176 лучших мыслей на тему «нравы»

176 цитат про «нравы»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Раньше был общий «железный занавес». Теперь у каждого своя железная дверь.

   Раньше был общий «железный занавес». Теперь у каждого своя железная дверь.

   — Леонид Шебаршин
2. «

   И вот, вникнув в свойства городской бедности, которой я не мог помочь, я увидал, что причина ее первая та что я отбираю необходимое у деревенских жителей и привожу все это в город. Вторая же причина та, что здесь, в городе, пользуясь тем, что я собрал в деревне, я своею безумною роскошью соблазняю и развращаю тех деревенских жителей, которые приходят сюда за мной, чтоб как-нибудь вернуть то, что у них отобрано в деревне.

   И вот, вникнув в свойства городской бедности, которой я не мог помочь, я увидал, что причина ее первая та что я отбираю необходимое у деревенских жителей и привожу все это в город. Вторая же причина та, что здесь, в городе, пользуясь тем, что я собрал в деревне, я своею безумною роскошью соблазняю и развращаю тех деревенских жителей, которые приходят сюда за мной, чтоб как-нибудь вернуть то, что у них отобрано в деревне.

   — Лев Николаевич Толстой · книга
3. «

   А народ в тех краях В мути-темени чах. И не сразу, не вдруг, но забыл, Что жил иначе. В хороводе ночей Стыло пламя очей, И со временем в тех краях Не осталось зрячих.

   А народ в тех краях В мути-темени чах. И не сразу, не вдруг, но забыл, Что жил иначе. В хороводе ночей Стыло пламя очей, И со временем в тех краях Не осталось зрячих.
4. «

   Есть средство воспрепятствовать преступлениям — это наказания; есть средства изменять нравы — это благие примеры.

   Есть средство воспрепятствовать преступлениям — это наказания; есть средства изменять нравы — это благие примеры.

   — Шарль Луи де Монтескьё
5. «

   [Высокие нравы] – это когда ты налаживаешь связь с тем, кто порвал ее с тобой [восстанавливаешь дружеские или, например, родственные отношения с тем, кто оборвал их в одностороннем порядке]; когда даешь [помогаешь] тому, кто [в свое время] лишил тебя или не дал; когда ты прощаешь того, кто обидел и притеснил тебя.

   [Высокие нравы] – это когда ты налаживаешь связь с тем, кто порвал ее с тобой [восстанавливаешь дружеские или, например, родственные отношения с тем, кто оборвал их в одностороннем порядке]; когда даешь [помогаешь] тому, кто [в свое время] лишил тебя или не дал; когда ты прощаешь того, кто обидел и притеснил тебя.

   — Мухаммед (Магомет)
6. «

   Нет плохих учеников. Есть плохие учителя.

   Нет плохих учеников. Есть плохие учителя.

   — мистер Хан · фильм
7. «

   На мой взгляд, то, что правильно для одного, вполне может быть неправильно для другого. Сам я, например, больше всего хотел, чтобы меня оставили в покое, но я обнаружил, что это — редкий случай; другие люди, если я оставлял их в покое, считали меня неотзывчивым, равнодушным эгоистом.

   На мой взгляд, то, что правильно для одного, вполне может быть неправильно для другого. Сам я, например, больше всего хотел, чтобы меня оставили в покое, но я обнаружил, что это — редкий случай; другие люди, если я оставлял их в покое, считали меня неотзывчивым, равнодушным эгоистом.

   — Уильям Сомерсет Моэм · книга
8. «

   Некоторые родители пытаются обеспечить будущее своих детей за счет выгодного брака. Это разновидность проституции или продажи товара лицу, предложившему наивысшую цену.

   Некоторые родители пытаются обеспечить будущее своих детей за счет выгодного брака. Это разновидность проституции или продажи товара лицу, предложившему наивысшую цену.

   — Жак Фреско · книга
9. «

   «Как вам не стыдно!» – всё чаще не вопрос, а восхищение.

   «Как вам не стыдно!» – всё чаще не вопрос, а восхищение.

   — Михаил Михайлович Мамчич
10. «

    Для познания нравов, какого ни есть народа, старайся прежде изучить его язык.

    Для познания нравов, какого ни есть народа, старайся прежде изучить его язык.

    — Пифагор
11. «

    Но влияние в свете есть капитал, который надо беречь, чтоб он не исчез. Князь Василий знал это, и, раз сообразив, что ежели бы он стал просить за всех, кто его просит, то вскоре ему нельзя было бы просить за себя, он редко употреблял свое влияние.

    Но влияние в свете есть капитал, который надо беречь, чтоб он не исчез. Князь Василий знал это, и, раз сообразив, что ежели бы он стал просить за всех, кто его просит, то вскоре ему нельзя было бы просить за себя, он редко употреблял свое влияние.

    — Лев Николаевич Толстой · книга
12. «

    — Я заплатил, потому что хотел, чтобы ты осталась. Это был романтический жест. — «Красотка» — тоже романтический фильм, но Джулия Робертс в нем все равно шлюха.

    — Я заплатил, потому что хотел, чтобы ты осталась. Это был романтический жест. — «Красотка» — тоже романтический фильм, но Джулия Робертс в нем все равно шлюха.

    — Харви Спектор · сериал
13. «

    Как пали нравы. Люди готовы убивать друг друга за такие пустяки, как деньги или месть. Разве деньги могут сделать нас счастливее? Я вот, например, искренно презираю деньги, это так, бумага и металл. Но разве и месть не есть самое тяжкое наказание мстителю? Не правда ли?

