могу представить настоящего учёного без крепкой веры в это. Образно ситуацию можно описать так: наука без религии — хромая, а религия без науки — слепа.

    — Альберт Эйнштейн
12. «

    Знаете, чем порочна современная наука? Она похожа на огромное богатство, которое досталось по наследству какому-нибудь бестолковому неумехе.

    Знаете, чем порочна современная наука? Она похожа на огромное богатство, которое досталось по наследству какому-нибудь бестолковому неумехе.

    — Майкл Крайтон · книга
13. «

    Признаться, я чуть не усомнился в реальности происходящего… Как ужасно было бы жить в мире, где наука осмеивается, и где господствует сон разума!…

    Признаться, я чуть не усомнился в реальности происходящего… Как ужасно было бы жить в мире, где наука осмеивается, и где господствует сон разума!…

    — Лосяш · мультфильм
14. «

    Кто вошёл в науку с чёрного хода, скатится вниз по парадной лестнице.

    Кто вошёл в науку с чёрного хода, скатится вниз по парадной лестнице.

    — Лев Самуилович Клейн
15. «

    История – это наука о том, чего уже нет и не будет.

    История – это наука о том, чего уже нет и не будет.

    — Поль Валери
16. «

    Наука ненавидит «телеологию» — концепцию цели.

    Наука ненавидит «телеологию» — концепцию цели.

    — Колин Уилсон · книга
17. «

    Наука подвластна проверке и подчинена логике, легенды и предания — нет. Отулисса готова была признать, что мифология и наука имеют одинаковую ценность для развития разума и желудка. Только цели у них разные. Наука обогащает нас знаниями о естественной истории земли и населяющих её созданий, а легенды и предания воздействуют на воображение и позволяют развить чувствительность желудка.

    Наука подвластна проверке и подчинена логике, легенды и предания — нет. Отулисса готова была признать, что мифология и наука имеют одинаковую ценность для развития разума и желудка. Только цели у них разные. Наука обогащает нас знаниями о естественной истории земли и населяющих её созданий, а легенды и предания воздействуют на воображение и позволяют развить чувствительность желудка.

    — Кэтрин Ласки · книга
18. «

    Однажды на корабль грамматик сел ученый, И кормчего спросил сей муж самовлюбленный:

    Однажды на корабль грамматик сел ученый, И кормчего спросил сей муж самовлюбленный:

    — Руми
19. «

    В мире нет ничего, что не может объяснить наука. Поиски правила, которое бы объяснило то, что нам не понятно... Без устали двигаться вперед по пути, даже по самому тернистому... Это и есть наука!

    В мире нет ничего, что не может объяснить наука. Поиски правила, которое бы объяснило то, что нам не понятно... Без устали двигаться вперед по пути, даже по самому тернистому... Это и есть наука!

    — Исигами Сэнку
20. «

    О важности открытия можно точно судить по тому, сколько усилий власти прилагают к его сокрытию.

    О важности открытия можно точно судить по тому, сколько усилий власти прилагают к его сокрытию.

    — Уильям Берроуз