38 высказываний на тему «неволя»

Собрали 38 цитат на тему «неволя» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Из этого заколдованного круга выхода нет. Все двери на замке, охрана ласково улыбается. Вас держат в неволе с помощью долгосрочных кредитов, ежемесячных взносов, квартплаты.

   Из этого заколдованного круга выхода нет. Все двери на замке, охрана ласково улыбается. Вас держат в неволе с помощью долгосрочных кредитов, ежемесячных взносов, квартплаты.

   — Фредерик Бегбедер · книга
2. «

   Где выход из моей клетки? И была ли я когда-то вообще вне её стен? Я сама их воздвигла. Хотела выбраться, начала строить мосты. Но мне оставалось только смотреть вдаль и мечтать, что я когда-нибудь окажусь по ту сторону.

   Где выход из моей клетки? И была ли я когда-то вообще вне её стен? Я сама их воздвигла. Хотела выбраться, начала строить мосты. Но мне оставалось только смотреть вдаль и мечтать, что я когда-нибудь окажусь по ту сторону.

   — Селена (Лилит) · игра
3. «

   Ты пренебрег привилегиями, которые были даны тебе при рождении, и снова и снова возвращался в тюрьму... Похоже, неволя тебе приятней, чем свобода.

   Ты пренебрег привилегиями, которые были даны тебе при рождении, и снова и снова возвращался в тюрьму... Похоже, неволя тебе приятней, чем свобода.

   — Джон Крамер (Пила) · фильм
4. «

   Кругом — неправда и неволя. Народ измученный — молчит. А на державном том престоле - Кабан упитанный сидит. Вставайте братья, будьте честны! Бесчестьем не марайте рук! И солнцем ярким с поднебесья Свобода воссияет вдруг!

   Кругом — неправда и неволя. Народ измученный — молчит. А на державном том престоле - Кабан упитанный сидит. Вставайте братья, будьте честны! Бесчестьем не марайте рук! И солнцем ярким с поднебесья Свобода воссияет вдруг!

   — Тарас Григорьевич Шевченко · книга
5. «

   А если у человека дом – хлам, одежда – хлам и мысли – хлам, то это не потому, что у него не хватает средств, он живет под диктатурой в самой коррумпированной стране и вообще Сталин, а потому что у него просто не хватает фантазии для того, чтобы жить по-другому.

   А если у человека дом – хлам, одежда – хлам и мысли – хлам, то это не потому, что у него не хватает средств, он живет под диктатурой в самой коррумпированной стране и вообще Сталин, а потому что у него просто не хватает фантазии для того, чтобы жить по-другому.

   — Франц Вертфоллен · книга
6. «

   Да, я все мечтала о свободе… а потом убедилась, что наше женское счастье неразлучно с неволей.

   Да, я все мечтала о свободе… а потом убедилась, что наше женское счастье неразлучно с неволей.

   — Александр Николаевич Островский · книга
7. «

   В детстве я была одержима китами-касатками. Они всегда будто улыбаются. В океане проплывают по 160 километров в день. Но в неволе их звуковые волны отражаются от стен и киты становятся глухими и тупыми. Некоторые сходят с ума. Я читала, что один сломал себе все зубы пытаясь вырваться. Для него это было чересчур. Он больше не хотел улыбаться.

   В детстве я была одержима китами-касатками. Они всегда будто улыбаются. В океане проплывают по 160 километров в день. Но в неволе их звуковые волны отражаются от стен и киты становятся глухими и тупыми. Некоторые сходят с ума. Я читала, что один сломал себе все зубы пытаясь вырваться. Для него это было чересчур. Он больше не хотел улыбаться.

   — Молл · фильм
8. «

   Господи, тюрьма... Да мне везде тюрьма!

   Господи, тюрьма... Да мне везде тюрьма!

   — Сталкер · фильм
9. «

   — Ну, скажи мне, иноземец, почему люди так боятся тюрьмы, а? — Конечно, боятся. — Ну разве больному постель не тюрьма? Торгашу его лавка не тюрьма? Горожанину — город, царю — его царство, самому Господу Богу — леденящая сфера. Разве все они не узники? — Конечно.

   — Ну, скажи мне, иноземец, почему люди так боятся тюрьмы, а? — Конечно, боятся. — Ну разве больному постель не тюрьма? Торгашу его лавка не тюрьма? Горожанину — город, царю — его царство, самому Господу Богу — леденящая сфера. Разве все они не узники? — Конечно.

   — Бенжамен Варламович Глонти · фильм
10. «

    Я совсем как томящийся в неволе белый медведь, которого мне раз довелось видеть в зверинце. Помню, я тогда подумала, что он, бедняжка, так отупел, двигаясь взад и вперед по тесной клетке, что, выпусти его на свободу, он все равно станет топтаться на месте. Так и мы — постепенно свыкаемся со своим несчастьем, и оно переходит в привычку.

