209 фраз, которые всё говорят о «нелюбовь»

Тема «нелюбовь» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 209 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Все, кто меня любил, не нравились мне. А кого я любила — не любили меня. Кто бы знал мое одиночество...

   Все, кто меня любил, не нравились мне. А кого я любила — не любили меня. Кто бы знал мое одиночество...

   — Фаина Раневская · книга
2. «

   Наша совместная жизнь с госпожой Диккенс была несчастливой уже в течение многих лет. Для каждого, кто знал нас близко, без сомнения, шло ясно, что трудно найти супругов, которые бы менее подходили друг к другу но характеру, темпераменту и во всех других отношениях, чем мы с женой. Вряд ли когда-либо существовала семья, в которой муж и жена, сами по себе неплохие люди, так не понимали бы друг друга и имели бы так мало общего. Это может подтвердить наша преданная служанка (она была нам скорее другом), которая, прожив с нами шестнадцать лет, вышла замуж, но по-прежнему пользуется полным доверием г-жи Диккенс, так же как и моим. Она имела возможность изо дня в день, из месяца в месяц, из года в год близко наблюдать прискорбное состояние нашей семейной жизни, будь то в Лондоне, во Франции, Италии всюду, где мы были вместе. Мы не раз собирались расходиться, но единственной, кто стоял на пути к разрыву, была сестра г-жи Диккенс, Джорджина Хогарт. С пятнадцатилетнего возраста она целиком посвятила себя нашей семье и нашим детям, для которых она была и няней, и учителем, и участницей их игр, и защитником, и советчиком, и другом. Что касается моей жены, то из чувства уважения к ней лишь замечу, что в силу особенностей своей натуры она всегда перекладывала заботу о детях на кого-либо другого. Я просто не могу себе представить, что сталось бы с детьми, если бы не их тетка, которая вырастила их, снискала их искреннюю преданность и пожертвовала ради них своею молодостью, лучшими годами своей жизни.

   Наша совместная жизнь с госпожой Диккенс была несчастливой уже в течение многих лет. Для каждого, кто знал нас близко, без сомнения, шло ясно, что трудно найти супругов, которые бы менее подходили друг к другу но характеру, темпераменту и во всех других отношениях, чем мы с женой. Вряд ли когда-либо существовала семья, в которой муж и жена, сами по себе неплохие люди, так не понимали бы друг друга и имели бы так мало общего. Это может подтвердить наша преданная служанка (она была нам скорее другом), которая, прожив с нами шестнадцать лет, вышла замуж, но по-прежнему пользуется полным доверием г-жи Диккенс, так же как и моим. Она имела возможность изо дня в день, из месяца в месяц, из года в год близко наблюдать прискорбное состояние нашей семейной жизни, будь то в Лондоне, во Франции, Италии всюду, где мы были вместе. Мы не раз собирались расходиться, но единственной, кто стоял на пути к разрыву, была сестра г-жи Диккенс, Джорджина Хогарт. С пятнадцатилетнего возраста она целиком посвятила себя нашей семье и нашим детям, для которых она была и няней, и учителем, и участницей их игр, и защитником, и советчиком, и другом. Что касается моей жены, то из чувства уважения к ней лишь замечу, что в силу особенностей своей натуры она всегда перекладывала заботу о детях на кого-либо другого. Я просто не могу себе представить, что сталось бы с детьми, если бы не их тетка, которая вырастила их, снискала их искреннюю преданность и пожертвовала ради них своею молодостью, лучшими годами своей жизни.

   — Чарльз Диккенс
3. «

   «Что же делать, если с человеком прожил 10 — 20 лет, а если более? Точно не знаю. Человек чувствует, когда его уже не любят. Проблема в том, что невозможно заставить любить кого-то, тем более, если это сокрытие истинных чувств от самого себя. Вот и встречаешься с попыткой осмыслить, в поиске ответа — почему нет любви»

   «Что же делать, если с человеком прожил 10 — 20 лет, а если более? Точно не знаю. Человек чувствует, когда его уже не любят. Проблема в том, что невозможно заставить любить кого-то, тем более, если это сокрытие истинных чувств от самого себя. Вот и встречаешься с попыткой осмыслить, в поиске ответа — почему нет любви»

   — Владимир Болтунов · книга
4. «

   — Большинство птиц были созданы, чтобы летать. Оказаться взаперти для них означает ограничение способности к полету, а вовсе не иной способ существования. — ... — Ты, со своей стороны, был создан быть любимым. Поэтому для тебя жить так, словно ты нелюбим, есть ограничение твоей способности, а не способ существования.

   — Большинство птиц были созданы, чтобы летать. Оказаться взаперти для них означает ограничение способности к полету, а вовсе не иной способ существования. — ... — Ты, со своей стороны, был создан быть любимым. Поэтому для тебя жить так, словно ты нелюбим, есть ограничение твоей способности, а не способ существования.

   — Уильям Пол Янг · книга
5. «

   А иногда я глядел в большие зеркала, стоявшие в простенках, и, видя в них своё невзрачное отражение, с печалью думал, что меня, человека с пятью «не», не полюбит ни одна девочка, а когда я подрасту, то меня не полюбит ни одна девушка, а когда я стану взрослым, то меня не полюбит ни одна женщина. И когда я помру, то, если есть ад и я буду в нём гореть, меня не полюбит ни одна чертовка, а если есть рай и меня туда вселят, меня не полюбит ни одна ангельша.