    Как пали нравы. Люди готовы убивать друг друга за такие пустяки, как деньги или месть. Разве деньги могут сделать нас счастливее? Я вот, например, искренно презираю деньги, это так, бумага и металл. Но разве и месть не есть самое тяжкое наказание мстителю? Не правда ли?

    — Антон Чиж · книга
14. «

    НЕ УБИВАЙ. Убийство. Пятая заповедь. Однако, немного поразмыслив, вы поймете, что убийство никогда не смущало церкви и вероучения. Ни капельки. Во имя Господа убивают больше, чем по любой другой причине. Возьмите ирландскую заварушку, Ближний восток, крестовые походы, инквизицию, убийства врачей за аборты здесь, у нас, и, конечно, Всемирный торговый центр, и вы поймете, насколько верующие послушны заповеди «Не убивай». Очевидно, для религиозных людей — особенно для самых истовых — убийство допустимо. Все зависит лишь от того, кто убивает и кто будет убит.

    НЕ УБИВАЙ. Убийство. Пятая заповедь. Однако, немного поразмыслив, вы поймете, что убийство никогда не смущало церкви и вероучения. Ни капельки. Во имя Господа убивают больше, чем по любой другой причине. Возьмите ирландскую заварушку, Ближний восток, крестовые походы, инквизицию, убийства врачей за аборты здесь, у нас, и, конечно, Всемирный торговый центр, и вы поймете, насколько верующие послушны заповеди «Не убивай». Очевидно, для религиозных людей — особенно для самых истовых — убийство допустимо. Все зависит лишь от того, кто убивает и кто будет убит.

    — Джордж Карлин · книга
15. «

    Большинство же арестантов, за исключением немногих из них, ясно видевших весь обман, который производился над людьми этой веры, и в душе смеявшихся над нею, большинство верило, что в этих золоченых иконах, свечах, чашах, ризах, крестах, повторениях непонятных слов «Иисусе сладчайший» и «позлилось» заключается таинственная сила, посредством которой можно приобресть большие удобства в этой и в будущей жизни. Хотя большинство из них, проделав несколько опытов приобретения удобств в этой жизни посредством молитв, молебнов, свечей, и не получило их, — молитвы их остались неисполненными, — каждый был твердо уверен, что эта неудача случайная и что это учреждение, одобряемое учеными людьми и митрополитами, есть все-таки учреждение очень важное и которое необходимо если не для этой, то для будущей жизни.

    Большинство же арестантов, за исключением немногих из них, ясно видевших весь обман, который производился над людьми этой веры, и в душе смеявшихся над нею, большинство верило, что в этих золоченых иконах, свечах, чашах, ризах, крестах, повторениях непонятных слов «Иисусе сладчайший» и «позлилось» заключается таинственная сила, посредством которой можно приобресть большие удобства в этой и в будущей жизни. Хотя большинство из них, проделав несколько опытов приобретения удобств в этой жизни посредством молитв, молебнов, свечей, и не получило их, — молитвы их остались неисполненными, — каждый был твердо уверен, что эта неудача случайная и что это учреждение, одобряемое учеными людьми и митрополитами, есть все-таки учреждение очень важное и которое необходимо если не для этой, то для будущей жизни.

    — Лев Николаевич Толстой · книга
16. «

    Все гости совершали обряд приветствования никому не известной, никому не интересной и не нужной тетушки. Анна Павловна с грустным, торжественным участием следила за их приветствиями, молчаливо одобряя их. Ma tante каждому говорила в одних и тех же выражениях о его здоровье, о своем здоровье и о здоровье ее величества, которое нынче было, слава Богу, лучше. Все подходившие, из приличия не выказывая поспешности, с чувством облегчения исполненной тяжелой обязанности отходили от старушки, чтоб уж весь вечер ни разу не подойти к ней.

    Все гости совершали обряд приветствования никому не известной, никому не интересной и не нужной тетушки. Анна Павловна с грустным, торжественным участием следила за их приветствиями, молчаливо одобряя их. Ma tante каждому говорила в одних и тех же выражениях о его здоровье, о своем здоровье и о здоровье ее величества, которое нынче было, слава Богу, лучше. Все подходившие, из приличия не выказывая поспешности, с чувством облегчения исполненной тяжелой обязанности отходили от старушки, чтоб уж весь вечер ни разу не подойти к ней.

    — Лев Николаевич Толстой · книга
17. «

    В свободном падении нравы опережают тела.

    В свободном падении нравы опережают тела.

    — Владимир Колечицкий
18. «

    Попытайтесь быть хотя бы немного добрее, и вы увидите, что будете не в состоянии совершить дурной поступок.

    Попытайтесь быть хотя бы немного добрее, и вы увидите, что будете не в состоянии совершить дурной поступок.

    — Конфуций
19. «

    Тело — это самый прекрасный инструмент, которым Вы будете обладать. Танцуйте. Даже если Вам негде этого делать кроме Вашей гостиной.

    Тело — это самый прекрасный инструмент, которым Вы будете обладать. Танцуйте. Даже если Вам негде этого делать кроме Вашей гостиной.

    — Курт Воннегут
20. «

    Как только становится известно, что я — судья, все вокруг становятся философами-моралистами.

    Как только становится известно, что я — судья, все вокруг становятся философами-моралистами.