    Я совсем как томящийся в неволе белый медведь, которого мне раз довелось видеть в зверинце. Помню, я тогда подумала, что он, бедняжка, так отупел, двигаясь взад и вперед по тесной клетке, что, выпусти его на свободу, он все равно станет топтаться на месте. Так и мы — постепенно свыкаемся со своим несчастьем, и оно переходит в привычку.

    — Джордж Элиот · книга
11. «

    Я не герой. Я просто каторжник с молотом.

    Я не герой. Я просто каторжник с молотом.

    — Сайлас (Sylas) · игра
12. «

    Власть разлучает гордые души, а неволя соединяет их.

    Власть разлучает гордые души, а неволя соединяет их.

    — Михаил Юрьевич Лермонтов · книга
13. «

    — Я ведь тебя знаю. Ты — доктор Вэр, один из участников инцидента с Фронтиром. Что ты здесь делал? — Кучка высокомерных кретинов решила скрыть от мира мой гений, будто бы моего вклада в ту операцию и не было вовсе! Меня лишили свободы, сделали своей вещью! Упрятали сюда из-за вживлённой в меня части Нефилима. — Хм... Считай, что ты меня заинтересовал. Можешь пойти с нами, если хочешь.

    — Я ведь тебя знаю. Ты — доктор Вэр, один из участников инцидента с Фронтиром. Что ты здесь делал? — Кучка высокомерных кретинов решила скрыть от мира мой гений, будто бы моего вклада в ту операцию и не было вовсе! Меня лишили свободы, сделали своей вещью! Упрятали сюда из-за вживлённой в меня части Нефилима. — Хм... Считай, что ты меня заинтересовал. Можешь пойти с нами, если хочешь.

    — Кэрол Малус Динхайм (Carol Malus Dienheim) · аниме
14. «

    Стоял и думал: на воле воздух очень разреженный. Места тут чересчур, плотность населения слишком низкая. На зоне вот по сто пятьдесят человек в бараке, на тюрьме по пятьдесят в хате, нары в три яруса, до чужой судьбы полметра; и у каждого вместо судьбы — открытый перелом; острыми обломками наружу. Нельзя не наткнуться на другого, нельзя не распороть себя об него, не обмазаться в мясных лохмотьях. Лезут друг другу в глаза, в нос своими потрохами вонючими, членом тычут. Некуда друг от друга деваться. Сначала жутко от этого, потом тошно до блевоты, потом привыкаешь, а потом без этого даже и пусто. На воле с чужими людьми в разных квартирах живёшь, стенкой от них отделяешься, в метро каждый в своём пузыре едет. Как чай из пакетиков после чифиря — так на воле. Сидишь, кажется — только снаружи всё подлинное. Выходишь — фальшак. Жизнь в зоне — морок, а ничего более настоящего нет.

    Стоял и думал: на воле воздух очень разреженный. Места тут чересчур, плотность населения слишком низкая. На зоне вот по сто пятьдесят человек в бараке, на тюрьме по пятьдесят в хате, нары в три яруса, до чужой судьбы полметра; и у каждого вместо судьбы — открытый перелом; острыми обломками наружу. Нельзя не наткнуться на другого, нельзя не распороть себя об него, не обмазаться в мясных лохмотьях. Лезут друг другу в глаза, в нос своими потрохами вонючими, членом тычут. Некуда друг от друга деваться. Сначала жутко от этого, потом тошно до блевоты, потом привыкаешь, а потом без этого даже и пусто. На воле с чужими людьми в разных квартирах живёшь, стенкой от них отделяешься, в метро каждый в своём пузыре едет. Как чай из пакетиков после чифиря — так на воле. Сидишь, кажется — только снаружи всё подлинное. Выходишь — фальшак. Жизнь в зоне — морок, а ничего более настоящего нет.

    — Дмитрий Глуховский · книга
15. «

    Смерть не страшна, Ратибор. Страшна жизнь в неволе.

    Смерть не страшна, Ратибор. Страшна жизнь в неволе.
16. «

    Ты никому нахрен не сдался. Ты — просто циферка. Инструмент. Пешка в чужой игре. Тобой манипулируют. Следят. Используют. И когда ты перестанешь быть нужен, тебя бросят подыхать. И вот что я предлагаю: в одиночку ты можешь устроить битву, но все вместе мы можем начать войну.

    Ты никому нахрен не сдался. Ты — просто циферка. Инструмент. Пешка в чужой игре. Тобой манипулируют. Следят. Используют. И когда ты перестанешь быть нужен, тебя бросят подыхать. И вот что я предлагаю: в одиночку ты можешь устроить битву, но все вместе мы можем начать войну.