   А иногда я глядел в большие зеркала, стоявшие в простенках, и, видя в них своё невзрачное отражение, с печалью думал, что меня, человека с пятью «не», не полюбит ни одна девочка, а когда я подрасту, то меня не полюбит ни одна девушка, а когда я стану взрослым, то меня не полюбит ни одна женщина. И когда я помру, то, если есть ад и я буду в нём гореть, меня не полюбит ни одна чертовка, а если есть рай и меня туда вселят, меня не полюбит ни одна ангельша.

   — Вадим Шефнер · книга
6. «

   Будто если ты чего-нибудь терпеть не можешь, оно перестает на тебя влиять.

   Будто если ты чего-нибудь терпеть не можешь, оно перестает на тебя влиять.

   — Джон Фаулз · книга
7. «

   Ребенком ты всегда ощущал присутствие матери, но отец был для тебя только тенью. От него не исходило ни тепла, ни нежности. Когда ты пытался приласкаться, он всегда гнал тебя.

   Ребенком ты всегда ощущал присутствие матери, но отец был для тебя только тенью. От него не исходило ни тепла, ни нежности. Когда ты пытался приласкаться, он всегда гнал тебя.

   — Ирвин Уэлш · книга
8. «

   Ах опять тот взор, что прежде Наполнял мне душу светом, Губы алые, как прежде, Дышат сладостным приветом.

   Ах опять тот взор, что прежде Наполнял мне душу светом, Губы алые, как прежде, Дышат сладостным приветом.

   — Генрих Гейне
9. «

   Мои руки словно крылья, Но грубей они не стали, Просто их недолюбили, Просто их недоласкали, До чего ж красиво ночью перевернутое небо, Я бы в нем летала точно, Если б я летать умела...

   Мои руки словно крылья, Но грубей они не стали, Просто их недолюбили, Просто их недоласкали, До чего ж красиво ночью перевернутое небо, Я бы в нем летала точно, Если б я летать умела...
10. «

    Я тебя зауважал, но полюбит так и не смог.

    Я тебя зауважал, но полюбит так и не смог.
11. «

    Кто ничего не даёт, тот ничего не имеет. Самое большое несчастье не в том, что тебя не любят, а в том, что не любишь сам.

    Кто ничего не даёт, тот ничего не имеет. Самое большое несчастье не в том, что тебя не любят, а в том, что не любишь сам.

    — Альбер Камю
12. «

    Твоя красавица не дура; Я вижу всё и не сержусь: Она прелестная Лаура, Да я в Петрарки не гожусь.

    Твоя красавица не дура; Я вижу всё и не сержусь: Она прелестная Лаура, Да я в Петрарки не гожусь.

    — Виктор Кунин · книга
13. «

    — По-моему, вы с Леной оба хорошие. Вы ведь с ней лучшие друзья, да? — спросила Эллисив. Я подвинулся к самому ее уху. — Я знаю, что половина из нас так думает, — прошептал я.

    — По-моему, вы с Леной оба хорошие. Вы ведь с ней лучшие друзья, да? — спросила Эллисив. Я подвинулся к самому ее уху. — Я знаю, что половина из нас так думает, — прошептал я.

    — Мария Парр · книга
14. «

    Нарцисизм — как и эгоизм — это избыточная компенсация за недостаточность любви к себе.

    Нарцисизм — как и эгоизм — это избыточная компенсация за недостаточность любви к себе.

    — Эрих Фромм · книга
15. «

    Я вас забыл, никто другой не сможет, Забыть вас также, как и я. Ваш образ, что когда-то гложил, Мой разум, вы теперь чужда.

    Я вас забыл, никто другой не сможет, Забыть вас также, как и я. Ваш образ, что когда-то гложил, Мой разум, вы теперь чужда.
16. «

    Она говорит: «Я просто люблю его. Он мой. Мы вдвоём, и нам хорошо быть вместе». Как будто флажками красными метит: «Не тронь!» И всем представляется просто: его невестой.

    Она говорит: «Я просто люблю его. Он мой. Мы вдвоём, и нам хорошо быть вместе». Как будто флажками красными метит: «Не тронь!» И всем представляется просто: его невестой.
17. «

    We had a dislike — it was violence. Your feelings are colder than the weather in Russia.

    We had a dislike — it was violence. Your feelings are colder than the weather in Russia.
18. «

    Я говорю тебе: «Пока», — и спокойно сплю. Какой же это кайф, я тебя не люблю!

    Я говорю тебе: «Пока», — и спокойно сплю. Какой же это кайф, я тебя не люблю!
19. «

    — С другими всегда было проще, чем с тобой. — Чем проще? — Я их не любил.

    — С другими всегда было проще, чем с тобой. — Чем проще? — Я их не любил.

    — Ринат Валиуллин · книга
20. «

    Безнравственно выходить замуж за человека, которого не любишь.

    Безнравственно выходить замуж за человека, которого не любишь.

    — Перл Бак