    — Дэнни Ли / Блэкджек (Danny Li / Blackjack) · игра
17. «

    Я хочу, чтобы ты была свободной, была собой. Наверняка, ты никогда не была свободна, с самого рождения. Да, ты принцесса и живешь в золотой клетке, но это клетка.

    Я хочу, чтобы ты была свободной, была собой. Наверняка, ты никогда не была свободна, с самого рождения. Да, ты принцесса и живешь в золотой клетке, но это клетка.

    — Эгберт · сериал
18. «

    Сколько из нас признают: именно в неволе в первый раз мы узнали подлинную дружбу!

    Сколько из нас признают: именно в неволе в первый раз мы узнали подлинную дружбу!

    — Александр Солженицын · книга
19. «

    Невежественные граждане Новой Химуки!... А также — все глупцы, что не желали смотреть в глаза правде. Моё имя — Карен Трэверс. Я — тот, кто отверг лживую систему Новой Химуки и раскрыл глаза. Мы с товарищами приняли решение работать с Сэйраном, чьи взгляды мы разделяем. Довольно закрывать глаза на правду! Ваше государство обезумело! Правительство Новой Химуки развивало сообщество через «псай-нэт». И как вам известно, сердцем «псай-нэт» является городской суперкомпьютер Арахабаки. Его схемы — это уполномоченные псионики, так как большинство населения связаны друг с другом телепатически. Благодаря этому кто-угодно может видеть и слышать любую информацию. Пользоваться ею, вести лишённую каких-либо ограничений жизнь. Однако настоящей свободы в этом нет! Вся доступная информация контролируется правительством, а население превращается в скот. Посмотрите по сторонам: все люди живут ради страны, ради правительства — лишь чтобы ими пользовались. Все, кто выбиваются от нормы, подлежат устранению — их сводят с ума, превращая в свои пешки. Стремясь добиться покорности, наши лидеры перешли черту. Но хватит! Настал час сбросить правительство Новой Химуки и подняться с колен! Очнитесь, несчастные! Сэйран защищает свободу воли! Их общество построено так, чтобы люди могли жить как и подабает людям! И я клянусь, что буду стоять на его защите! Мы рады принять в свои ряды всех и каждого! Я стал авангардом Сэйран и бросил вызов диктатуре, которая признаёт лишь тех, в ком видит выгоду для себя. Отныне Сэйран — моя родина, и ради неё я разрушу систему Новой Химуки! Здесь и сейчас мы начинаем освобождение от оков вечных заговоров! Вот она — настоящая революция! Если вы очнулись, как и я — мы ждём вас под флагами Сэйран! И вместе мы свергнем это систему!

    Невежественные граждане Новой Химуки!... А также — все глупцы, что не желали смотреть в глаза правде. Моё имя — Карен Трэверс. Я — тот, кто отверг лживую систему Новой Химуки и раскрыл глаза. Мы с товарищами приняли решение работать с Сэйраном, чьи взгляды мы разделяем. Довольно закрывать глаза на правду! Ваше государство обезумело! Правительство Новой Химуки развивало сообщество через «псай-нэт». И как вам известно, сердцем «псай-нэт» является городской суперкомпьютер Арахабаки. Его схемы — это уполномоченные псионики, так как большинство населения связаны друг с другом телепатически. Благодаря этому кто-угодно может видеть и слышать любую информацию. Пользоваться ею, вести лишённую каких-либо ограничений жизнь. Однако настоящей свободы в этом нет! Вся доступная информация контролируется правительством, а население превращается в скот. Посмотрите по сторонам: все люди живут ради страны, ради правительства — лишь чтобы ими пользовались. Все, кто выбиваются от нормы, подлежат устранению — их сводят с ума, превращая в свои пешки. Стремясь добиться покорности, наши лидеры перешли черту. Но хватит! Настал час сбросить правительство Новой Химуки и подняться с колен! Очнитесь, несчастные! Сэйран защищает свободу воли! Их общество построено так, чтобы люди могли жить как и подабает людям! И я клянусь, что буду стоять на его защите! Мы рады принять в свои ряды всех и каждого! Я стал авангардом Сэйран и бросил вызов диктатуре, которая признаёт лишь тех, в ком видит выгоду для себя. Отныне Сэйран — моя родина, и ради неё я разрушу систему Новой Химуки! Здесь и сейчас мы начинаем освобождение от оков вечных заговоров! Вот она — настоящая революция! Если вы очнулись, как и я — мы ждём вас под флагами Сэйран! И вместе мы свергнем это систему!

    — Карен Трэверс · аниме
20. «

    Бедность не грех, а неволя не смех.

    Бедность не грех, а неволя не смех.

    — Русские пословицы и поговорки